Чтение онлайн

– Мне кажется, что вас вовсе нельзя оставлять одну, – заметил тогда Вуд, не слишком удачно скрывая обиду за шутливым тоном. – Того и гляди, украдут!

– Мы посреди океана, – ответила на это Лорин. – При всем желании украсть довольно затруднительно.

Последнее она произнесла с искренним сожалением. Зеленоглазый офицер был весьма недурен собой и в меру остроумен. Но сохранить связь в тайне невозможно даже в столице, что уж говорить о столь тесном пространстве как корабль. А репутация сейчас была для нее очень важна. Поэтому оставалось лишь с сожалением смотреть на волны и развлекать себя фантазиями.

Все это время Дестан, которого она воспринимала не иначе как сторожа, не оставлял ее, хоть его присутствие и не было навязчивым. Он постоянно был где-то рядом, даже если не попадался на глаза. Наличие темнокожего могучего великана в восточном одеянии лишь добавляло загадочности образу Лорин, хотя воспользоваться своим завидным положением она при всем желании не могла.

Но скучные дни прервались внезапно, как обычно. Дестан пришел к ней в каюту утром, застав ее еще неодетой в собственной кровати, и сообщил, что с Вудом произошло несчастье.

Как выяснилось позже, торговцу приснился дурной сон. Будучи человеком суеверным и мнительным, он отправился проверить, в порядке ли его груз. Видимо, интуицией он обладал неплохой, раз сумел почуять неладное – веревка, удерживающая ящики, порвалась, и те полетели вниз. Вот только интуиция не спасла самого Вуда: его привалило падающими ящиками.

Когда Лорин примчалась к нем в каюту, лекарь заканчивал осмотр. Бедняга находился без сознания, его нога была плотно перебинтована, побледневшее лицо покрыла испарина. Присыпанный стружкой и соломой парик лежал на тумбе.

– У него сломана нога, – сообщил лекарь присутствующим, среди которых находились компаньоны Вуда и сам капитан. – Возможно, внутреннее повреждение.

– Он поправится? – никто бы не смог упрекнуть Лорин в неискренности волнения.

– На все воля Божия, – смиренно произнес стоящий в углу священник.

– При должном уходе шансы не так уж малы, – поморщившись, признал лекарь. – Но на корабле… молитесь за него, юная леди.

Так как не было на судне ни одного человека, который бы не знал, что Лорин и Вуд помолвлены, ей пришлось и теперь отыгрывать свою роль, оставаясь подле больного и ухаживая за ним. Правда, она разделила обязанности с Дестаном. Впервые обнаружив, что простынь под больным промокла, она позвала своего стража и попросила его сменить постель.

– Я не его слуга, а ваш, – заметил мавр. – В мои обязанности входит исключительно ваша безопасность.

Лорин хотела сперва рассердиться, но, подумав, сделала вывод, что обычными уловками ее нового знакомого не одолеть. Тогда она отмахнулась и устало предложила:

– Я заплачу тебе. За каждую смененную простынь буду добавлять пять пенсов к жалованию от Харди.

– Шиллинг, – спокойно возразил Дестан.

– Ты в своем уме? – возмутилась девушка. – Я и без того назвала королевскую цену!

– Так может, вы и попросите короля сменить простыни этому джентльмену?

Лорин выругалась про себя, затем будто ненароком поправила вырез платья, чуть обнажая ложбинку между грудей, и обмахиваясь рукой, будто стало невероятно жарко. Обычно этого было достаточно, чтобы любой присутствующий поблизости мужчина выполнил любое ее требование: хоть прыгнуть в Темзу, хоть сразиться на дуэли.

Но в этот раз она услышала только тихий смех, и так искренне удивилась, что попросту не смогла рассердиться.

– Не старайтесь, моя госпожа, – белозубо улыбнулся Дестан. – Я не тот, кто сможет оценить вашу красоту по достоинству. Видите ли, меня оскопили.

– Это как? – не поняла Лорин и чуть с замедлением догадалась, – а! Какая… жалость. Как так?

