Дневник тринадцатого императора Всероссийского Николая второго. (часть шестая)
Шрифт:
В подтверждение возможности похода указывался пример похода Надир — Шаха в 1739 и 1740 годах: выступив из Дегли, он прошел чрез Кандагар, Герат, Мешхед и Астрабад — как раз по этому пути .
— Да, дела так дела. Значит за это его и убили? Никса, а ты имена всех заговорщиков знаешь?
— Знаю, Володенька, знаю. Только ничего это нам сейчас не даёт. Другие люди, другая эпоха. Да и службы в Империи сейчас созданы, которых у Павла не было.
— Слушай, а вот интересно с нашими новыми вооружениями и войсками по-новому обученными, мы сможем такой маршрут осилить?
— Технически братец это исполнимо. Просто время для этого похода ещё не подошло, да и подготовка ещё не полностью завершена.
— Подготовка?! Так значит, ты готовишься! Готовишься и молчишь, нет, ты не просто змей, ты коварный — змей — искуситель. Прямо как в Библии прописано! Это про тебя видимо!
— А ты кто? Ты шеф воздушно-десантных войск империи! Где твои подшефные заключительные тренировки проходят?
— На Аральском полигоне.
— А это где, Аральский полигон?
— Как где, на островах в Аральском море!
— Ну хорошо, а море то оно где расположено?
— В Азии.
— Слава Богу, дошло, наконец.
— Дошло! Я даже теперь сам тебе больше скажу. Я знаю, куда ты группы Федченко и Скобелева отправил. Минутку, теперь я могу точно сказать, чем Валиханов занимается и зачем Колпаковскому в усиление вновь сформированную бригаду придали.
— Ну, хорошо, хорошо! Ты ещё про Астраханские верфи вспомни на которых морские военные и десантные суда строятся. Про железную дорогу, которая скоро до Ташкента дотянется, про наших купцов и посланников, что в тех краях оперируют.
— Никса, значит скоро «Труба зовёт»?!
— Ваше Императорское Высочество, я тебя сейчас стукну. Тебе дали книгу читать, вот и читай. Мне ещё несколько документов по Северному Уралу изучить надо. Там большие силы и средства вложены, очень надеюсь на успех в тех делах. Ты мне мешаешь думать и читать внимательно.
— Замолкаю, Ваше Императорское Величество!
Напишу несколько строк по важным делам, которые заставили меня так резко прервать младшего брата. Как-то, года два назад, мой второй адъютант Михаил доложил, что испрашивает аудиенцию у Е.И.В. небезызвестный вам барон Штиглиц. Как же не принять такого человека? После великосветских расшаркиваний и приветствий, которые мне тогда ещё не удалось достаточно сократить, мы с бароном о делах разговор завели.
Где и как Александр Людвигович «пересёкся» с графом Апраксиным я не выяснял, о чём конкретно они говорили, не знаю, да и не надо мне это. После того разговора «Чутьё финансиста» в очередной раз подсказало Штиглицу, что комплекс предприятий по производству меди, алюминия и качественной стали будут весьма востребованы в самое ближайшее время. К тому же оказалось, что внебрачная дочь великого князя Михаила Павловича, воспитанница «банкира» Надежда Михайловна Юнина вышла в 1861 году замуж, за секретаря Государственного совета, — молодого человека подающего большие надежды. Вот и готовый администратор-руководитель для всего проекта.
Тут я вспомнил про «легенду оСеверномЭльдорадо». Посоветовался с «блокнотом». После того, как в 1757 году в Верхотурском уезде Тобольской провинции Сибирской губернии были найдены медные руды, верхотурский купец Максим Михайлович Походяшин (1708–1781) развернул в таёжной глуши строительство нескольких заводов. Начав в 1758 году, к 1771 году были построены сначала Петропавловский, затем Николае-Павдинский и затем Турьинский (Богословский) заводы. Медеплавильный завод, воздвигнутый на левом берегу реки Турья, так и назвали — Турьинским.
