Чтение онлайн

– А где Сольвейг? – спросил я.

– Она вернется позже, – отозвался Нэм.

– Есть время навестить Бернхарда, – обрадовался я, – а еще не мешало бы поесть.

Найдя дверь с надписью «V», я обернулся и, увидев, что Нэм погружен в работу, решил не отвлекать его расспросами о еде. Я вышел в коридор. Он был в темных тонах, но довольно уютный. На стенах висели картины. Они были необычными. Я останавливался около каждой, несмотря на то что все они были выполнены в одном стиле, в черно-белых тонах. Я даже чуть было не прошел мимо комнаты Бернхарда. Постучав в дверь, услышал его голос:

– Аск, это ты? Заходи!

Я вошел в комнату и увидел Бернхарда, который сидел за столом и увлеченно над чем-то работал.

– Подожди, освобожусь через несколько минут, – сказал он.

– Хорошо, – ответил я недоумевая и сел в кресло.

Стол Бернхарда стоял около такой же прозрачной стены, как была в центральной комнате. Мы находились на втором этаже, откуда открывался красивый вид на заходящее солнце.

Бернхард обернулся и подозвал меня к себе. Подойдя, я увидел на столе картину, все в тех же черно-белых тонах, как были и те, в коридоре.

– Теперь ты меня удивляешь! – сказал я другу. – Это поразительно!

Бернхард, улыбаясь, встал из-за стола.

– Долго же ты спал, – сказал он, – я уже не знал, чем себя занять от скуки.

Я улыбался, продолжая рассматривать причудливые узоры на картине.

– Я так голоден, – протянул Бернхард.

– Я бы тоже не отказался перекусить.

Мы направились к выходу, прихватив с собой новую картину. На стене коридора было как раз одно свободное место – туда Бернхард ее и повесил.

– Теперь начнется новая история, а этот период окончен.

Мы шли, задумавшись над его словами.

Столовая была небольшой, но светлой, на столе стояли несколько тарелок, накрытых стеклянными крышками. Мы сели за стол. Когда я приподнял крышку-купол, то нашел ароматную горячую еду. Мы с Бернхардом принялись трапезничать. Через несколько минут к нам присоединился Нэм. Бернхард рассказывал ему что-то, громко смеясь. Нэм улыбался, снимая показания с приборов, с которыми он, видимо, не расставался. А я сидел задумавшись о своей планете и о своем выборе. Меня не терзали сомнения, не было ни тени печали, и я не скучал по тому, от чего улетел, хотя еще и не знал, что меня ждет здесь.

В этот момент по громкоговорителю раздался голос Сольвейг:

– Всем собраться в центральной комнате.

Меньше чем через минуту мы уже были там.

– Итак, – начала Сольвейг, – из-за сложностей в составлении безопасного маршрута вряд ли Нэм успел вам что-то рассказать.

Я наконец смог разглядеть ее. Вчера я то ли был ослеплен свечением, исходившим от Сольвейг, то ли от сильного снегопада и холода перестал что-либо видеть и понимать. Но теперь, на корабле, в свете приборов и периодически мигающих ламп я увидел ее лицо. Карие глаза смотрели внимательно, и казалось, видели меня насквозь. Мне стало немного не по себе от такого взгляда. Она была высокого роста, стройная. Темные волосы немного ниже плеч, нос – прямой и тонкий, аккуратные губы. Сольвейг производила странное впечатление. Казалось, она абсолютно расслаблена, движения ее рук были плавными, говорила она достаточно медленно, но при этом твердо, а голос был уверенным и громким, все слова звучали отчетливо. В какой-то момент мы встретились глазами, и я увидел ее настоящую: взгляд теплый и мягкий, немного наивный и бесконечно добрый.

– Мы должны улететь с планеты Совуло как можно быстрее, потому что «Единое Око» так просто не оставит тот инцидент, который произошел, когда ты, Аск, попал в зону видимости системы «Вакуум». Несколько их кораблей уже на западной части планеты. Патруль движется в нашу сторону, но медленно. Хорошо, что сегодня выпал снег: он скрыл наши следы.

