Чтение онлайн

Прошло мое 70-летие. М. С. как раз в 12, когда собрались все ко мне в ЦК, позвал меня в Кремль. Обнял, вручил огромный букет роз (70 штук), коробку с сервизом — и отпустил с работы: к нему шли бушевские эксперты по кредиту на зерно (1,5 миллиарда) и я там должен был быть.

Тамара с «девочками» + Дунаев еще с утра готовили в моем кабинете «стол» бутербродный. Когда я примчался из Кремля, мое «помещение» было заполнено — от Яковлева, друзей до почти незнакомых мне… Около сотни, думаю, набралось. И я стал «набираться», переходя от одного к другому, чокаясь: ни тостов, ни речей — никакой этой юбилейной белиберды… Официальная «группа» (партком, местком и т. д.) встретилась в коридоре, еще когда я бежал в Кремль к М. С., тут же я с нею и распрощался.

Бовин был в своем стиле… Зачитал какие-то очень остроумные «наброски» обо мне и перестройке. Но все были уже сильно пьяны и плохо усваивали, хотя много хохотали.

Так до 17 часов. Наконец, разошлись. Остался, конечно, допивать Жилин. Я стоял на коленях перед Ольгой, она почему-то плакала. Потом лежал на диване, она мне гладила руки. Тамара стояла рядом, а на другой день устроила мне «веселую жизнь»: оказалось, я к тому же еще говорил много глупостей «о нас с нею»…

Приехали домой. Я чуть поспал… А тут уже другие гости: родственники и обычный набор (Камуся, Ритуля, Зоя). Была Юлька… Поблекла сильно, и даже странным показалось, что у нас с нею было 40 лет назад.

Опять пил. Хороша была Люда. Очень она «понравилась» племяннику Андрюхе, а Куценков все свои павлиньи перья истрепал (потом еще до утра они «допивали» у Люды)…

Прелестна была Ирочка. Я к ней сильно жался за столом: спиной к грудям. И наконец «осуществил» свой сон, который много лет посещает меня. Сказал ей: «Ты ведь без комплексов? С мамой твоей ничего не получилось! Она осталась „верна подруге“. Ты как?» Она согласилась. Но осмелюсь ли я «дойти до конца». Очень хотелось бы: уж больно хороша!

Карякин был вдрызг пьян, как в былые времена. Спал под столом и мычал оттуда.

Я перепил страшно. Давно так всю ночь не болела голова. Мучился до обеда. Потом погуляли с Людой в районе Хлебного переулка…

Вечером уже сидел писал международный раздел для речи М. С. в Казахстане. Сегодня улетает. Он мне вернул проект с поправками (немного ослабляют)… Занялся и текстом Нобелевской лекции.

Надарили мне всего, даже неловко: проигрыватель, «видик», кучу разных бутылок, безделушек и альбомов, пижаму, спортивный костюм, даже постельное белье. Водку так всю и не выпили — «ни на работе, ни дома»…

Горбачев три дня будет в Казахстане. Полегчает мне, чуть отдохну. Может… Хотя много еще недоделанного — на носу Осло и Стокгольм. Анализ 2-го этапа нового мышления не закончен. Приезжает министр Нейман (Израиль), представитель «Контрол Дэйл…» и пр.

Пойду на службу — уже почти 8.

29 мая

Relaxation не получилось. Ничего подобного. Столько недочитано, столько надо еще освоить, чтоб быть «в курсе». О стольком надо договориться с МИДом, приготовить для М. С. на решение и согласие. А тут еще Тэтчер попросила сделать ей запись встречи с М. С. Переводчик (Бережков) записал ужасно. Пришлось заниматься самому, чтоб успеть отправить ей сегодня в Ленинград.

С Вебером говорил о распределении ролей в моей группе. Он и другие ее члены сидят все еще по своим комнатам в Международном отделе ЦК. Информацию (по шифровкам, ТАССу и пр.) имеют теперь только от меня (нормально было бы наоборот). И вообще — в роли первачей — speech-writer'ов — создателей полуфабрикатов для меня… А если Люда придет к нам работать — ЭВМ у нее не будет, да и негде ставить… Словом, бардак, как везде… — XVIII век на президентском уровне… Полуграмотные машинистки-стенографистки и т. п.

