Чтение онлайн

Приключения, надо сказать, часто подкрадываются к человеку незаметно. Ведь зашнуровывая ботинки, натягивая на уши шапку и перешагивая через порог дома, мы вовсе не готовимся к приключениям, скорее даже наоборот, делаем всё, чтобы они с нами не приключились. Идем привычной дорогой, не заговариваем с незнакомцами, не ищем на прилавке магазина что-нибудь волшебное, а просто покупаем то же самое, что и всегда.

В тот день Тишина тоже не искала на свою голову приключений и не пыталась изменить привычный распорядок жизни. Разве что на завтрак выпила не клубничный, а персиковый йогурт. Да и то только потому, что мама не купила клубничного. Первый урок прошел как обычно. А вот потом…

Потом Елена Васильевна вошла в класс с каким-то совершенно новым, незнакомым взрослым человеком. Это был мужчина, уже не молодой, но ещё и не старый, в сером деловом костюме, при галстуке. Он вертел в руках мобильный телефон и с любопытством разглядывал ребят. Почему-то сразу было видно, что это не учитель, а просто гость. У учителей никогда не бывает такого довольного и беззаботного лица. Незнакомец с улыбкой оглядел класс, совсем не смущаясь под любопытными взглядами двадцати семи пар глаз.

– Ребята! Ребята! – Елена Васильевна похлопала в ладоши, что значило: все должны замолчать, сесть на места и слушать. – Сегодня у нас будет необычный урок. К нам в гости пришел очень интересный человек. Это Герман Иванович, директор «Книгоглота». Вы наверняка знаете этот книжный магазин и бывали там!

Все в классе зашумели, потому что, конечно же, бывали в «Книгоглоте». А Тишина, конечно, промолчала, хотя ей и было что сказать по этому поводу. Ведь мама теперь работала именно там, правда, не в том отделе, где книги, а там, где канцелярские товары.

– Здравствуйте, ребята! – сказал Герман Иванович, и это сразу не понравилось Тишине. Узнав, кто перед ней, она тут же поняла, что этот человек не может нравиться ей ничем, даже своим «здравствуйте». Ведь он словно украл её мечту. У него был огромный зал с выставленными в нём стопками тетрадей и альбомов, с целыми стаканами карандашей и ручек, кипами обложек, рулонами ватмана и горами стирательных резинок. Он мог прохаживаться там и распоряжаться так, словно это была его собственная мечта. Мало того, он ещё и маму заставлял работать в этом своём чужом, совершенно нетаком магазине. Тишина заёрзала на стуле, запыхтела.

– Ты чего? – спросил шепотом Витя.

Тишина, хоть и не любила писать в своем немом блокноте, но всё-таки ответила, так ей хотелось сейчас поделиться с кем-то, поубавить хоть немного своё раздражение. Она написала:

«Моя мама работает у него в магазине».

– Классно! – ответил Витя, улыбнулся и даже большой палец поднял, словно Тишина не только не говорила, но ещё и не слышала. Вот дурак! Что же в этом классного? Тишина поджала губы и мотнула головой. Витя только пожал плечами. А Елена Васильевна сказала:

– Ребята, Герман Иванович расскажет вам сегодня о новых интересных книгах, а потом вы зададите ему вопросы.

Она повернулась к Герману Ивановичу и сказала с таким выражением, с каким говорила, только если был какой-нибудь праздник:

– Герман Иванович, пожалуйста! Мы вас внимательно слушаем!

Директор «Книгоглота» вежливо кивнул, сделал шаг вперед, видимо, чтобы показать, что он теперь тут главный и слушать надо его, а не учительницу.

– А давайте начнем сразу с вопросов! – предложил он. Все немного помолчали, а потом Славка с последней парты поднял руку и спросил:

– А почему магазин так смешно называется: Книгоглот?

– О, это интересная история! Она началась, когда мне было примерно столько же лет, сколько и вам сейчас, – Герман Иванович сощурился и стал смотреть поверх голов школьников, точно на задней стенке класса ему показывали кадры семейной хроники. – Чтением я увлёкся, правда, намного раньше, ещё в первом классе. Но мне, пожалуй, было как раз двенадцать, когда я понял, что всё стоящее из того, что было у нас дома, я уже прочел. Тогда я отправился в библиотеку. И оказалось, что книжный океан велик, очень велик! Я читал книгу за книгой, буквально проглатывал их, одну за другой. Сколько открытий я сделал тогда! Каждая книга скрывала под обложкой целый мир. Я учил по ним историю и географию, восхищался смелостью и умом героев, моя душа переживала вместе с ними яркие порывы счастья и горестей. Скоро я научился ценить и язык великих писателей, получая отдельное наслаждение от того, как образно и точно они излагали свои мысли.

Герман Иванович опять перевел взгляд на лица ребят, всмотрелся в них, словно старался узнать кого-то или получить ответ на незаданный вопрос, потом продолжил:

– Неудивительно, что в своем развитии я намного обогнал одноклассников, которые предпочитали бесцельно болтаться во дворе или смотреть примитивные мультики по телевизору. Видя, как на переменах я читаю, буквально проглатываю книгу за книгой, они стали дразнить меня Книгоглотом. С их точки зрения, это было унизительным прозвищем. Этим неучам было невдомёк, что я принимал эту глупую кличку за похвалу. Так что потом, уже много позже, когда нужно было выбрать название для моего книжного магазина, мне вспомнилось это забавное словечко.

«Какой заносчивый!» – с раздражением подумала Тишина.

– Ну что же, – Герман Иванович помолчал немного, покрутил в руках свой телефон и сказал:

– О чём ещё вы хотите меня спросить? Смелее, не стесняйтесь!

Но теперь все, кажется, опасались выставить себя перед директором книжного магазина такими же неучами, какими казались ему когда-то его одноклассники, никто больше не осмеливался задать вопрос. Елена Васильевна забеспокоилась, начала было уже подниматься из-за своего учительского стола, но тут Герман Иванович сам нашел выход из положения и сказал:

– Ну, хорошо. Тогда поднимите руки, кто бывал в нашем магазине!

Тишина обернулась и увидела, что все в классе подняли руки. Она смотрела на довольные лица одноклассников и пыталась понять, неужели они совсем-совсем не чувствовали, что её сгоревший канцелярский магазинчик был намного лучше, намного правильнее, волшебнее и неповторимее скучного чужого «Книгоглота»? Как же они так быстро забыли его?

– А ты что же? Неужели ни разу не побывала у нас? – раздалось вдруг у неё над головой. Тишина обернулась, подняла голову и увидела, что Герман Иванович смотрит теперь прямо на неё.

– Ну что же ты молчишь? Не надо стесняться. Вспомни, может, ты покупала у нас книгу или тетрадки для школы? – спрашивал и спрашивал он настойчиво и снисходительно, словно Тишине было пять, а не двенадцать. Она ещё раз оглянулась на одноклассников, все они молча смотрели на неё и ждали, чтобы она ответила. И тут что-то такое нашло на неё, что она и сама бы не могла объяснить, даже если бы и заговорила. Так стало обидно, что совсем никто, ни один человек в классе не хочет её понять. Она вскочила, смела с парты в сумку все свои вещи, побежала к двери. Едва услышала, как за спиной всполошилась Елена Васильевна, и забубнил что-то Книгоглот, вылетела в пустой коридор, а потом помчалась вниз по лестнице, лишь бы быть подальше от них от всех. Вихрем ворвалась в раздевалку, сдернула с вешалки куртку и к дверям – лишь бы не остановили, лишь бы прочь отсюда.