Дневники голодной акулы
Шрифт:
А потом…
А потом пошел дождь, хлынул ливень из букв, слов, образов, кусочков событий, лиц, местностей — то лес, то город поздней ночью, — и окружавшее меня море смешивалось и соединялось с неисчислимым множеством всего остального, что в него падало. И я потерялся во всем этом и утонул, растворился, полностью лишаясь разума, мыслей, сознания.
Я открыл глаза. Из-под штор сочился влажный свет — наступило утро, снова возвратив в фокус материальный мир. Как выяснилось, я лежал у книжного шкафа в гостиной. Я кашлянул и, сморщившись, зашипел от боли. Сломанное ребро? Пока я медленно и болезненно приводил себя в скрюченное сидячее положение, случился еще очередной книжный оползень. Телевизор лежал на ковре экраном книзу, во всю длину вытянув свой сетевой шнур, диван был перевернут кверху ножками. Вещи, пусть разбитые и разбросанные, расколотые и раскуроченные, все-таки присутствовали. Осязаемые, материальные вещи. Вещи в доме из кирпичей, стоящем на фундаменте из скальных пород. Безмолвная достоверная материя.
Собравшись с силами, я окончательно выбрался из руин, поднялся на ноги, покачнулся и выпрямился. Сами собой, непрошено явились слова: доктор Рэндл не сможет ни помочь тебе, ни защитить.
Я проковылял в кухню и принялся вынимать из шкафа письма Эрика Сандерсона Первого.
7
Криптозоология концептуальных акул, диктофонная система защиты и взлом кода мигающей лампы, извлеченные из писем Эрика Сандерсона Первого
(Получено: 22 сентября)
Письмо № 2
Когда-то я знал очень много. Думаю, тебя изумили бы те вещи, которые я знал, способы, которыми я им научился, а также все то, что я полагал возможным узнать. Сейчас же я живу среди обломков прежнего знания, тем, что успел записать и сохранить, фрагментами, которые кажутся мне ущербными и сбивающими с толку.
Вот что я доподлинно знаю, это то, что все исследования, результаты которых пропали, все путешествия, в которые я пускался, все опасности, которым я себя подвергал, — все это я совершал ради девушки, которую звали Клио Аамес. Я любил ее, Эрик. Очень любил. И она умерла. У меня остались только самые общие ощущения происходящего, да и те исчезают так же быстро, как запахи детства, касающиеся тебя на мгновение и тут же уносимые ветром. Но, но, но. Странное чувство я испытываю, когда об этом пишу, — но я, кажется, верю, что могу изменить то, что случилось, и каким-то образом спасти ей жизнь даже теперь, когда ее уже нет. Разумеется, я этого не могу. Тот, кто умер, тот умер. Если ты это читаешь, значит, я тоже мертв, а в скором времени тебе самому придется сражаться за свою жизнь.
Эрик, мне очень жаль.
Я так много потерял, так много выветрилось из моей головы, но я изо всех сил старался рассовать по разным укромным местам достаточное количество того, что могло бы тебе помочь. У меня нет никаких ответов, я почти так же пуст, как, должно быть, ты в это время, но у меня есть кое-какие инструменты и немного знаний. Кое-какое оружие и несколько отрывков. В остальном тебе придется полагаться на себя. У тебя всегда есть выбор.
Я так забывчив. Эта тварь отыщет все, что я упущу, потому что она никогда не прекращает поисков, а ее чувства необычайно остры. Она найдет способ добраться до меня, а со временем явится снова, чтобы искать тебя. Я не могу за всем уследить. Не могу вечно оставаться в этой акульей клетке.
Зверь, что на тебя охотится, — людовициан. Это образчик одного из многих видов концептуальных рыб, плавающих в потоках человеческого бытия и в приливах-отливах причин и следствий. Звучит, возможно, как бред сумасшедшего, но это не так. Жизнь имеет цель. Потоки, течения и реки человеческого знания, опыта и общения, разраставшиеся на протяжении нашей недолгой истории, теперь стали обширной, богатой и щедрой средой обитания. Так почему же нам ожидать, что эти потоки останутся бесплодными?
Жизнь всегда стремится найти выход. Просто взгляни на себя, на меня, и ты поймешь, что так оно и есть.
