Чтение онлайн

10/23 февраля 1903. Понедельник.

Отчеты и донесения за 1902 год кончены и отправлены на почту. Работа эта всегда немало утомляющая и, главное, отвлекающая от главного занятия — перевода богослужения — недели на две.

После полудня читал накопившиеся за последние дни письма.

Василий Хираи, лежавший в параличе, поправился; о. Яков Мацуда испытывал его и свидетельствует, что он совершенно свободно говорит и владеет руками и ногами, как здоровый, почему и представил его опять на службу в Сеноо; там весьма обрадовались этому и даже мне написали благодарственное письмо за это.

Больше интересного из писем ничего не вычитал, а просьб о деньгах, как и водится, вычитал несколько, которые по возможности и удовлетворил.

11/24 февраля 1903. Вторник.

Задень справил частную корреспонденцию: адмиралу Алексееву, начальнику Квантунской области, о находящихся здесь в Семинарии русских учениках Легасове и Романовском — как учатся и прочее, на запрос адмирала; В. Н. Буховецкому и А. Эр. Шпейер об их крестнице Кате, учительнице здесь в школе; Miss Mary Patherson, San—Francisco, что, по просьбе Reverend Jefferys’a, наши книги ныне посылаются в Сан—Франциско для живущих там японцев и прочее.

Вечером с Накаем продолжали перевод. Ныне идет служба праздников Обрезания и Святого Василия Великого.

12/25 февраля 1903. Среда.

Отправлен ящик книг в Сан—Франциско, по просьбе Rev. Jefferys’a, что в Сендае, — все наиболее серьезные наши религиозные переводные книги, около пятидесяти экземпляров, на имя Miss MaryJ. Patherson, Librarian for the San—Francisco Mission to Japanese — в пользу японцев, живущих в Сан—Франциско, — между которыми есть и православные.

На будущее время иметь в виду, однако, что при подобных просьбах о пожертвовании книг следует, жертвуя, сдавать их тут же кому–нибудь. Теперь на пересылку ящика с этими книгами потребовали из Пароходной компании двенадцать ен; трата вовсе не по нашему карману, хотя книг не жаль.

13/26 февраля 1903. Четверг.

Школы с сегодня отдыхают, так как масленица. Кстати посмотрят великолепие похорон принца Комацу, которые происходят сегодня.

У нас с Накаем отдыха не полагается — переводим.

14/27 февраля 1903. Пятница.

Ученики Семинарии и Катихизаторской школы, человек пятьдесят, отправились, в шесть часов утра, под предводительством Василия

Ямада, начальника общества «Сейнен», в Оомия на прогулку. Туда, восемь ри, будут идти пешком, оттуда вечером приедут по железной дороге. Там погуляют в Общественном саду и побудут в церковном доме, где предполагается религиозное пение и произнесение религиозных речей. Погода, кстати, хорошая.

Из Кобе от Кавамура письмо, что ящики с церковными вещами ему сдали и что таможня их пропустила беспошлинно. Спасибо за это! Теперь забота Кавамура — только благополучно доставить их в Кёото. К ста енам, данным ему отсюда, потребовал еще сегодня семьдесят ен перевести на его имя в Кёото телеграфным путем. Сделано.

Утром, во время перевода, посетил Bishop Williams в сопровождении Mistress Gradiner. С радостью принял я старого приятеля. Он живет теперь постоянно в Кёото и имеет в своем заведывании только четыре Церкви. Скромен до того, что на кресла не упросишь сесть, присел на стуле; снять с себя фотографию невозможно упросить его. Спрашиваю:

— Когда это вы прекратите выписку ваших миссионеров в Японию? Теперь здесь у Вас, епископалов, вероятно, около сотни на поле. И еще Bishop of Kyoto, Partrige, требует «as soon as possible» выслать ему сюда «ten ordained missionaries and ten women», как вчера напечатано во вчерашнем номере «Japan Daily Mail».

— А как же! Нужно, очень нужно! — отвечает.

15/28 февраля 1903. Суббота.