Вдруг мы услышали сигнал и заметили мигающий индикатор на одном из приборов. Нэм подбежал к нему:

– Твой потерянный наушник активирован! Они запросто могут нас найти теперь!

Сольвейг подбежала к Нэму, я сидел открыв рот, а Бернхард еле сдерживал смех.

– Как им удалось найти его в таких сугробах? – недоумевал я.

– Нэм, что мы можем сделать? Они наверняка уже вычислили наши координаты, – спросила Сольвейг.

Нэм не сводил глаз с приборов:

– Единственное, что мы можем сейчас сделать, – это поскорее убраться отсюда и спрятать штаб. Но все самое ценное придется взять с собой: не исключено, что они найдут его.

– Уничтожай всю информацию на своих стационарных приборах, мы вывезем блок «Y», там есть копия, – сказала Сольвейг.

Мы с Бернхардом безмолвно наблюдали, но тут Сольвейг обратилась к нам:

– Заберите все приборы, которые найдете в блоке «N», и оружие тоже. После этого возьмите все необходимое в блоке «V» – вещи, еду и воду. А я очищу блок «S». Нэм, как только закончишь здесь, помоги мне в блоке «Y». Как ты думаешь, через сколько часов они будут у нас?

Нэм на мгновение задумался:

– Учитывая, что это корабли сектора «Асс», то уже часов через пять.

– Вы поняли? У нас мало времени. Через полчаса всем собраться на подземной стоянке! – она скрылась в коридоре блока «S».

Я стоял, пытаясь осознать, что происходит, когда Бернхард резко потянул меня за собой. Мы бежали по коридору блока «V», и я, не останавливаясь, спросил:

– Бернхард, а как же твои картины? Тебе не жаль оставлять их здесь? Ведь, если солдаты «ЕО» доберутся сюда, они все уничтожат!

Бернхард ответил улыбаясь:

– Конечно, жаль, они – часть меня. Первую я нарисовал в мою первую ночь здесь. Они – отражение моей памяти. Но надо отпустить прошлое. Этот период действительно закончился.

Я вспомнил наш разговор по пути в столовую и улыбнулся ему в ответ.

Бернхард указал мне на дверь, сказав, что там лежат рюкзаки с теплой одеждой и лекарствами. А сам побежал в столовую забрать еду и воду. Я открыл дверь и оказался в маленькой комнате, которая скорее напоминала кладовку. Включился свет, и я увидел девять рюкзаков. Когда я, взяв их, выходил из комнаты, то увидел Бернхарда около арки в центральную комнату с каким-то большим сосудом в виде куба, который висел в воздухе примерно в пяти дюймах над полом. Этот ящик был цвета темной стали. Когда я подошел, то увидел в нем коробки с едой и воду, еще там лежал какой-то небольшой прибор, туда же Бернхард сказал сложить рюкзаки.

Зайдя в центральную комнату, мы обнаружили, что Нэма уже нет, стационарные приборы не работают, у некоторых из них разбиты мониторы. Я заметил, что стало темно, и посмотрел в сторону стены, которая была прозрачной. Оказалось, что снаружи она полностью покрыта каким-то металлом.

– Скорее, Аск! – подгонял меня Бернхард. – Идем в блок «N».

– А что там? – спросил я.

– Ты что, совсем не слушал Сольвейг? – смеялся он. – Это блок, в котором находится оружие.

Через пару минут наш стальной куб был полон. Оружия было мало, большую часть сосуда занимали рюкзаки. По громкоговорителю мы услышали голос Сольвейг. Она сказала, что времени нет и что она уже ждет нас на подземной стоянке. По пути мы встретили Нэма, он был с таким же кубом, который был набит приборами, часть он нес в руках. Мы с Бернхардом помогли ему. Люк подземной стоянки был открыт. Над нами возвышалось небо, полное звезд. Чувствовался свежий морозный воздух. Я глубоко вдохнул, закрыв глаза.