Чтение онлайн

Вспоминаю Аладдина.

Может быть, Дауд попросит Там о нашей встрече?

Высоко над головой — шторм. Холодные черные волны захватили в пучину корабль.

Под ногами — небо с белыми облаками. Нет ни клочка земли.

Зазеркалье.

И я одна.

Это мой сон.

Будур.

18 июня 2000

Собираем в садах фрукты. Встаем в 5:00 утра.

Мы носим с собой складную лестницу. Лазить по деревьям мы не умеем. Необходимо к осени купить для продажи дешевый товар: сигареты, шоколадки, сок. Рабочих мест нет. Пособие безработного смешное. Да нам его никто и не дает!

Три дня назад на «Новой» остановке были убиты два российских солдата.

Тех, кто стрелял ветром унесло. Военные отыгрались на простых людях. Забрали школьников. Стреляли много и беспорядочно. Ранили девушку.

На базаре болтали с седым Хасаном и его женой. До войны мы ссорились из-за места на рынке, а теперь — друзья! Хасан - аккуратный, красивый мужчина. У него сын и дочь.

Ежедневно рождаются новые стихи.

Такая маленькая жизнь,

В ней все уходит без возврата.

А я люблю тебя, как брата,

И ты мне — братом окажись!

Часто плачу. И какая-то страшная тоска.

Царевна Будур.

20 июня 2000

Наш разрушенный дом заполняется соседями. Уже вторично приехали многие.

Привезли вещи, «гуманитарку», полученную в лагерях беженцев.

Некоторым там неплохо жилось! Одежду давали. Питались беженцы мясом!

Явились соседи со второго этажа: Нура и ее сын Резван, знаменитый врун. Сразу сломался замок в нашей двери. Еле починили!

Днем я увидела парня в военной форме, «гантамировца». Он был похож на «Джинна».

Внимательно присмотревшись, поняла: ошибка!

Сегодня дождь. Температура для лета необычная: минусовая! Все в куртках.

Будур.

21 июня 2000

Случились встречи:

Увидев женщину в огромном платке, как у Кусум, я подошла. Купила у нее мороженое. Поблагодарила на арабском. Через пару минут женщина подбежала. Мы разговорились.

Она обещала узнать об Аладдине и о Кусум.

Неожиданно увидели девушку Луизу, что подрабатывала в кафе и мечтала стать писателем! Она написала книгу о Первой войне! Называется «Такая маленькая жизнь». Как строка из моего стихотворения!

Луиза получила премию на конкурсе молодых писателей.

Я сказала, что веду дневник. Оказалось, Луиза знакома с Аладдином. Она огорчилась, когда я сообщила, что жду его. Но промолчала. Не стала сплетничать.

Девочка Зарина на рынке продает лепешки с творогом «чеполгаш». Печет ее мать. Этим живут. Ей 13 лет. Мама русская, отец — чеченец.

Отец оставил их. Они одни. Мы вместе с Зариной ждем редких покупателей и мечтаем: ее папа обязательно вернется! Он заберет Зарину и ее маму в мирный край!

Вчера снова убили двух молодых солдат. На маленьком рынке, в районе «Автобазы».

Все продавцы мгновенно убежали! Боялись: русские военные отомстят, все сметут. На этом рынке это случилось уже во второй раз!

Царевна Будур.

22 июня 2000

Все, что вкручивал мне о религии Аладдин, весьма относительно. Меня, как незнайку, он во многих вопросах обманул. Понимаю: платок на голове — защита от нескромных отношений. Он — мой «оберег» от чеченцев и от русских.

Мне не нужен никто. Я одинока. Единственный, перед кем мне стыдно, — это Всевышний. Ведь теперь получается, я люблю чужого мужа!

По полученным мной сведениям, Аладдин и Джинн живут припеваючи. Открыли свое дело. Бизнесмены!

В Ингушетии, по сравнению с Чечней, — рай. Сильных разрушений нет. Цивилизация! Сыты мои «братья», наверное, всегда. Развлекаться можно. Там явно есть электричество, телевизор и благоустроенное жилье. А я продолжаю жить в какой-то черной дыре, образовавшейся вместо города. В проваленной, холодной квартире. Без канализации, без воды. Без нормальной еды.

Правда, мы купили с мамой себе по одному платью. Но фрукты в садах — временное питание. Что потом? Работы нет!

Я не могу, есть обычную пищу после длительного голода и — соленых помидор, сырых лепешек на соде. Несколько зимних месяцев, кроме такой еды, у нас ничего не было.

Я слабею, и я — одна в мире жестоких, послевоенных распрей.

Царевна Будур.

24 июня 2000

Все ждут нападения боевиков. Маленький рынок с остановки «Автобаза» убрали.

Он перенесен в центр. Все торгующие чеченки дрались и ругались за места.

Были с мамой на остановке «Иваново».

Российские солдаты на постах нас запомнили, наверное, из-за фруктов. Кивают головами. Кричат: «Здрасте!» Мне неловко. Стараюсь не смотреть в их сторону — большинство мужчин раздеты. В жилетах на голое тело. Это такая военная форма?

С убийством двоих молодых солдат, мне удалось выяснить: к ним сзади подошли два каких-то парня. Одновременно обоим военным выстрелили в затылок. И нарочито спокойно ушли в сторону больницы № 9.