Чтение онлайн

В резиденцию Лорда-мэра явились мы слишком рано, что, впрочем, вышло к лучшему, ибо я имел случай побеседовать с его сиятельством, который великодушно уделил мне несколько минут; правда, должен признаться, я не без огорче-нья обнаружил, что ему неизвестно даже самое имя мистера Джокера, нашего начальника.

Мне прямо-таки казалось, что мы приглашены к Лорду-мэру кем-то, кто даже и самого Лорда-мэра не знает. Гости валили толпами, и никогда мне не забыть этого великолепного зрелища. Нет! Тут бессильно мое скромное перо! Я слегка досадовал на Кэрри, которая все время повторяла:

— Какая жалость, что мы тут никого не знаем, правда?

При одной оказии она повела себя уж совсем нелепо. Я увидел господина, весьма похожего на Франчинга, из Пекэма, и было направился к нему, но она вцепилась в фалду моего фрака и простонала: «Не оставляй меня», да так громко, что господин в придворном наряде, с цепью поперек груди, а с ним две дамы, даже прыснули. А какая толпа собралась вокруг накрытого стола, и — бог ты мой! Какой был ужин, шампанского — пей не хочу.

Кэрри подкреплялась от души, чему я был очень рад; ибо иной раз мне кажется, что ей бы не мешало быть покрепче. Не было, пожалуй, ни единого блюда, какого бы она не отведала. Я пил с такой охотой, что есть мне не хотелось вовсе. Кто-то стукнул меня по плечу, я обернулся и, к своему изумлению, увидел нашего торговца скобяным товаром — Фармерсона. Он сказал, притом самым фамильярным тоном:

— Небось получше, чем на Брикфилд Террас, э?

Я только смерил его взглядом и сдержанно заметил:

— Вот уж не ожидал вас здесь увидеть.

Он разразился самым вульгарным смехом и выкрикнул:

— Хорошенькое дело — если вы тут, так я чем хуже?

На это я ему ответил:

— О, разумеется.

Сожалею, что не придумал более острого ответа. Он предложил:

— Может, я чем угощу вашу прекрасную половину, а?

Кэрри сказала:

— Нет, благодарю вас, — чем меня порадовала. Я сказал с упреком:

— Однако вы так и не прислали мне сегодня для ванны белой краски, которую я спрашивал.

Фармерсон ответил:

— Вы уж извиняйте, мистер Путер, но давайте мы не будем говорить на вечеринке про дела.

Пока я думал, как бы мне поставить его на место, один шериф, в полном дворцовом наряде, хлопнул Фармерсона по спине, заговорил с ним как с близким другом и пригласил к себе обедать. Я был изумлен. Пять минут целых простояли они так, громко хохоча и тыкая друг друга под ребра. Один уверял другого, что тот ни на день не постарел. Потом они стали обниматься и чокаться шампанским.

Как! Человек, который чинит наш скребок, знаком с кем-то из нашей знати! Я уже двинулся прочь с Кэрри, но тут Фармерсон довольно грубо схватил меня за шиворот и сказал шерифу:

— Позволь тебе представить — сосед мой Путер.

И хоть бы прибавил «мистер»! Шериф мне протянул бокал шампанского. В конце концов, я чувствовал, какая честь — выпить с ним бокал вина, что я ему и высказал. Мы с ним постояли, поболтали, и я наконец сказал:

— Прошу меня извинить, но я должен присоединиться к миссис Путер.

И я к ней подошел, но вот что она мне сказала:

— Ах, ну зачем же я буду тебя отрывать от твоих друзей. Уж так приятно стоять одной в толпе, где я никого не знаю!

Поскольку для ссоры требуются двое, а я полагал, что сейчас для нее не время и не место, я подал Кэрри руку и сказал:

— Надеюсь, моя милая женушка потанцует со мной, хотя бы ради того, чтобы потом рассказывать, как мы танцевали в гостях у Лорда-мэра.

Заметя, что танцы после ужина куда вольней, и помня, как Кэрри в былые дни ценила во мне танцора, я обнял ее за талию и мы начали вальсировать.

Случился пренеприятный анекдот. На мне были новые штиблеты. Сдуру я не последовал совету Кэрри: поскрести подошвы ножницами, или слегка смочить. Едва я начал танцевать, вдруг, с быстротою молнии, левая моя нога поехала насторону, и я упал, стукнувшись головой так сильно, что несколько секунд не мог понять, где я. Следует ли объяснять, что Кэрри упала со мною вместе, ударилась так же сильно, а вдобавок сломала гребень в волосах и повредила себе локоть.

Раздался взрыв хохота, но смолк, едва все поняли, что нам больно не на шутку. Какой-то господин помог Кэрри сесть на стул. Я же в довольно сильных выражениях осудил навощенные паркеты, не покрытые коврами или хоть бы половиками, и влекущие тем самым опасность скольжения, падения и членовредительства. Господин, назвавшийся Дарвитом, настоятельно предлагал препроводить Кэрри к столу, дабы она подкрепилась стаканчиком вина, на что я с удовольствием позволил Кэрри согласиться.

Сам я последовал за ними и встретил Фармер-сона, который тут же крикнул своим зычным голосом:

— A-а, так это вы брякнулись?!

В ответ я только смерил его оскорбленным взглядом.

В совершенно уже скверном вкусе он продолжал:

— Эх, старина, стары мы стали для такой потехи. Пусть уж молодые кренделя выписывают. Лучше пошли, хлопнем еще по рюмашке, такое наше дело.

Хоть и сознавал, что лишь покупаю тем его молчанье, я согласился, и мы проследовали за остальными в сторону угощенья.

Ни мне, ни Кэрри, после того, что столь несчастливо нам выпало на долю, не хотелось более задерживаться. Заметив, что мы уходим, Фармерсон крикнул:

— Уже домой? Так подвезите и меня.

Я счел за благо ему не отказывать, но, право, лучше было бы сначала посоветоваться с Кэрри.

Глава V

После бала у Лорда-мэра. Кэрри обижена. Тамм обижен тоже. Славный вечерок у Туттерса. Нас посещает мистер Франчинг из Пекэма

8 МАЯ.

Проснулся с невыносимой головной болью, было темно в глазах, затылок болел так, будто его обручем стянули. Сначала я хотел послать за доктором; но счел это излишним. Когда встал с постели, меня мутило, я пошел к Браунишу, аптекарю, и тот мне дал порошок. На работе сделалось так скверно, что пришлось отпроситься домой. Пошел к другому аптекарю, в Сити, и получил подобный же порошок. Видимо, от того порошка, который дал мне Брауниш, мне стало хуже; весь день я ничего не ел. В довершенье бед, Кэрри, когда я к ней обращался, отвечала отрывисто, — если вообще удостаивала меня ответом.

Вечером мне стало еще хуже, и я ей сказал:

— Без сомненья, я вчера отравился майонезом к этому омару у Лорда-мэра.

На что она ответила, не поднимая взгляда от шитья:

— Ты всегда был не в ладах с шампанским.

Я возмутился и ответил:

— Ну что за вздор ты говоришь. Я выпил только полтора бокала, а ты не хуже меня знаешь ...

Прежде, чем я успел окончить фразу, Кэрри выскочила из комнаты. Я больше часа сидел и ждал, когда она вернется; она так и не вернулась, и я решил лечь спать. Я обнаружил, что Кэрри уже легла, даже не сказав мне «спокойной ночи»; оставив меня в одиночестве лишь затем, чтобы запереть дверь кладовой и накормить кота. Непременно надо с ней об этом переговорить завтра утром. 5