Чтение онлайн

Только когда лёгкая карета, поставленная на полозья, тронулась, Иван Васильевич обратил внимание, что на привокзальной площади было ещё не менее трёх десятков различных транспортных средств.

–  Надин, не много ли, экипажей для сонной Гатчины?

–  Ванечка, ты излишне подозрителен сегодня.

Через четверть часа они въехали во двор красивого двух этажного особняка, с аккуратно расчищенными и посыпанными песком дорожками. Рядом остановились санки сопровождавшего их чиновника.

–  Проходите, пожалуйста, это ваше домовладение. Документы у меня, сейчас я их вам передам.

Турчаниновы обошли неожиданно "свалившуюся на голову" недвижимость, так называлась подобная собственность в другом полушарии и зашли в дом.

Помимо сопровождавшего их встретили ещё два человека. Кучер, который их вёз от вокзала и опрятная женщина в переднике.

–  Господин Турчанинов, вот документы на владение домом. Распишитесь здесь и здесь, пожалуйста.

–  Эти господа наняты временно, на один месяц как прислуга. Живут они во флигеле во дворе.

–  Это муж и жена, погорельцы из соседнего района. Вот документы найма.

–  Простите, чуть не забыл. Вот это устройство называется телефон. Чтобы с кем-то поговорить, надо поднять трубку, покрутить вот за эту ручку и когда вам ответят, назвать номер, с которым вы хотите общаться. Если раздастся звонок, надо поднять трубку и опустить вот этот рычажок.

–  Списки абонентов подключенных к телефонной станции, отпечатаны вот в этой книжице.

–  Желаю приятно отдохнуть с дороги. Досвидания.

Неприметный человек исчез так быстро, как будто растворился в воздухе.

–  Ну что ж, давайте знакомиться,- предложил Турчанинов.

–  Меня зовут Иван Васильевич, а это моя жена Надежда Дмитриевна.

–  Отставной вахмистр Непейвода Степан, а это моя жена Дарья. Погорельцы мы. Неделю назад у соседей ночью, когда все спали, полыхнуло, потом на нас перекинулось, едва выскочить успели.

–  Сюда нас земляк рекомендовал. Я и дворник, и возничий, и конюх, и садовник и истопник. Жена она по кухне да по комнатам за порядком смотреть определена.

–  Ну и хорошо, давайте дом смотреть будет, - прервала исповедь погорельцев Надежда Дмитриевна.

–  И-то, правда, - подхватил Турчанинов, и они начали осмотр.

В доме было тепло, и не смотря на почти полное отсутствие мебели в большинстве комнат достаточно если не уютно, то дружелюбно.

В кабинете кроме стола и монументального кресла ещё возвышался диван, на котором и рядом с которым стояли картонки со спальным бельём. Несмотря на такую спартанскую обстановку Надин, отказалась съехать в гостиницу и там переждать процедуру меблировки дома.

–  Сегодня отдыхаем, а завтра я сама займусь обстановкой.

Так и получилось. Утром в большой гостиной зазвонил телефон, а когда Иван Васильевич поднял трубку, то ему сообщили, что в 14 часов его будут ждать у графа Игнатьева. Карета будет поджидать его у дома с десяти часов. Задавать вопрос, что ему предстоит делать всё это время, Турчанинов не стал.

Одевшись потеплее и поцеловав жену, полковник вышел на улицу где у ворот дома его поджидала закрытая карета, которая должна была его отвезти к новому месту службы.

Только поздно вечером, Иван Васильевич вернулся домой. Обеспокоенная жена встретила его, чуть ли не на пороге.

–  Ванечка, почему так поздно?

–  Наденька, умираю, есть хочу. Потом всё расскажу.

–  За ужином, полковник сказал жене, что он теперь определён учеником в специальную школу и будет это ученичество длиться долго, как долго он и сам не знает…..

Домовладение постепенно наполнялось мебелью и другими предметами, создающими уют в доме. Хозяйка этот уют постоянно совершенствовала, а Турчанинов каждый день ездил в свою школу, пока однажды не произошло одно интересное событие….

Вечером в новый дом въехали сразу три кареты, и во дворе стало тесновато, но ещё теснее стало в самом доме, когда из вновь подъехавших транспортных средств, выгрузились не менее взвода молодых людей, которых Иван Васильевич зазвал в переднюю.

–  Надин, мы приехали! Встречай гостей!

Заранее предупреждённая, о товарищеском ужине жена встречала новых сослуживцев мужа в гостиной, когда во двор влетел ещё один возок и верховые. Из возка вышли сразу несколько человек и по проторённым следам направились в дом.

Кто-то попытался, дать какую-то, команду, кто-то только успел щёлкнуть каблуками, все эти воинские приветствия были отменены спокойной, но все отменяющей и расслабляющей командой "отставить".

–  Добрый вечер господа!

–  Дорогой Иван Васильевич, представьте, пожалуйста, нас с графом хозяйке дома!

–  Слушаюсь, Ваше Императорское Величество!

Вот так начался и затем прошёл или просто промелькнул последний товарищеский ужин группы Российских инструкторов на родной земле.

Историческая справка

Теодрос II, известный также как Феодор или Фёдор II (1818 г. Шерхи, провинция Куара -- 13 апреля 1868 г.) -- император (нгусэ-нэгэст) Абиссинии в 1855--1868 годах.

Первоначальное имя императора Абиссинии Теодроса II, было Лий-Касса. Он происходил из древнего, но обедневшего владетельного рода и родился в 1818 году в Куаре; годы отрочества провел в монастыре Джанкер, где даровитый и пылкий мальчик с особенным рвением предался изучению история своего отечества; мысль о прошлом величии родины, представлявшей тогда картину полного безначалия и раздираемой междоусобиями князей и управителей, не давала ему покоя; чем далее он углублялся в чтение древних летописей, тем сильнее укреплялся в намерении посвятить себя великому делу восстановления эфиопского царства в [184] прежнем его могуществе. Влияние монастыря и богословской эрудиции отразилось на нем и в том отношении, что развило и укрепило честолюбивого юношу в присущем более или менее каждому абиссинцу чувстве враждебности к магометанам; их он ненавидел вдвойне: как неверных и как главных виновников того жалкого политического положения, в котором находилась Абиссиния.

Непрерывная вражда мелких владетелей и открытые возмущения дали молодому, предприимчивому и жаждавшему деятельности Лию полную возможность выказать свою храбрость и распорядительность, составить себе известного рода репутацию и приобрести друзей и приверженцев.

Успех этот до того поразил бесхарактерного и растерявшегося царя, что тот вступил с мятежником в переговоры, утвердил его снова управителем Куары и отдал ему руку своей дочери Туавич ("она прекрасна").

Наскоро устроив и увеличив свое войско, он объявил себя независимым владетелем Куары, удерживаясь до времени от наступательных действий. Высланный для его усмирения отряд был разбит наголову и большинство оставшихся в живых царских воинов перешло на сторону молодого вождя, служба у которого сулила каждому беззаботную, веселую жизнь и богатую добычу.