Чтение онлайн

Пока наши дорогие жёны будут раздаривать улыбки и подарки выздоравливающим больным, в ту часть здания, где важен гигиенический режим, их не поведут, мы с Александром встретимся с медицинскими светилами в «узком кругу» в кабинете ректора академии.

Программа встречи обширная и врядли разрешимая в течение визита, но все основные моменты уже согласованны, тут важно внимание высочайших особ к нуждам медицинской науки и образования. На сегодня намечено, только основное.

Во первых я сам хочу увидеть всё ли готово для операции моего племянника. Вили, в этой истории мой родственник. (Скажу по секрету это одна из причин, почему я искал супругу так далеко). Второе, что не менее важно, это престиж страны. Пресса наснимает такого, что всему миру при её прочтении, станет понятно, Россия по этим показателям вновь впереди планеты всей!

Для практической медицины мне чётко надо понять, что уже выпускается серийно, когда остальные аппараты пройдут в серию, и в каком количестве. Как будет налажено обучение и переобучение практикующих врачей. Что сделано? Что надо сделать? Что мешает? Чем помочь?

Во временные рамки намеченной программы не уложились ни наши благоверные, ни мы грешные, хотя большую часть вопросов решили. В заключение групповой снимок на парадной лестнице академии. Мы с женами в центре на нижних ступенях, все остальные вокруг. Потом ещё несколько минут моргали глазами, привыкая к нормальной дневной освещённости после магниевых вспышек.

Уф…закончилось действо, на часах почти пятнадцать, домой едем, я проголодался. Не мудрено, больше четырёх часов длилось мероприятие, а завтракал я в шесть с четвертью. Завтра уже без половинок, только с Александром и ведущими специалистами, проинспектируем санитарные поезда и полевой госпиталь быстрого развёртывания. Но то уже не сегодня. Торопимся, как всегда торопимся.

Думаете, вечером я в театр собрался? Как бы не так! Только, только поцеловал супругу, и проводил её с подругой и сопровождающими в Павловск, как уже мой адъютант сообщает:

— Ваше Императорское Величество, прибыли ….!

В кабинет гурьбой, не вошли, — буквально ввалились: дядя, Бутаков и Попов, за ними чинно проследовал министр Краббе. Все четверо помятые и уставшие, но довольные.

— Здравствуйте господа, прошу, присаживайтесь! В ногах правды нет, да и не твёрдо держат они вас. Похоже, всё ещё чувствуете себя в гондоле дирижабля — разведчика?!

Ответные слова приветствий моих соратников, прозвучали не очень громко, но с энтузиазмом и достоинством. Дядя даже попробовал пошутить:

— «Второй» — «Первому» цель уничтожена, требуем чаю с большим количеством сахара или чего покрепче, по Вашему высочайшему усмотрению.

Жестом приглашаю всех к подкатному столику и отвечаю в том же ключе:

— «Первый» — всем кто нас слышит, швартуйтесь у подкатного столика, то бишь «подкатного причала», доклад не нужен. О событиях в районе вашей разминки, пресса уже успела сообщить наиболее душещипательные подробности!

Володя к этому моменту успел откупорить шампанское, разлить его по фужерам и «раствориться» в пространстве, между кабинетом и приёмной плотно прикрыв за собой дверь. Подняли фужеры, чокнулись, отдали должное нашим виноделам и, не сговариваясь, грохнули хрупкое стекло об пол!

— Вижу что устали! Всё-таки бАлшОй пароход у турОкОф был!

Слова «большой» и «турок» я произношу, так как его воспроизводит дочка. Это придаёт нашей встрече ещё дополнительную откровенность и доверительность. Неверное с соратниками и ближайшими друзьями только так и нужно.

— Константин Николаевич, поведайте нам о проделанной работе, а то газетчики освещают больше собственные переживания и внешние эффекты, да ещё и с перевранными временными отметками, а это в таких делах, весьма серьёзное упущение.

Все улыбаются, рассаживаемся у другого стола, и генерал-адмирал начинает рассказывать, где, что и как происходило в ста милях, на траверзе города Зонгулдак….

…………………………………………………………………………….

— Чудесно господа, молодцы! Думаю, у наших соседей эти события надолго отобьют охоту пакостить Российским судам. Хотя может оказаться что детям туманов ещё не один урок преподать придётся. — Скажу больше, ведомство князя Горчакова в самое ближайшее время распространит документ о денонсации некоторых статей «Парижского договора 18 марта 1856 года».

В кабинете тишина, при наличии даже единственной мухи, был бы, наверное, слышен её полёт. Моряки встали со своих мест, и слушают меня стоя.

— Мы уверены, что это время уже наступило! Добрые отношения с Францией и Пруссией позволят избежать большой войны. Сами британцы даже совместно с «Блистательной Портой» воевать не станут, но не исключены провокации и попытки с их стороны попробовать нас на прочность. К этому прошу вас быть готовыми!

Первым не выдержал генерал-адмирал, как старший по званию среди присутствующих моряков он собрался, превратившись в туго сжатую пружину, и торжественно произнёс:

— Российский флот не подведёт! Дадим достойный отпор и басурманам и их наставникам!

— Благодарю вас господа! Прошу садиться! В наш просвещённый век надо помнить ещё одну простую истину. Знания и информация это тоже оружие, причём в некоторых случаях огромной мощности. Потому, до поры до времени достижения, как наших учёных, так и корабелов следует держать в тайне. — Григорий Иванович, вы помните, как с «пароходной тактикой» получилось?

Капитальный труд Г.И. Бутакова вышедший в 1863 году, «Новые основания пароходной тактики», вызвал большой интерес в России и за границей. Дальше произошло как всегда. Там оценили и внедрили, у нас прочли, посокрушались, посетовали на отсутствие возможностей, некоторые позлословили и постарались забыть….

— Это я к тому говорю, что приёмы воздушной разведки и новые «наставления» по минному оружию надо должным образом в секрете держать и не допустить утечки информации к нашим «заклятым друзьям».

— Ваше Величество, делаем всё возможное, но после массового применения самодвижущихся мин, которое возможно в ближайшем будущем, долго секрета не сохранить. — Мины Роберта Уайтхеда после успешной демонстрации в 1868 году Австрия уже заказала для своего флота. — В прошлом году и Британия зашевелилась, после демонстрации 14-ти (357-мм) и 16-ти дюймовых (406-мм) торпед, приглашают Уайтхеда назад в Англию. Он, правда, не решился бросать своё предприятие в Фиуме, но ведутся переговоры о производстве минного оружия в Вулвиче, по его лицензии.

— Так то в будущем, да и уайтхедовские изделия сейчас ещё значительно нашим уступают, а опыта их применения, тем более боевого, практически и нет ни у кого. Смотрите господа сами, — это фабрика Уайтхеда в Фиуме. Разве можно сравнить это с нашим производством на Ладоге?

Попов, внимательно рассматривающий экран с изображением торпедного производства в Фиуме, разворачивается к Бутакову:

— Григорий Иванович, а ведь мы с вами это строение знаем. Возведено оно было ещё до Крымской компании, для производства такелажной оснастки. На втором этаже паруса шили, а на первом станки стояли для изготовления блоков и прочей механики. Вот только причал тогда меньше был.