Дневник подростка
Шрифт:
"Я принес тебе твой любимый цветок… Я люблю тебя, моя милая."
Меня слишком много, но я точно уверен, что недостаточно. Я наполнен самыми прекрасными чувствами, но каждое из них сковано страхом. Беру в руки розу, но намеренно за шипы. Бьюсь головой о стену, не понимаю, зачем я это делаю.
Мой искренний цветок очерняется мерзким страхом. Я выбираю быть оставленным, на обочине у поля, где терновые кусты отгоняют других от моей лавочки. В объятиях бессмысленных страданий ждет меня Мельпомена.
Своей теплотой и открытостью навешиваю чувство вины. В каждом движении я найду намек, что мне пора. Я буду оправдывать ожидания своего страха.
Я не хочу терять, но закрою дверь за вами. Мы погибаем, не сбрасывая потемневшие листья. Обернись, просмотри всё. Я оставляю окно открытым, ведь надеюсь, что вы вернетесь и обнимете меня.
Мои четверостишия – это топот грехопадения. Все мои чувства в весне. Страхи под кожей лезут наружу. Лист заполняют тревожные слова, ручонки дрожат, лезвия падают.
О дикий, страшный зверь, меня настигает. Неужели я стану удобрением, и цветы прорастут из моей плоти? Симфония голода вырвется из зверя. Если бы я мог, то кричал бы. Кричала бы вся природа со мной.
В унисон улетели звуки, которые мы отправили за спасением. Я теряю контроль, обретая форму страха. Менялся закат вместе с рассветом. Болото приобретало все больше оттенков зеленого. Лишь я – пятно, портящее всю картину, расположился в центре.
Птица, что сидела на моем лице, то вставляла сигарету мне в зубы, то забирала её. Сигнальный дым или костер, что изжил своё. Даже тут я не определился.
Избежав зверя, не избежал себя.
Вот и птица улетела.
С первыми лучами солнца проснулся наш герой. Он оказался в деревянном доме, не помня, как сюда попал, и не зная о своем будущем. Почувствовав голод, он решил осмотреть, что есть в этом доме. Герой нашел хлеб, мед и воду. Набив живот, он заинтересовался, где же находится этот домик. Выйдя наружу, он увидел прекрасный пейзаж: зеленое поле, наполненное цветами различных видов, а лес, словно защитник, охранял это поле.
Долгое время он бегал по полю, любовался цветами, вдыхал их аромат, грелся на солнце и слушал пение птиц. Особенно его поразили цветы с темно-красными лепестками – бордовые розы, будто кровь. Он был очарован ими, и его сердце трепетало при взгляде на них. Позже к нему присоединились животные из леса. Увидев его, они не испугались, зная, что он добр. Так мальчик играл с лисичками, медвежатами, белками и кроликами. Когда солнце зашло, он вернулся в дом, решив, что завтра отправится в лес.
Во сне ему явилась красная жидкость, плескающаяся вокруг. Ему не было страшно, наоборот, он был в восторге. Мальчишка хотел окунуться в это озеро кровавой воды и попробовать ее на вкус.
Проснувшись, он был бодр и счастлив, этот сон ему понравился. Позавтракав, он вышел из дома и увидел, что его ждали животные, словно зная, что он отправится в лес. Они стали его проводниками, показывая различные опушки, странные деревья и прекрасные виды, и, наконец, небольшое озеро. Оно было окружено старыми, огромными и невероятно зелеными деревьями. Их ветки сплелись вместе, образуя круг. Само озеро было кристально чистым, словно его поверхность могла распасться на тысячу осколков, если к нему прикоснуться.
Мальчишка не хотел разрушать это зрелище, оно ему нравилось. Насладившись видом, он собрался идти назад, но вдруг услышал странные звуки. Спрятавшись за деревьями, он стал наблюдать.
Это оказались две девочки, скакавшие и бегавшие друг за другом. Они решили искупаться в озере, чем огорчили мальчика. Но вскоре он заметил, что одна из девочек поранилась о камень, и у нее из руки потекла странная красная жидкость – кровь. Он почувствовал возбуждение, его сердце забилось быстрее. Животные, почуяв неладное, потащили его домой, изредка рыча. Мальчик хотел большего. Но надо было идти домой, иначе они могли его заметить.
Распрощавшись со зверушками, он вернулся в дом, лег на кровать и задумался. Ему пришла в голову мысль, что в этой девочке еще больше этой жидкости. Он не понимал, что такое добро и зло, жизнь и смерть; он лишь хотел больше той жидкости, что так напоминала ему прекрасные цветы.
Ночью полная Луна освещала поле. В свете Луны цветы выглядели еще краше, их строгий холодный свет придавал им особую красоту. Наблюдая за розами, он случайно сломал один цветок, и лепестки посыпались. Эта сцена так взбудоражила его, что он решил, чем займется завтра.
Во сне ему снова явилась та же сцена, но теперь добавилась окровавленная девочка. Это еще сильнее его вдохновляло; он хотел больше и больше.
Проснувшись с первыми лучами солнца, позавтракав, он направился ждать ее. Спустя некоторое время девочки вновь пришли. Мальчик, схватившись за камень, двинулся к ним.
Увидев странного мальчика, девчонки закричали от страха. Дело в том, что у мальчишки не было рта, лишь зубы – клыки, которые заполняли его лицо. Одна из девочек споткнулась, и он настиг ее.
Ударив камнем по голове беззащитной девочки, он убил ее, хотя и не понимал, что это такое. Его волновала лишь красная жидкость, что вытекала из ее головы. Он стал разрывать бедную девочку руками и зубами, покрывшись кровью. В то время другая девочка убежала в деревню сообщить о чудовище.
Насладившись жидкостью, мальчишка вернулся домой. Лежа на кровати, он рассматривал свою руку, всю в крови, и цветок, который сорвал по пути. Цвет подходил ему, и он был в восторге.
Но вскоре зашло солнце, и к его дому пришли разгневанные жители деревни. Они что-то кричали, но он не понимал их. Любопытство взяло верх, и он вышел. Он подумал, а вдруг в них тоже есть жидкость.
Быстро подбежав, жители опешили, но один успел ударить его палкой в бок. Но это его не остановило – он вцепился зубами в человека и был приятно удивлён, что и в этом экземпляре есть жидкость. Однако конец приходит и к нему. Один из разгневанных был с вилами и заколол мальчишку. Он упал, весь в красной жидкости.
Перекатившись на спину, он увидел вокруг свои любимые цветы и вновь получил удар. Так он запечатлел свой последний взор на этот мир: Луна, освещающая его поле, цветы, окружавшие его, и любимая жидкость, которую он так жаждал, была на нем.