2 июня 1991 года

М. С. — Казахстан. Точно выбрал он место и время (после «9 + 1»), чтоб закрепить «сдвиг» к успокоению и согласию, к терпению и здравому смыслу, к отторжению политической истерии… Это акция мастерская.

Вечером на другой день после возвращения в Москву (в пятницу) звонил: жаловался, что болеет. Там еще заболел — от воды и перемены пищи. Сутки, говорит, ничего не ел — «на пределе» — вот-вот сорвусь: устал (это же говорила Р.М. потом по телефону). Егоров (новый помощник «по культуре») выпендривается. Я дал при М. С. отповедь этому любимчику, которого Р. М. «по указанию М.С.» вдруг просила взять в Осло и Стокгольм… Ненавижу бездельников, которые ни за что пользуются благосклонностью начальства…

Да, «Московская правда» тут напечатала статью «политолога» Митрохина (31.V.91) о соперничестве команд Горбачева и Ельцина. Уму непостижимо: Ожерельев — восходящая звезда!.. Случайный человек, появившийся «по блату» от Медведева. М. С. вообще забыл, что он у него помощник. А когда по поводу каких-то его встреч с иностранцами (по профилю Ожерельев — экономист) я пытаюсь предложить М. С. его пригласить (с тайной мыслью, чтоб меня подменил!), он пренебрежительно отмахивается! Не было случая, чтоб М. С. с ним о чем-то советовался. Ему вообще вроде бы нечего совсем делать… Спрашивает у меня, «что происходит у президента».

Другой — Голик — вообще подвизается в Верховном Совете и, по существу, в команде не состоит, ни в каких узких совещаниях не участвует… Так что никакого влияния ни на М. С., ни на политику просто не может иметь.

Игнатенко интересный человек, «плейбой», но с убеждениями и рисковый, умеет навязывать М. С. жесты в пользу демократов и демократии… Но к формированию политики М. С. его не привлекает… И на заседания СБ (в отличие от меня и Шаха) не приглашает. Собственно, если говорить о помощниках, да и советниках, только Шах и я, каждый в своем профиле (политический процесс и международная политика) действительно что-то значим для М. С., нас он по крайней мере выслушивает… И в 90 случаях из 100, если я расхожусь с мнением МИДа, поддерживает меня. Не говоря уже о том, что я «формирую» выступления по внешней политике, т. е. то, где она приобретает законченный вид и такой предстает перед миром. Так было при Шеварднадзе (который тоже «на мне» проверял свои речи, хотя не я их, естественно, писал), так остается при Бессмертных, который согласовывает со мной все шаги, ходы и инициативы, все проекты распоряжений и указов по международным делам. И вместе мы действуем против генералов и ВПК.

Но «политологу» Митрохину ничего это не ведомо. Я для него — «номенклатурный кадр», которого Горбачев собирается «менять на звезды»… И читающая публика все это «кушает»!..

Впрочем, глупостей теперь и по международным делам в печати все больше. Некомпетентность и невежество уже вроде бы и не порок… Даже те, кто могут узнать, как на самом деле, не утруждают себя: легче ведь конструировать лихой вздор.

Но я отвлекся…

Вчера М. С., несмотря на болезнь, принял посланца Коля — Келера, а потом еще и четырех банкиров: Релера и Вальтера из «Дрезднер банк» и Крупна из «Дойче банк», еще какого-то одного… Речь шла опять о том, что, если Запад сейчас не поможет, расплачиваться ему придется горше…

Банкирам в духе казахстанской речи прочел лекцию, из которой следовало, что его «социалистический выбор» — «чистый» капитализм свободного рынка. Они хохотали.

Потом я ему сказал: банкиры, если дадут кредиты, дадут их не под залог всего нашего общесоюзного государственного имущества, а под вас. На этот раз смеялся он один.

Вчера же закончил и дал ему проект Нобелевской лекции. Жаль, он выбросил самую сильную мою добавку: не хочу, мол, чтоб они считали, вернее, получили доказательство, что я «их» шантажирую провалом перестройки. Уже пишут об этом газеты…