Чтение онлайн

Я сделал наблюдения для определения долготы и, чтобы убить время, занялся вычислениями лунных наблюдений. На следующий день вождь дал нам зажаренную целиком козу и вдоволь каши. Заметил, что у него тоже ассирийский тип лица.

Мы выступили 22 октября. Нашим проводником был Читикола, он повел нас на запад, через реку Лилонгве, затем повернул на север и держался этого направления, пока мы не дошли до деревни Машумба. Вождь ее был единственным, кто попросил дать ему что-нибудь кроме лекарств, и вследствие этого получил меньше, чем мы обычно давали: мы всегда даем отрез материи [16] , и такой подарок считается щедрым, так как одежды здесь очень не хватает.

Слева тянулся хребет Заланьяма; мы в общем шли на север, но приходилось отклоняться в сторону тех деревень, население которых относилось дружественно к нашему проводнику. Иногда мы продвигались лишь чуть-чуть, так как наши проводники старались по возможности сократить рабочее время. Вождь последней деревни, Читоку, пошел с нами и привел нас в деревню кузнецов: здесь работали четыре печи и одна кузница. Переправились через Чиньямбо, быструю реку, текущую от Заланьямы и впадающую в Миронгве, которая в свою очередь впадает в Линтипе. Местность вблизи гор покрыта лесами, деревья главным образом камедные (масуко, маченга), Brachistegia и рододендроны. Часто встречается вереск, который в Капской колонии называют риностербош, иногда попадаются колючие акации. Трава невысокая, но ее очень много.

24 октября. Наш проводник Мпанда повел нас лесом, рассчитывая пройти в деревню Чимуны коротким путем. Мы натолкнулись на стадо слонов голов в пятнадцать, кругом было много поваленных ими деревьев. Слоны, видимо, с удовольствием поедают некоторые виды корней и проводят много времени за их выкапыванием. Они жуют корни деревьев и ветви толщиной в ручку лопаты. Невдалеке от нас паслось много буйволов. Мы видели также стадо антилоп канн, они держались лишь немного дальше чем на расстоянии выстрела из лука. В двухстах шагах от нас паслось стадо баама, или антилоп бубала. Одну антилопу мы подстрелили.

В тот момент, когда мы радовались добытому мясу, беглецы из покинутой всеми большой деревни сообщили нам, что мазиту вышли в разбойничий поход. Пока люди жарили и ели мясо, я отправился вперед с Мпандой, чтобы получить у Чимуны людей для переноски остального, но меня вскоре вернули назад с дороги. Мимо нас шла другая большая толпа отступающих. Люди бежали напрямик к горам Заланьяма и пробивались через лес, не жалея ног. Этим утром они успели убежать от мазиту. Люди Мпанды хотели оставить нас и отправиться назад, чтобы позаботиться о своей деревне, но мы уговорили их довести нас до ближайшей деревни, находящейся у самого подножия Заланьямы. Мы двинулись по следам беглецов; жесткая трава со стеблями почти такой же толщины, как гусиное перо, должно быть, причиняла сильную боль их ногам, но что это значило по сравнению с жизнью! Мы намеревались занять позицию в горах и защищать свое имущество от мазиту в случае их приближения. Но наутро мы услыхали, что враг направился на юг.

25 октября. Двигаясь на север, подошли к городу вождя Чимуны, большому центру чипета, окруженному многочисленными деревнями. Путь наш лежал через лес, и, когда мы вышли на открытую горную долину, в которой расположены деревни, мы увидели на больших муравейниках высотой с одноэтажный коттедж людей на страже, ожидающих появления мазиту.

С юга тянулась цепочка подходивших деревенских жителей, на низких горах в этом направлении был виден поднимающийся к небу дым горящих селений. Кругом были только мужчины: женщины и вождь ушли на гору Памбе. Все мужчины были вооружены длинными луками; у одних луки были плоские, у других круглые; колчан обычно висел за спиной, а в волосы воинов были воткнуты пучки перьев, вроде тех султанов, какие носят на киверах наши уланы. Но оставались они не для того, чтобы сражаться с мазиту, а для охраны своих домов и запасов зерна от грабителей из собственного племени, на случай если мазиту не придут. Нам отвели хорошую хижину и немедленно послали человека на Памбе, чтобы дать знать вождю о нашем приходе. Чимуна появился вечером и просил меня остаться на один день в его деревне Памалоа, так как он – главный вождь среди вождей чипета. Я сказал ему, что такое же желание высказывают все вожди, и если бы я их слушал, то мы никак не продвигались бы вперед, а период дождей уже близко. Но у Чимуны пришлось остаться.

