Чтение онлайн

– Секундочку, – вставил Гамильтон Бергер. – Теперь я имею право взглянуть на документ.

– Конечно. – Мейсон протянул ему фотографию.

Гамильтон Бергер взял снимок в руки. Внезапно его глаза округлились от удивления. Он повернулся и побежал к своему столу, открыл записную книжку, вытащив ее из груды бумаг, и начал сравнивать номера, занесенные в нее, с номерами на фотографии.

Мейсон молча последовал за окружным прокурором к столу, отведенному для обвинения. Когда Гамильтон Бергер смотрел в записную книжку, чтобы сверить цифры, Мейсон, ни слова не говоря, взял фотографию и уже был на полпути к своему столу, когда Бергер осознал, что список у него забрали.

– Верните его сюда. Я хочу на него посмотреть! – заорал Гамильтон Бергер.

Мейсон просто улыбнулся.

– Ваша Честь, Ваша Честь, – кричал окружной прокурор, – это очень важно. Защита не имеет права держать у себя этот документ. Я... Я хочу посмотреть на этот документ.

– У вас уже была возможность посмотреть, написан ли он почерком обвиняемой или нет, – ответил Мейсон.

– Но я требую, чтобы мне была предоставлена возможность изучить его. Я настаиваю... Мейсон повернулся к недоумевающему судье.

– Я прошу, Ваша Честь, чтобы этот документ был просто помечен для идентификации. Поэтому, в соответствии с правилом, провозглашенным самим господином окружным прокурором, он не имеет права читать этот документ в настоящее время. Он посмотрел на него и этого достаточно.

– Ваша Честь, – взмолился Гамильтон Бергер, – это конфиденциальный документ... это один из самых строжайших секретов во всем деле... он оберегался... Я требую представить этот документ.

– Он был представлен, – заметил судья.

– Я имею в виду, я требую приобщить его к делу в качестве доказательства.

– Со стороны обвинения? – спросил заинтересовавшийся судья.

– Возможно, он будет использован, как финт, для введения в заблуждения, для запугивания. Я...

– Хватит, – прервал судья Коди. – Вы хотите, чтобы этот документ был приобщен к делу в качестве доказательства?

– Я... Если придется, я это сделаю. Ваша Честь, этот документ, очевидно, содержит список номеров купюр, которые составляют в общей сложности пять тысяч долларов. Они предназначались для выкупа шантажисту и были украдены из Коммерческого банка.

Мейсон улыбнулся разозленному прокурору.

– В дальнейшем, когда я представлю это доказательство для приобщения к делу, у вас будет возможность изучить этот документ, мистер Бергер. А на настоящий момент, в соответствии с пунктом закона, провозглашенного вами же, у вас есть право только посмотреть на него. Вы уже посмотрели.

– Но, Ваша Честь, – протестовал Бергер, – эти цифры настолько конфиденциальны, что даже мне не удалось раздобыть этот список. А у адвоката защиты вдруг оказывается копия. Это несправедливо.

Мейсон снова улыбнулся и повернулся к свидетелю.

– А теперь, доктор, я собираюсь задать вам технический вопрос, вы заявили, что вы терапевт и хирург.

– Да, сэр.

– У вас есть рентгеновский кабинет?

– Да, сэр.

– Доктор, подойдите, пожалуйста, к доске и нарисуйте план расположения ваших кабинетов. Я бы хотел знать, где находится рентгеновский аппарат.

– Какое это имеет отношение к делу? – захотел выяснить Гамильтон Бергер. – План кабинетов? Это бессмыслица!

– Он квалифицировал себя, как терапевт и хирург. Он также заявил, что имеет практику в Санта-Ане. Я имею право проверить его по этим заявлениям.

Судья Коди недоуменно посмотрел на Мейсона.

– Вы заверяете Суд, что это имеет отношение к делу?

– Да, Ваша Честь. Я думаю, что это может оказаться одним из самых важных факторов.

– Хорошо.

Доктор Кандлер подошел к доске и нарисовал грубый план расположения своих кабинетов.

– А теперь я хотел бы узнать следующее, доктор. Предположим, два человека сидят здесь, на стульях, вот у этой перегородки, за которой, насколько я понимаю из вашей схемы, находится рентгеновский кабинет. Если направить рентгеновы лучи на соседнюю комнату, то они испортят все кадры пленки, заправленной в фотоаппарат, который лежит на маленьком столике, стоящем рядом с перегородкой, не так ли?

На лице доктора Кандлера было полное недоумение.

– Я не знаю... подождите минутку, да, думаю, что, возможно, вся пленка будет испорчена. Конечно, рентгеновы лучи пройдут сквозь стену. Насколько я понимаю, фотоаппарат не был снабжен никаким свинцовым покрытием. Он сделан из пластика или алюминия, как и обычно?

– Да.

– В таком случае пленка будет повреждена.

– Вся?

– Конечно. Ничто этому не помешает. Рентгеновские лучи хуже проходят через металл, не с такой легкостью, как сквозь плоть или кости, но если не было свинцовой защиты, то особых сложностей в их прохождении быть не должно.

– Так что если кто-то из ваших сотрудников решил, что мною сфотографированы важные доказательства и эта пленка заправлена в фотоаппарат, и хотел бы уничтожить эти доказательства, то он мог бы это сделать, включив рентгеновский аппарат?

– Да. Если бы захотел, что маловероятно.

– Спасибо, доктор. У меня остался только один вопрос. Вы сказали, что полное имя вашей старшей медсестры – Роза Рукер Травис, не так ли?

– Да.

– Девичья фамилия – Рукер?

– Да, сэр.

– Она была замужем за мужчиной по фамилии Травис?

– Да, сэр. Но она развелась до того, как стала работать у меня.

– У нее есть сестра Хелен Рукер?

– По-моему, да.

– Вы знакомы с Ховардом Примом?

– Нет, сэр.

– Это имя для вас что-то значит?

– Нет, сэр.

– А с Томасом Сакеттом? Это имя что-то значит для вас?

– Томас Сакетт... Мне кажется, что у меня был пациент с такой фамилией. Да, вспомнил. Я лечил мужчину по фамилии Сакетт.

– Вы знакомы с Вильямом Эмори?

– Да, сэр.

– Насколько мне известно, мистер Эмори – водитель бронированной машины, с которой пропал пакет с наличными, посланный из Коммерческого банка Лос-Анджелеса в филиал в Санта-Ане, не так ли?

– Да, сэр.

– Он в то время был вашим пациентом?

– Да, сэр.

– Спасибо, доктор. У меня все, – объявил Мейсон.

– У вас есть еще вопросы, господин окружной прокурор? – спросил судья Коди.

– Нет, Ваша Честь.