Не знаю точно, как в этом мире появились рыбы-мысли, но в обширных и теплых водоемах культуры постоянно эволюционируют миллионы слов, идей и понятий. Не представляется столь уж невероятным, что нечто из всего этого поднялось выше своих одноклеточных собратьев — весьма схожим образом с тем, как это проделали мы сами. Эгоистичная память?
Людовицианы — это хищные рыбы, акулы. Они питаются человеческими воспоминаниями и чувством самосознания. Это одинокие, охраняющие свою территорию жестокие и методичные охотники. Людовициан может выбрать себе в качестве добычи отдельное человеческое существо, а затем преследовать его и пожирать в течение нескольких лет, пока память жертвы и ее сознание полностью не истощатся. Иногда тело того, кто подвергался такому преследованию, переживает это испытание и начинает вторую сумеречную жизнь, после того как забраны исходное «я» и все его воспоминания. Со временем у такого человека может развиться свое собственное «надстроенное» самосознание, но в конце концов людовициан уловит его запах и вернется, чтобы завершить свое дело.
Прости, что излагаю это так прямолинейно.
Знаю, о чем ты, должно быть, думаешь, и ты не обязан верить мне, если не хочешь, но людовициан продолжает ходить кругами, и со временем он тебя найдет. Выучи текст Райана Митчелла, что я тебе прислал. Если не видишь на то каких-либо иных причин, сделай это хотя бы для того, чтобы ублажить старое пальто, висящее у тебя в шкафу. Боюсь, пройдет не так уж много времени, прежде чем ты сам увидишь, что все, о чем я тебе говорю, чистая правда.
(Получено: 24 сентября)
Письмо № 3
Текст Райана Митчелла представляет собой ограниченную форму концептуального камуфляжа. Чем дольше ты просуществуешь в этом мире, тем менее он будет эффективным. Стало быть, важно, чтобы ты научился защищать себя лучше. Для достижения этого существует несколько краткосрочных и несколько долгосрочных способов. Самый быстрый и самый надежный из них состоит в том, чтобы организовать бездивергентную концептуальную петлю, так что начать лучше всего именно с этого.
В бандероли ты найдешь:
х 4 диктофона с режимом непрерывного воспроизведения и адаптерами переменного тока;
х 4 записанных диктофонных кассеты;
х 4 восьмиметровых удлинителя;
х 1 адаптер с четырьмя гнездами, подключаемый к розетке;
х 16 аккумуляторных батарей на случай отключения электричества или для использования вне дома.
Назначение этого оборудования состоит в том, чтобы генерировать бездивергентную концептуальную петлю. Другими словами, течение по кругу, поток чистых и единичных ассоциаций, движущийся от одного диктофона к другому по порядку. От первого — ко второму. От второго — к третьему. От третьего — к четвертому. От четвертого — снова к первому. Результирующее течение оказывается достаточно сильным, чтобы отталкивать от определенного пространства поступающие в противном случае потоки (причин и следствий и т. д.), не допуская их проникновения внутрь и создавая таким образом зону изоляции. Насколько мне известно, ни людовициану, ни какой-либо другой концептуальной рыбе никогда не удавалось пробиться через такую концептуальную петлю. В сущности, она функционирует как акулья клетка.
Указания. Вставь кассеты в диктофоны. Помести диктофоны в каждом из углов комнаты или по краям любого пространства, которое намереваешься защитить. К каждому диктофону по возможности подключи адаптер переменного тока. Убедись, что все диктофоны установлены в режим непрерывного воспроизведения. Включи воспроизведение на всех диктофонах. Защита обеспечивается только внутри области, ограниченной расположением диктофонов.
Дальнейшие замечания, объяснения и сведения на случай повреждения оборудования. Каждая из предоставляемых тебе диктофонных кассет была записана разным человеком. Людям, делающим такого рода запись, не обязательно говорить что-то определенное, они могут просто заниматься своими повседневными делами, в течение нескольких часов держа в кармане диктофон, установленный на запись. Чем длиннее запись, тем больше по звучанию проясняются свойства индивидуума и тем надежнее твоя петля. Далее — и это, Эрик, довольно сложно, так что перечитывай это место, до тех пор пока не убедишься, что все правильно понял. Если тебе когда-нибудь потребуется заменить кассеты своими собственными, то человек, записавший первую кассету, должен будет передать ее вместе с тремя чистыми тому, кто будет записывать вторую. Тот, кто запишет вторую кассету, должен будет передать ее, первую и две оставшиеся чистыми тому, кто будет записывать третью. И так далее. Затем все четыре записанные кассеты должны быть отданы тому, кто записывал первую. Никому из участников записи нельзя прослушивать какую-либо из кассет. Все четверо должны совершенно не знать друг друга, иначе могут возникнуть поперечные течения, вследствие чего может образоваться разрушающий петлю водоворот. Разумеется, по той же самой причине у тебя не должно быть никаких контактов с кем-либо из четырех участников записи. Разумеется, это почти невозможно. Из этого ясно, насколько важно сохранять предоставленное тебе оборудование.