26 октября. Сегодня весь народ спустился с Памбе и толпился в деревне, чтобы посмотреть на чужестранцев. Люди здесь знают очень мало об окружающем мире, за исключением своих насущных дел, но дела эти требуют немалых навыков, и мы оказались бы в очень затруднительном положении, если бы, не обладая их умением, должны были поддерживать свое существование в местных условиях. Печи здесь напоминают по форме бутылку, высота их семь футов, ширина три фута. Один беззубый патриарх слыхал о книгах и зонтиках, но ни разу не видел ни тех, ни других. Самый старый из жителей никогда не уходил далеко от места своего рождения, но хорошо знает особенности местных почв; его знаний достаточно для ведения земледелия, строительства хижин, плетения корзин, гончарного дела, изготовления ткани из волокон коры и выделки шкур для одежды; кроме того, он умеет делать сети, ловушки и веревки.

Внешность Чимуны весьма неприглядна, но вел он себя хорошо. Он был очень благодарен за пластырь на поясницу для облегчения ревматических болей и поднес нам перед выходом огромную корзину каши и курицу. Чимуна просил меня выстрелить из ружья, чтобы мазиту, услышав выстрел, поняли, что в деревне есть вооруженные люди. Все здесь говорят, что эти грабители бегут от огнестрельного оружия. Я думаю поэтому, что они не зулусы, хотя и следуют некоторым их обычаям.

По пути к владениям вождя Мапуйо прошли через несколько больших деревень. Каждая окружена обычной изгородью из молочая, везде растут большие деревья, посаженные ради тени. Идем по ровной или слегка волнистой местности, почти лишенной деревьев. Когда идешь по наклонному пути вдоль углублений между волнами этого земляного моря, часто попадаются сочащиеся водой болота. Нередко встречаются кусты того рода, какой растет на месте срубленных деревьев. Горы тянутся на востоке и на западе от нас.

Прибыли в деревню Мапуйо. Как это часто бывает, вождя не было видно, но он прислал нам тыквенный сосуд только что приготовленного пива, которое очень освежает; он отвел нам хижину и обещал вечером приготовить еду. Приходится нанимать пять или шесть носильщиков, и от них зависит длина дневного перехода. Носильщики из деревни Чимуны начали ворчать, когда им дали в уплату за работу по шесть футов коленкора, но несколько ниток бус вполне их удовлетворили, и мы расстались друзьями. У каждого встречного мотыга или топор на плече, и работающие часто только присаживаются, когда мы проходим, чтобы проводить нас взглядом.

У многих мужчин большие прорези в мочках ушей, татуировка у каждого племени своя. Женщины больше, чем мужчины, позволяют себе эту болезненную роскошь, вероятно, потому, что у женщин здесь очень мало украшений. У многих лицевой угол совершенно греческий. Изящные черты лица встречаются очень часто, ноги и руки почти у всех маленькие. У Мапуйо тонкие ноги и вполне европейский тип лица.

Вежливое хлопанье в ладоши на разный манер заменяет фразы вроде «позвольте», «прошу прощения», «разрешите пройти», «благодарю вас». Им пользуются и при формальном представлении знакомящихся, и при прощании, оно же равносильно возгласу «слушайте, слушайте». Если зовут подчиненного, он отзывается двумя короткими хлопками, означающими «иду». Здешние жители церемонно вежливы друг с другом. Знак вождя деревни – большой браслет из слоновой кости. Ничего другого, выражающего различия в занимаемом положении, нет.

28 октября. Воскресенье проводим в деревне Мапуйо. Долго беседовал с вождем. Страна его в тяжелом состоянии из-за постоянных набегов мазиту, которые разбойничают без всякого противодействия.

29 октября. Двигаясь на запад, дошли до деревни вождя Макосы; дальше идти не могли, так как следующий переход длинный, и путь лежит через малонаселенную область. Утро было прелестное: вся округа купалась в ярком солнечном свете, ни одно дуновение ветра не колебало дым, медленно поднимающийся клубами от куч горящих сорняков, благоразумно уничтожаемых неграми-земледельцами. Пока еще не стало жарко, народ занимался преимущественно вскапыванием земли мотыгой. В деревне, где мы отдыхали, видели старика, у которого осталось мало волос; он заплел их сзади в косичку, основательно смазал ее жиром и, загнув наверх, положил плашмя на макушку. Отдельные жители наслаждались прохладной тенью диких фиговых деревьев, которые всегда сажают в деревнях. Это дерево считается священным во всей Африке и в Индии; нежные побеги-корни, спускающиеся с ветвей на землю, используются как лечебное средство (здесь это универсальное лекарство). Фиговое дерево определенной породы часто видишь изрубленным со всех сторон для получения сока, его используют как клей для ловли птиц. Из коры таких фиговых деревьев делают также волокно для тканей.