Залежи бурого угля на территории Богословска были обнаружены ещё в 1849 годуинженером– подпоручикомН. А. Куманским.
О том что Восточно-уральский бокситоносный бассейн расположен на восточном склоне Урала в его равнинной части, в полосе, проходящей через гг. Челябинск, Каменск-Уральский, Алапаевск, Серов, сейчас ещё не известно. «Блокнот» сообщил, что содержание глинозема составляет 31–43 %, кремнезема — 4-12 %. Бокситовые залежи перекрыты рыхлыми мезозойскими отложениями мощностью 4-90 м.
Города Серова, как впрочем, и другого, раннего его наименования, Надеждинска, на картах ещё нет. Зато достоверно известно, что после отмены крепостного права в 1861 году спустя несколько лет, рудники, а затем и Турьинские заводы остановились. Государственные чиновники не справились с управлением. Это уже при мне было. О расследовании газеты писали. Пропойц отправили на лечение, проворовавшихся на строительство железных дорог. Готовилось решение продать Богословский горный округ в частные руки. Дожидаться когда 11 апреля 1875 года Сергей Дмитриевич Башмаков купит Богословский горный округ за 2 миллиона 50 тысячрублей, я не стал.
Через два дня собрались уже в Гатчине. На стене висела карта Богословского горного округа с нужными мне для дела пометками залежей полезных ископаемых. Так было создано очередное АО «СеверноеЭльдорадо». Апраксин дал миллион, Штиглица с зятем и дочерью уговорили на два миллиона, государственная доля два миллиона и моя доля миллион в виде поставок нового оборудования. Специальные именные акции выпущены для главного инженера проекта Ауэрбаха Александра Андреевича. Половцов Александр Александрович, он с архитекторами проектирование Надеждинска займётся, Ауэрбах промышленными производствами.
В том времени город сформировался в рекордно-короткий срок (втечениеодногогода), запись в местной церковной летописи гласит: «Золото лилось рекой из Петербурга. Столица контролировала развитие нового предприятия». Последнее определяет особенности топонимики нового населённого пункта. Новый сталерельсовый завод и посёлок были названы в честь владелицы Богословского округа, Н.М. Половцовой, приёмной дочери известного петербургского мецената ДлинныеулицыНадеждинсканазывалисьлиниями (поаналогиисЛиниямиВасильевскогоострова): Первая, Вторая, Третья… Статус индустриальной колонии Санкт-Петербурга позволил возникнуть в неофициальной топонимике Надеждинска названию «сеттльмент». Именно так называли рабочие квартал, в котором проживали представители администрации. Датой основания города принято считать сентябрь 1893 года, когда было начато строительство рабочего поселка для тех, кто будет стоить новый завод. Благодаря этому заблаговременному строитльству жилых домов втечение зимы 1893–1894 годов возник сразу целый городок.
Против того что бы улицы именовать линиями я не возражал, а вот заложить в проект водопровод и канализацию в первую очередь, проектировщиков заставил. Теперь в империи это специальным указом определено!
Речушки Какву, Турью и Сосьву, конечно, перегородили. Несколько небольших ГЭС и водоёмов с запасом воды для производства создали. Котлы, турбины, генераторы, трансформаторы, многоковшовые экскаваторы и прочие тяжести, на больших кораблях, вокруг Скандинавии, до Тобольска по Иртышу доставили. От туда по большой воде на специальных плоскодонных баржах тащили. Это уже оборудование для карьеров и угольной электростанции. Для работающего населения ввели районный коэффициент и в газетах об этом напечатали, чтобы переселенцев поболее было. На ранней стадии пришлось инженерные войска в помощь направить, иначе не получалось. Сейчас заканчивают железку на Екатеринбург (390 км), а позже будут её на Архангельск и Тюмень прокладывать. Рельсопрокатный завод уже продукцию помалу давать начал.