(Получено: 25 сентября)
Письмо № 4
Вот некоторые другие средства, обеспечивающие хорошую защиту на водных просторах:
1. Письма посторонних людей. Возможно, это — самые полезные из повседневных предметов, когда речь идет о том, чтобы перенаправить, запугать, смешать, замутить концептуальные потоки. Резонансные вещи можно эффективно закамуфлировать, опуская их в большую коробку, наполненную письмами. Или просто в кучу почтовых отправлений. Чем более разными людьми написаны письма, тем эффективнее защита. Эта система действует благодаря тому, что письмо выступает в качестве физического воплощения коммуникативного потока. Даже самое короткое письмо запускает и поддерживает сильный и определенный поток намеренного взаимодействия. Предмет или даже человек, ты например, погребенный в почте посторонних людей, будет пребывать в центре сбивающего с толку и запутанного, точно спагетти, средоточия множества переплетенных потоков. В результате людовициану или другой концептуальной рыбе предстанут сотни пересекающихся течений с различными источниками и реципиентами. Резонансный предмет затемняется, становясь лишь одним из множества возможных направлений потока, и любая мысленная рыба, пытающаяся к нему пробраться, скорее всего, окажется сбитой с толку, дезориентированной и лишенной верного направления.
2. Литература. Книги, в которых излагаются факты, обеспечивают устойчивые потоки информации во многих направлениях. Лучше всего библиотечные книги, потому что в таком случае сама книга связывается с каждым из своих предыдущих читателей. Беллетристические книги тоже порождают иллюзорные потоки из людей, событий и вещей, никогда не существовавших — или же, с определенной точки зрения, существовавших лишь отчасти. В результате создается лабиринт из зеркал, способный надолго задержать хищника. У меня имеется давнишняя запись, сделанная задолго до того, как мое сознание помутилось, где говорится, что некоторые из самых сложных сочинений, вроде «Тысячи и одной ночи», [9] являются очень старыми защитными головоломками или даже мысленными сетями, с помощью которых древние вылавливали не особо крупных концептуальных рыб. Не знаю, правда это или нет. Выстрой вокруг себя небольшую стену из книг. В моих заметках говорится, что оптимальная ее высота составляет три или пять томов.
9
«Тысяча и одна ночь» — собрание средневековых арабских сказок, впервые оформившееся предположительно около 1450 г. в Каире. Отличается сложной композицией «рассказа в рассказе».
(Получено: 23 ноября)
Письмо № 60
Как и обещал, высылаю тебе ключ от запертой комнаты.
Прежде чем открыть картотеку, тебе надо перечитать письма № 3, 4, 58 и 59 и выполнить все данные в них инструкции. Текст, который ты обнаружишь внутри, является «живым» и крайне опасным.
(Получено: 30 ноября)
Письмо № 67
Насколько мне известно, концептуальные рыбы не видят физических растений и животных. Они не видят ни неба, ни луны. Различают они только людей, а также вещи, которые люди изготавливают, говорят или делают. Потоки человеческой истории, человеческой культуры, человеческой мысли — вот их среда обитания. Людовициан всегда занят поисками. Я стараюсь прятаться от него, но я забывчив. Сообщаю тебе обо всем, что знаю, пока это не исчезло навсегда.
(Получено: 9 января)
Письмо № 108
Я только что осознал, что прошло уже более трех месяцев. Ты получил уже более сотни моих писем. Надеюсь, тебе удается следовать моим советам. Я делаю все, что в моих силах.
Вскоре ты получишь бандероль, в которой будет находиться лампа, видеокассета и две тетради. Очень важно, чтобы ты вскрыл этот пакет внутри диктофонной петли, потому что содержащаяся внутри информация создаст в пространстве сильнейший запах.