Написал о. Денисию, на Афон, в ответ на его недавнее письмо, чтобы, если благословят авторитетные афонские старцы, если средства есть на дорогу и на прожитие здесь и если желает, пусть приедет сюда частно, чтобы посмотреть, можно ли основать здесь монастырь. По его желанию послал ему и некоторым старцам японское Евангелие и несколько других книг.

16 февраля/1 марта 1903. Воскресенье.

Заговенье перед Великим Постом.

До Литургии крещены один взрослый, трое детей.

После службы были, между гостями, христианин из Сайдзё, на Сикоку, агент страховой компании, по–видимому, усердный верующий; христианка из Аннака, мать жены катихизатора Негуро, плакавшаяся, что издержалась на лечение его; потом она была вместе с катихизатором в Аннака Иоанном Ито и его невестой — видимо, в качестве сватьи их, просить на время поместить невесту в школу (пусть, если Елисавета найдет там место для нее).

В пять часов с половиною вечерня и повечерье перед завтрашним постом. Прощаясь после богослужения, я сказал небольшое поучение, чтобы старались искоренять дурные свойства, составляющие причины и корни грехов; каяться только в дурных поступках поверхностно — все равно, что отщипывать ростки, не трогая корни. Пусть каждый твердо верует, что с помощию благодати Божией может исправить свои дурные свойства. Священное Писание и Священное Предание полны примерами исправления грешников. Святой Ефрем, молитву которого только что творили мы, в молодости был дурным человеком, а теперь как чтется!.. И пусть каждый считает своею непременною обязанностию самоисправление, помочь тут никто не может, кроме Бога, другой тебе своих сил не передаст, как, например, учитель передает знание истории, географии и подобного. Если сам не позаботишься и не попросишь Бога, непременно погибнешь.

17 февраля/2 марта 1903 – 22 февраля/7 марта 1903.

Первая неделя Великого Поста.

Службы: утреня в шесть часов — шла полтора часа;

Часы в десять часов — почти два часа;

Великое повечерье в половине шестого — продолжалось два часа. Великий Канон я читал. Таков порядок службы был всю неделю. В среду и пятницу была преждеосвященная Литургия. Кроме учащихся в Церкви почти никого не бывало, особенно утром и вечером. В четверг после утрени прочитаны были молитвы к исповеди, после чего в продолжение двух дней о. Роман Циба исповедал учеников Семинарии, о. Феодор Мидзуно — учеников Катихизаторской школы и учениц. В субботу в восемь часов прозвонили к причастному Правилу, вслед за которым был звон к Литургии, на которой все учащиеся приобщились Святых Тайн. Вместо запричастного я сказал небольшое поучение — о единении всех в одну семью Отца Небесного таинством причащения. «Смешением языков люди разделены были, ниспосланием Духа Святого в виде огненных языков — соединены, и это совершается преимущественно через участие в единой для всех таинственной трапезе, через которую ныне вы и за себя, и за весь народ ваш присоединяетесь к семье Отца Небесного, и истинно воспитываетесь для Царства Небесного. Тело нельзя напитать, например, написав иероглиф „миси“ и держа его перед глазами, и душа тоже не мечта — ей нужна действительная пища, это и есть Тело и Кровь Христовы», — и так далее.

Замечательных писем из Церквей не было. Только из Маезава христианин Адриан Сунгиноме попросился в катихизаторы, «полгода–де поживу при катихизаторе для более ясного узнания веры — а там и на службу». Но и в эти полгода нужно ему на пропитание семье по меньшей мере восемь ен в месяц и так далее. И ходатайствуют за него катихизатор Иоанн Синовара, катихизатор в Ивайквай Тит Накасима и сам о. Борис Ямамура. А Адриану шестьдесят лет; жена у него не встает с постели, стало быть, отлучиться он никуда не может. Прямо–прямёхонько видно, что человеку хочется только задаром сесть на шею Церкви. И за такого человека ходатайствуют! Бедная моя головушка! Ни единого нет между японцами печалящегося о Церкви! Борис — лучший из священников, и тот вот всегда так!.. Разумеется, отказано.