Чтение онлайн

— Что Грюм? Аластор же в тропиках сейчас загорает.

— Загорает, но он обязан присутствовать на сборищах Ордена.

— А я здесь причем?

— При том. Ты тоже будешь участвовать в жребии, и замещать Аластора, если тебе не повезет и выбор падет на тебя, оборотки у нас с его кровью, на половину Лондона хватит.

— Ты представляешь, какой из меня Грюм получится? — ухмыльнулся Люц.

— За последнее время ты растерял где-то свою интеллигентность до уровня продавца котлов, так что нормальный. Наши вот сразу все согласились.

— Почему?

— Когда еще можно в открытую издеваться над орденцами и это будет списываться на все что угодно. Паранойя она такая, — я усмехнулся. — Тем более все хотят поиграться с глазом. Только не говори, что сам не хочешь.

— И что ты думаешь меня это развеселит?

— Тебя нет, зато нас очень даже.

— Нашел над чем смеяться, — буркнул он.

— А я и не смеюсь. Это правда. У меня нет человека, который способен на постоянной основе разыгрывать из себя старого аврора без комплексов, поэтому я не спрашиваю согласия.

— Ты тоже будешь жребий тянуть? — Малфой подозрительно посмотрел на меня.

— А все остальные будут в свою очередь разыгрывать, кто из вас будет Северуса Снейпа изображать, а другой Тобиаса Фолта?

— Ну Рей неплохо руководство на себе тянул в прошлом году.

— И знаешь куда он меня послал в этом?

— А…

— Вот поэтому я тебе и посоветовал заткнуться.

— Ты чего такой злой?

— Лорд не хочет меня видеть. Отправил меня пустой Хогвартс и Альбуса караулить. Да еще и Скримджер довел, — я протер лицо обеими руками. — Ладно, хватит рассиживаться, пошли. Не забудь Розмерте память подправить, когда выходить будешь, все же ты в тюрьме сидишь, не забыл?

В это же самое время в моем наушнике, который я практически не снимал в последнее время, прозвучал напряженный голос Андре:

— Сев, Лорд зачем-то похитил Оливандера.

— Твою мать! — я даже остановился в дверях бара. — За каким хером ему это понадобилось?

— Вопрос, который должен был бы задан тебе, если бы Лорд тебя не послал… инвентаризацию проводить. В общем, судя по всему старику пока ничего не грозит, они пока только разговоры разговаривают. Причем бессмысленные.

— Где он его держит?

— Не поверишь в Малфой-мэноре. И леди Малфой готовит небольшое восстание.

— Почему не поверю? Поверю. Но так даже лучше. Если что, сразу же связывайся со мной. С Цисси я сам поговорю. Отправить ее куда-нибудь нужно, пока ее муж в Азкабане сидит.

— Еще. Ты сегодня заглянешь к нам?

— Думаю. Что-то еще случилось?

— Нет. Но нам уже стало не хватать Мальсибера. Может его вернуть все-таки? А то мальчик совсем заигрался в Шерлока Холмса.

— Он на связь-то выходил с вами? — я сокрушенно покачал головой. Друг еще называется. Времени прошло довольно много, а я о нем даже не вспомнил ни разу.

— Нет. Я думал, он с тобой контактирует. Всю аппаратуру оставил в Отделе, сказав, что только мешать будет. С ним вообще все в порядке, а то времени прилично прошло?

— Сегодня попытаюсь с ним связаться. Ладно, отбой, — я отключил связь и, наконец, вышел на улицу.

— Сев, ты скотина! Зачем ты в кабаке о делах разговаривал? Мне пришлось Розмерте память три раза править. — Люциус выглядел, мягко говоря, недовольным.

— Люц, иди уже в школу, дорогу знаешь, да иллюзию какую-нибудь на морду натяни, чтобы народ в обмороке до конца этой заварухи не валялся.

И я аппарировал. Уж не знаю почему, но мне захотелось увидеть мать.

Меня всегда поражало мое чувство своевременности. Вот за каким хреном я потащился во Францию именно сейчас?

В доме на Лазурном берегу, где мать любила проводить время, было тихо. Это было странно, учитывая, что на дворе был теплый летний день. Я быстро прошелся по комнатам. Никого. Ни людей, ни эльфов. Почувствовав легкое беспокойство, я просто ворвался в спальню. В следующую секунду я стоял на пороге с выпученными глазами и не в силах вымолвить ни слова.

Мама сидела перед зеркалом, одетая во что-то воздушное и расчесывала свои длинные черные волосы, но не это вогнало меня в ступор. Столбняк напал на меня при виде мужчины лежащего на кровати. Очень знакомого мужчины. И очень раздетого. То есть, раздет ли он был полностью я не знал, так как его бедра закрывало легкое одеяло, но вот верхняя половина тела была у него полностью обнажена. Каким-то не заклинившим участком сознания, я отметил, что он в прекрасной форме, не смотря на возраст.

— Когда-то ты предлагал мне поэкспериментировать, если на то будет мое желание, — у меня в голове вертелась одна мысль: это моя мать! Точнее мысли было две, вторая звучала еще проще — я хочу его убить! Как они могли у меня за спиной?!

— Сев, я разве никогда не учила тебя стучаться, перед тем как врываться в чужие спальни? — мама опять повернулась к зеркалу и взяла в руку расческу.

— Вы, вы… — больше слов у меня не находилось. — Да как вы могли?!

— Северус, — этот… этот… встал, обернув одеяло вокруг бедер. — Пойдем поговорить нужно. Пойдем-пойдем. — И он буквально вытолкнул меня из комнаты в коридор.

Протащив меня в гостиную, он буквально швырнул меня в кресло и через пару десятков секунд впихнул бокал с коньяком в мои дрожащие руки. Я выпил, не чувствуя вкуса. И начал, наконец, думать.

Нет, я не против того, что мама не похоронила себя вместе с Тобиасом. Она все еще очень красивая женщина. Я тем более не против, что его привлекают не только мужчины, но и женщины, хотя он никогда не скрывал своей бисексуальности. Но, когда я задумался о том, что они вместе, на меня просто нахлынула волна ярости.