Лампа была тщательно настроена на то, чтобы передать текст в двойной кодировке (Морзе/ЙЦУКЕН, об этом подробнее позже), содержащий фрагмент твоей истории. Как ты увидишь, в одной из тетрадей содержится моя работа по идентификации типа кодировки, а в другой — чистый текст. Расшифровать предстоит еще больше, и эта задача возлагается на тебя. На видеокассете записан полный цикл мигания лампы — для декодирования и на случай чего-то непредвиденного.
С текстом будь очень осторожен. Его следует считать «живым». Как и все остальные «живые» документы, в целях безопасности непременно храни его в коробке с письмами.
Сожалею и надеюсь.
(Получено: 11 января)
Письмо № 110
Правда ведь, он вроде бы неплохо читается, этот мой отрывок из дневника, где говорится о Клио и Греции? Я сам едва себя узнаю. Наверное, мне не удастся теперь написать что-нибудь подобное. Со мной покончено — я словно яйцо, из которого высосан желток: осталась одна только нетронутая и хрупкая скорлупа, с виду совсем такая же, как прежде, совершенно такая же, но больше ни в коей мере яйцом не являющаяся. Не знаю, все ли из того, что я пишу, имеет смысл. Добравшись до середины чего-нибудь, я вдруг обнаруживаю, что упустил одну из сторон. Словно пытаясь развесить на ветру огромное полотнище, я не могу удержать его все разом, и то одна, то другая его часть вырывается, хлопая вне пределов досягаемости. Ты все еще со мной? Да и есть ли вообще на свете ты, теперь, после того как меня не стало? Я изо всех сил стараюсь не терять веры в это. И ты, Эрик, не теряй в меня веры. Если ты существуешь, то тебе требуется информация для выживания; мне же надо, чтобы ты верил в меня. Я убивал себя так медленно, что на это ушли целые годы, и я даже так по-настоящему и не понял, почему это произошло. Я не хочу умирать. Я боюсь смерти, но еще больше страшусь небытия. Помню одну вещь, которую сказала Клио, а я записал. Мы выходили из какого-то здания — то ли паба, то ли кинотеатра, то ли торгового комплекса, — и Клио сказала: «Хочу, чтобы мне на большом пальце ноги вытатуировали снизу смайлик». Я спросил зачем, и Клио пояснила: «Ну, когда я умру и мне на этот палец нацепят бирку, в морге это будет выглядеть забавно». Воспоминания вроде этого подобны цветной пыльце с крыльев какой-нибудь бабочки, осыпающейся мне в ладонь, а затем сдуваемой ветром. Наверное, Клио пришлась по душе идея насчет такой татуировки потому, что тогда что-то от нее самой, от ее чувства юмора просуществовало бы немного дольше даже и после того, как тело ее умерло бы и похолодело. Это было бы чем-то вроде шалости. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду? Не теряй в меня веры, Эрик.
(Получено: 12 января)
Письмо № 111
Расшифровка текста, закодированного мигающей лампой, производится в две стадии. Первая — это простая азбука Морзе. Лампа мигает короткими и длинными вспышками, которые соответствуют точкам и тире. Их сочетания могут быть преобразованы в буквы с помощью следующей таблицы:
Как ты сам увидишь, буквы на этой стадии представляются все еще произвольным набором, не имеющим никакого смысла. Это потому, что сделать надо гораздо большее.
Во второй части расшифровки этого кода используется раскладка клавиатуры пишущей машинки или компьютера, показанная ниже (где из первого ряда в третий перенесены буквы «Ё» и «Ъ», а все ряды слегка сдвинуты относительно друг друга, чтобы образовать правильную решетку):
Каждую букву, полученную с помощью азбуки Морзе, надо разместить на этой решетке:
Окончательная, правильно декодированная буква всегда будет одной из смежных с буквой, полученной с помощью азбуки Морзе. Например, если по азбуке Морзе ты получил «А», то действительной буквой, которую ты ищешь, будет одна из восьми, смежных с «А» на раскладке ЙЦУКЕН:
Кроме того, буквы перевода «прокручиваются». Имеется в виду, что если буква из азбуки Морзе расположена на краю решетки, как, например, «И»,