Чтение онлайн

Запах костра она почувствовала раньше, чем увидела огонь, мелькающий между стволами деревьев. Замедлила шаг, стала осторожнее выбирать место для следующего шага, чтобы снизить шум. Лорин кралась, как хищник, держа самодельное оружие наготове. Кто бы ни был у костра, лучше быть готовой…

У огня сидел мужчина. Вероятно, он был молод, но тяжелый труд рано состарил его лицо. Он держал над пламенем ветку с куском мяса, очертаниями напоминающим тушку маленькой птицы. Рядом стояла телега, осёл меланхолично пережевывал траву. Животное отреагировало на приближение опасности быстрее хозяина. Тот испугался уже в тот миг, когда Лорин оказалась рядом и нацелила палку ему в лицо. Этот незнакомец был безоружным, насколько она могла судить, так что опасаться ей было нечего.

– Ami taka ne'i, [35] – пролепетал человек испуганно.

– Мне не нужны твои деньги, – на том же языке ответила ему Лорин. – Куда ты идешь?

– В-вы не будете меня убивать? – спросил он дрожащим голосом. – Я не хотел вас оставлять, господин приказал! Это не я!

– «Он»? – переспросила Лорин, зная, о ком идет речь. – Клайв?

Мужчина энергично закивал. «Он все же джентльмен», – усмехнулась Лорин, и ее гримаса напугала несчастного еще больше, чем неожиданное поведение.

– Ты выведешь меня к Чанданнагару, – сказала она. – Сейчас.

– Ночь скоро, – попытался возразить тот.

– И я хочу ее встретить в собственной кровати.

– Но господин убьет меня! – едва сдерживая слезы, воскликнул человек.

– Ну это вряд ли. А вот я – могу.

Оказалось, они не так далеко ушли от города, как хотел рассказать напуганный незнакомец. Еще не стемнело окончательно, когда они пришли под стены Чанданнагара. Так как ворота уже закрылись, Лорин отпустила спутника одного, а сама в безопасном месте перебралась через стену.

Вместо того, чтобы направиться в дом, смыть с себя грязь и сменить лохмотья на нормальную одежду, она, минуя патрули, добралась до усадьбы, где находился командующий, подаривший Бенгалию Ост-Индской компании. Забравшись на крышу одного из ближайших домов, Лорин села на самый край, глядя в раскрытое окно кабинета.

Клайва она увидела сидящим за столом. Он писал что-то, но работа шла медленно. Часто останавливался, комкал лист, раздраженно отбрасывал его и брался за новый. Он походил на дикого зверя, запертого в клетке и бунтующего против дрессировщика. Чем это закончится? Смертью или покорностью? Римлянин опасный противник. Лорин не знала, что в тот момент в ее душе преобладало: злость на Клайва или жалость к себе. Может, он и не поверил ей, но вернул долг. Джентльмен до кончиков ногтей.

Ощутив чужое присутствие, Лорин вскочила на ноги и развернулась. Единственное свое оружие – палку – она выбросила еще за стеной, и теперь стояла совершенно беззащитная на краю крыши в изорванном платье. Перед ней черным вороном замер человек в глубоком капюшоне, закрывающем половину лица. На поясе – метательные ножи и пистолет, в ножнах кинжал, за спиной – арбалет. Как много способов убить всего одну безоружную девушку.

– Какая трогательная забота друг о друге, – произнес ассасин, изогнув губы не то в оскале, не то в ухмылке. – И как долго продлится ваша игра? Я слышал притчу о змее, что плывет на спине черепахи по морю. «Если я укушу черепаху, она умрет, и я утону», – думает змея. «Если я сброшу змею, она меня укусит, и я умру», – думает черепаха. Так они и плывут вечность.

Он снял капюшон и посмотрел на нее темными влажными глазами.

– Ты пришел за ним? – спросила Лорин, пытаясь представить, как сумеет остановить натренированного убийцу.

Но вместо ответа он тоже задал вопрос:

– Что ты знаешь о Римлянине?

– Этот сукин сын меня подставил. И, кстати, он убил одного из ваших довольно неприятным способом.

Выражение лица ассасина до того было отстраненным, но теперь выражало недоумение:

– Одного из… Это абсурд. К нему никого не посылали.

В голове Лорин за секунду сложилась до того омерзительная картина, что ей стало дурно. Так вот почему у пленника не было языка…

«Этот подонок схватил невиновного человека и пытал его до смерти, выдавая за моего сообщника. На месте Клайва я бы тоже усомнилась», – подумала она. Судя по всему, ассасин догадывался о ходе ее мыслей. Во всяком случае, его поза более не была угрожающей, он немного расслабился, словно некий барьер был преодолен.

– Зачем ты собирался убить Клайва? – спросила она прямо. – Кто за это платит?

Он снисходительно посмотрел на нее:

– В самом деле, ты не ждешь ответа! Посмотри вокруг. Ты видишь этот город? Его построили одни захватчики, а позже оккупировали другие. Британская корона поработит этот народ так же, как западные земли, случайно открытые Колумбом. Пройдет время, и все будут говорить на их языке, поклоняться британскому богу и деньгам. Мир встанет на колени перед ними.

– Перед кем?

– Ты мне скажи, – он приблизился, пристально глядя ей в глаза. – Прежде я полагал, что воюю только с тамплиерами, что это их цель – порабощение человечества. Но ты не из них, верно? Кто ты?

Лорин посмотрела на нож, зажатый в его руке. Странно, но вместо страха она испытала усталость.

– Смерть разочаровалась, не получив меня сегодня. Можешь сделать ей запоздалый подарок.

Ассасин что-то пробормотал на персидском и покачал головой:

– Я уважаю твою преданность делу. А твои хозяева ценят ее?

– Никто из нас не стремится к разрушению. Наше дело – наблюдать.

Ее собеседник горько рассмеялся:

– Значит, сейчас ты наблюдаешь за агонией целого народа. И как, тебе нравится твоя роль?

– Ты сам всего лишь слуга, – огрызнулась она. – Тебе платят – и ты убиваешь. Уверена, призвание палача тебе по душе.

– Я слуга, – согласился он, – но меня ведет вера в то, что моя жертва и мой труд не напрасны. А ты можешь сказать подобное?

Меньше всего Лорин хотела сейчас спорить и отстаивать интересы своей семьи. Да, семьи, ибо у нее не было близких, кроме Харди. А если он говорил от лица старейшин – то и они были близки ей. Но это был не лучший день для проверки собственной преданности.

– Ты хочешь убить Клайва? – спросила она прямо. – Я не дам тебе этого сделать.

– Сможешь помешать? – он настолько удивился, что даже не смог воспринять ее слова всерьез.

– Однажды уже смогла. Можешь убить меня сейчас и нарушить своё кредо, а можешь – оставить его в покое, и лишиться моего навязчивого общества. Но я буду рядом всякий раз, как ты попытаешься ему навредить. Стану твоей личной больной мозолью. Выбирай.

Ассасин задумчиво посмотрел на окно. Клайв ходил по комнате, изредка присаживался за стол, и тут же снова вскакивал.