– Когда мою деревню завоевали белые люди, их командир решил, что пленники должны думать не о плотских утехах. К тому же, на примере животных, он полагал, что это смягчит наш нрав.

– Надеюсь, он умер достаточно мучительно?

– Достаточно, – подтвердил Дестан с кивком.

– Шиллинг. И эту ночь ты у него дежуришь.

На этот раз Дестан уступил.

Как-то Лорин спросила, почему Вуд путешествует без слуги. И тот признался, что его прислужник умудрился скончаться буквально накануне отъезда, причем по глупейшим обстоятельствам. А Вуд был так занят, что попросту не сумел отыскать кого-то на замену.

Сейчас Лорин очень сожалела, что именно на ее плечи легла забота о торговце, балансирующем между жизнью и смертью. Масла в огонь подлили слова капитана, который не так давно вызвал ее к себе, чтобы предупредить. «Ваше присутствие на корабле изначально вызвало волнение, – говорил он, кружа по каюте, точно акула. – Сейчас же, когда ваш жених при смерти, эти волнения могут усилиться». Она решила изобразить полное непонимание: «О чем вы?» Капитан, едва не задев ее плечом, протиснулся к столу: «Плавание долгое, а мужчины… они… они как дикари, миледи. Вашего слуги недостаточно. Я вам предлагаю… другой вариант. Покровительство капитана – вот, что ценится на борту». Лорин снисходительно улыбнулась: «Вы опасаетесь за мою честь?» Капитан зло прорычал сквозь зубы и сплюнул: «Я опасаюсь за дух команды, миледи. Я видел, как кровные братья режут друг друга из-за кружки эля, как устраивают петушиные бои из-за пышной юбки. И не допущу кровопролития на своем судне». Лорин сдержано улыбнулась: «Я тоже его не допущу, сэр». Капитану ее ответ не понравился, но он был вынужден смириться: «Доброго здоровья сэру Вуду, миледи, но помните о моем предложении. Капитан Уилсон не торгуется».

Лорин и впрямь надеялась на выздоровление Вуда. Не то, чтобы он был слишком ей приятен, но без него легенду придется сочинять заново, к тому же удобное знакомство с Клайвом окажется под угрозой. Оставив безмятежного больного под присмотром слуги, она отправилась в свою каюту. Но спокойно дойти не удалось. В месте, где проход был достаточно узким, вдалеке от лестницы, ведущей на верхнюю палубу, путь ей преградил ухмыляющийся моряк. Лорин была вынуждена остановиться, всем своим видом демонстрируя возмущение и недоумение.

– Я слышал, сэр Вуд совсем плох? – с притворным сожалением поинтересовался тот.

– Он идет на поправку, – вежливо ответила Лорин. – Непременно передам, что вы молились о нем.

– «На поправку»? – сбоку из тени вышел еще один потертый ветром человек. – Лекарь со святым отцом толковал (толковали) совсем о другом. Уж не обмануть ли нас хочет прекрасная леди?

– Леди не к лицу вранье, – послышался голос за спиной.

Лорин огляделась. Оттуда да отсюда вышли еще люди. Значит, ждали ее здесь, будто в засаде. Капитан был прав: слишком долгое плавание. Ее окутало парами дешевой крепкой выпивки. Их пятеро облезлых голодных псов, и смотрят они на нее с таким же вожделением, как смотрели бы на сочный свиной окорок, если бы кок вдруг решил их побаловать вместо пресной жидкой похлебки. Голод лишил их остатков разума.

– Ваш капитан беспокоится, чтобы на корабле было тихо, – заметила она.

– А будет тихо, – заверил кто-то. – Кто тут шуметь станет?

– Ну а в море все тихие, как рыбы, – хохотнул другой.

Лорин облизала пересохшие губы. Ситуация была неприятной и, если откровенно, почти критической.

– А это для тех, кто шумит, – пучеглазый тощий моряк показал узкий нож и поскреб им побитую оспой щеку.

– Ясно… джентльмены, – Лорин обвела их взглядом, – я вас умоляю…

– Не нужно, моя госпожа, – гоготнул тот, кто стоял справа. – Это мы тебя умоляем.