Дневник. Первые потрясения
Шрифт:
— Н-но я н-не… — запротестовал Квиррелл.
— Очень хорошо, в ближайшее время мы снова встретимся — когда вы все обдумаете и, наконец, решите, на чьей вы стороне.
Я повернулся и пошел к замку. Поттер, недолго думая, полетел в том же направлении.
Я уже почти дошел до дверей, когда мое внимание привлек вопль ужаса, донесшийся из леса, к которому примешивались рычание и шипение. Всерьез забеспокоившись за жизнь профессора маггловедения, я аппарировал к кромке леса и увидел катящийся по направлению хижины Хагрида клубок из нескольких тел. На звук все продолжающегося вопля из хижины выскочил Альбус, а следом за ним и наш лесник, взводящий на ходу арбалет. Приглядевшись, мы смогли разглядеть в этом клубке Квиррелла и…
Вот на кой хрен, я забрал ее из поместья и привез в Хогвартс? Решил, что Офире не мешает вспомнить Запретный лес? Я идиот!
Хагрид опустил арбалет и умиленно произнес: «Правда, милейшее создание, красавица просто, профессор Квиррелл, зачем вы животинку мучаете?».
Я бросился к этим двоим, и несколько мгновений не решался ничего предпринимать. Альбус с Хагридом стояли рядом и просто любовались дивным зрелищем, не удивлюсь, что они делали ставки насчет того, как долго продержится Квиррелл.
Изловчившись, я выдернул за шкирку отчаянно орущую мантикору, которая пыталась вырваться, шипела и махала лапами и хвостом. Я с трудом ее удерживал, постепенно волоча к хижине. Эта пушистая херотень делала все, чтобы добраться до бедного Квиррелла, которому Альбус помогал подняться с земли. При этом крестный поглаживал нашего профессора по тюрбану и приговаривал: «Ну-ну, успокойся, Квиринус, ну подумаешь мантикора, в жизни и не такое может случиться».
Я, тем временем, дотащил эту кошку бешеную до хижины, с трудом заволок внутрь и, выскочив, захлопнул дверь.
Квиррелл представлял собой жалкое зрелище. Изодранная мантия, глубокие порезы, при этом он вздрагивал всем телом при каждом мявке, доносившемся из хижины.
Альбус подошел к дому и слегка приоткрыл дверь.
— Фршшшмяяяууу, — и из щели показалась лапа, которая попыталась ударить крестного. Тот резво отпрыгнул назад, захлопывая дверь.
Кошка не желала успокаиваться, и, судя по звукам, пыталась вырваться наружу.
Квиррелл с ужасом смотрел на хижину, затем, протянув дрожащую руку в том направлении, попытался что-то сказать.
— К-к-к-к-к…
— Это была мантикора, Квиринус, — ответил я. Надеюсь, я правильно перевел его блеяние.
— К-к-к-к…
— Она моя, Квиринус.
— К-к-к-к…
— Она — мой фамильяр.
— А-а-а.
— Похоже, Северус, тебе придется завтра провести уроки Квиринуса самому.
— С чего бы?
— К-к-к-к…
— Вот с этого! Все, это не обсуждается. Думаю, через день Квиринус будет способен проводить свои уроки сам.
И тут к нашей компании подбежал Драко. Видимо пришло время гулять с Клыком. Услышав шум в хижине, он бросился внутрь с воплем: «Клык!».
Никто из нас просто не успел его остановить.
В хижине послышалась какая-то возня, затем все звуки в ней стихли, а еще через мгновение, дверь открылась, и на пороге появился Малфой с Клыком, а за ними успокоившаяся кошка. Подойдя ко мне, Офира, потерлась о мои ноги и, задрав хвост, поскакала в лес.
Мда, думаю, больше ни один из единорогов не пострадает. Сомневаюсь, что Квиррелла можно будет еще раз заманить в Запретный лес».
— Альбус, ты же знаешь Офиру. Зачем ты тогда спрашивал, забрал ее Северус или нет? — в голосе Эйлин сквозило неприкрытое удивление.
— Я видел пушистый шар, шипящий, оскаленный и бросающийся на все, что движется. Я думал, что Северус оставил ее в Запретном лесу, поэтому и спрашивал.
— Так значит, вы проходили испытания Основателей? — Минерва уже немного успокоилась и говорила без надрыва.
— Получается, что так. И раз я прошел их, то, значит, я соответствовал занимаемой мною должности.
— Что значит соответствовал? Сейчас, что — не соответствуешь?
— Перси, а почему ты не читаешь?
«На Рождество Альбус подарил Поттеру мантию-невидимку, до этого принадлежащую его отцу. А ничего, что это та самая мантия, которая входит в Малый Комплект Некроманта и принадлежит она фактически мне?!
Как там крестный написал нашему Избранному? «Используй ее с умом!». Поттер и стал ее с умом использовать. По Закрытой секции в библиотеке шляться, я тогда ели Филча от этого мелкого недоразумения оттащил и в другую сторону увел. Я — Темный маг, и мне наплевать на всякие там мантии, вижу я сквозь них прекрасно.
Или дракона на Астрономическую Башню тащить, а потом забыть мантию там. Это называется«с умом пользуйся»? Или, наткнувшись на зеркало Еиналеж, просиживать возле него каждую ночь. Интересно, что он там видит?
В одну из таких ночей Альбус нашел его перед зеркалом.
Я не знаю, что он говорил Поттеру, вероятно очередную чушь. Но вот зачем он перед зеркалом про носки заговорил? Откуда я про это узнал? Да очень просто. Сразу после ухода Поттера, зеркало выплюнуло Альбусу пар сто шерстяных носков, связанных из шерсти очень редких, а иногда и уже вымерших животных. Жировали мои предки. Альбус подарил их мне. Так что сейчас у меня есть много весьма ценных ингредиентов.
Зеркало Еиналеж мы с Альбусом перенесли в конец нашей полосы. Это будет заключительное испытание для Гарри Поттера и одного профессора маггловедения.
Возрождать Лорда на данном этапе нам было невыгодно, так что он все равно до камня не доберется. Но артефакт должен присутствовать в пределах досягаемости, эти нюансы Том очень хорошо чувствует. А нам нужно, чтобы Поттер встретился с Лордом, пообщался, так сказать. На последнем этапе Гарри подстрахует Альбус. Мало ли».
========== Глава 7. “Прощальный пир” ==========
«1 июля 1992 года.
Странный учебный год, странно закончился. Я даже представить себе не мог, что мои студенты…
Поттер дошел все-таки до конца, вместе с бывшим профессором маггловедения. Только вот Квиррелл нас покинул. Кто же знал, что защита броши, когда-то подаренной мною Лили, все еще действует, защищая ее сына. Мда, вот что значит «сгорел на работе». Причем, в самом прямом смысле этого слова. Я только одного не могу понять, на какой хрен Поттер вытащил из зеркала камень? Решил помочь Лорду возродиться?