Дневники
Шрифт:
24/VIII
МОСКВА
В Киеве прочел Дикого. Очень хорошую написал книгу, смелую, нужную, самостоятельную, написал сердечно.
Но… если бы не знать мне Дикого в натуре. А как художник после МХАТ 2-го он ничего не сделал. Не всему я верю и в истории с Чеховым, да и взаимоотношения с МХАТ 2-м что-то не то… уж очень он все предвидел. А раз предвидел, чего же свою жизнь построил так, что вся она была опровержением его доводов?
Со временем жизненный облик сотрется из памяти современников и останутся его программные утверждения… И не будет разницы между тем, что говорил, и тем, что делал, и книга сделает свое дело.
8/IX
«ОТЕЛЛО»
Условность…
Сама сцена — условность.
Условность — монолог. Своя мысль, разговор с собой, мысль, которая в жизни обычно не высказывается вслух, разве только что склеротиком.
В опере условность само пение, уже не говоря о хоре, призывающем спешить и не двигающемся с места.
Такая же условность — увидев Дездемону, произнести целый монолог, стремясь к ней и не двигаясь с места.
Условность?
А я ее оправдал. Более того, настоял, чтобы этот монолог говорился с большого расстояния; мизансцена не возбуждает недоумения, а, наоборот, отмечается как хорошая находка.
Следовательно, чтобы монолог не был «монологом», а был оправданной формой общения, нужны высокие задачи, большой накал страсти, как здесь, например: продлить наслаждение неожиданной встречей с Дездемоной — «остановись, мгновенье, ты прекрасно!». Это понятно, это жизненно. Редко встречаемое, но желанное. В таком случае получается разговор о любви, которая не стремится быстро к конечной цели. Это та любовь, где каждая новая ступень — радость, счастье, неповторимое, невозвратимое, не насладиться которым грешно. Это и радость и опасение, это мужество и робость, стихия и штиль. Это чистота и молодость.
26/IX
Смотрел «Виндзорских насмешниц».
Спектакль не вырос потому, что он не положен на действие. Хотя мизансцены уточнены и актеры освоились с заданием, но получается пустячок, пустышка. Хороши Цейц [455] , Бродский [456] …
На «базаре» хорошо работают художник-моменталист Костомолоцкий и комментатор спектакля Новиков [457] , уже по одному тому хорошо, что профессионально.
455
Цейц Сергей Сергеевич (р. 1918) — актер, заслуженный артист РСФСР. В труппе Театра имени Моссовета с 1943 года. В «Виндзорских насмешницах» — исполнитель роли доктора Каюса. Играл также в спектакле «Трактирщица» К. Гольдони (Форлипополи).
456
Бродский Николай Исаакович (р. 1900) — актер. В 1924 году вступил в труппу Театра-студии под руководством Ю. А. Завадского, в 1936–1940 годах играл на сцене Ростовского-на-Дону театра имени М. Горького (в 1937 году участвовал как режиссер в постановке спектакля «Тигран» Ф. Готьяна), в 1940 году перешел вместе с группой ближайших учеников Ю. А. Завадского в труппу Театра имени Моссовета, где оставался до 1961 года.
457
Новиков Борис Кузьмич (р. 1925) — актер, заслуженный артист РСФСР. В 1944–1962 годах работал в Театре имени Моссовета. В спектакле «Виндзорские насмешницы» выступал в роли «лица от театра».
Ю.А. заставил многих актеров и актрис петь, хотя слушать их наказанье, а певица на ярмарке не только безвкусна, но и пошла и вульгарна. Грубое надо делать тонкими средствами. Дурака — умным, смешное — серьезными красками.
Театр изображения.
Почти все актеры, за редким исключением, плохо говорят.
Почему-то в Театре обосновалось увлечение модуляцией голоса — от нормального звука к фистуле. Этот прием не дает возможности услышать слово, слышна только интонация, якобы выразительная и смешная.
27/IX
В прокат пошел вновь «Котовский». Сегодня мне третий день звонят и говорят, что уж очень хороший фильм (?). А ведь это рядовой фильм. Как же, следовательно, плохи новые ленты
5/X
Вот он, раскрепощенный труд!
Вослед за баллистической ракетой, опередившей американскую, засветилась новая звезда, русская — советская звезда [458] , и гоняет вокруг земного шара и дразнит — «догоняй!»
458
Речь идет о первом искусственном спутнике Земли, запущенном в СССР 4 октября 1957 года.
Какая радость, какая надежда, уверенность!
Да здравствует гений нашего народа! Да здравствует жизнь!
Все больше — великое, вне зависимости от того, в чем оно проявлено — в науке, искусстве, технике, волнует, захватывает своей поэзией.
Таинство!
Мы вроде как привыкли к тому, что у нас чудо за чудом носит марку — «сделано в СССР», но такое чудо, хоть оно и совершено на моей Родине, а может быть, и потому именно, потрясает и в моей голове не умещается.
4/XI
Еще один!
Спрашиваю деда Федора — егеря, полуграмотного мужика, рыбака, охотника, лет восьмидесяти, мол, как ты смотришь на дело то? — Ай да мы!
Все, что было сказано. А сколько в этом гордости, уверенности, причастности.
Прелесть!
17/XI
Смотрел «Дали неоглядные» [459] .
Спектакль получился. Что-то есть такое, что отличает его от других наших спектаклей и спектаклей других театров. Это спектакль Завадского, хотя о колхозе представление дает он своеобразное.
459
Постановка спектакля «Дали неоглядные» Н. Е. Вирты осуществлена Ю. А. Завадским. Режиссер Б. Н. Докутович. В ролях: Р. Я. Плятт — автор, Т. А. Чернова — Настя, А. М. Дубов — Хижняков, Г. А. Слабиняк — Ареф Поздняков («Утверждатель»), В. П. Марецкая — Ракитина.
Критика находит, что это лучший московский спектакль к празднику.
Теперь по «гамбургскому счету»:
Хорошо будет играть Новиков. Лучше остальных Плятт. Будут хорошо играть Климова, Чернова. Дубов — как Дубов, ничего нового, одна достоверность. Таков же Слабиняк. Марецкая — пока плоха. В чем дело? Не ищет Вера, успокоилась, не расстраивается и из кожи лезет вон, чтобы быть красивой, да обаятельной, да молодой… А надо подумать о перестройке. Здесь играет «удивительно простую», такую «приятную»…
Пробовал говорить, от разговора уходит, или не верит, или… А что «или»? Видимо, уверена в правоте своей.
Художник находит простые, чистые линии, в декорациях — намеки.
Ю.А. доволен. Вызывает к себе и по свойственной ему манере спрашивает: «Ведь, правда, хорошо?»
Актерских удач в спектакле было бы больше, не будь этой судороги с переделками и доделками.
Ну да ладно, лишь бы подняли спектакль, а то страшно за театр становится — на краю, как бы все старания, мечты жизни, лишения не пошли прахом…
20/XI
Вчера смотрел «Лису и виноград» [460] у Товстоногова.
Какую пьесу мы пропустили! […] Неблагополучно у нас с отбором пьес. Горько, если не отличают плохой от хорошей, еще хуже, если читают с прицелом на одну-две фамилии. Сколько первоклассных пьес упустили, которыми другие театры делают погоду, страх.
26/XI
РОСТОВ-НА-ДОНУ
«МАСКАРАД»
С 11 часов до 4-х — репетиция.
460
Спектакль «Лиса и виноград» Г. Фигейредо в Ленинградском Большом драматическом театре имени М. Горького в постановке Г. А. Товстоногова.