Чтение онлайн

Такой эгоистичной оказалась моя первая после пробуждения мысль.

Я, конечно, не выспалась, но вообще-то я привыкла не высыпаться. Как-никак, по вечерам я сова, а утром превращаюсь в жаворонка. Когда же все-таки спать, мироздание мне, к сожалению, не сообщило.

Однако в тот момент, тем непонятным утром, я чувствовала себя совсем-совсем не выспавшейся. А такую меня разбудить даже будильнику удается только с третьего раза.

Значит, что-то произошло.

Что-то.

Пережитый день навалился на меня тяжестью воспоминаний.

Произошел шабаш, Вика произошла, Ярик, чтоб ему хорошо жилось. Бесконечно огромное здание, почти замок, и ужин, и сон, который пришел после такой утомительной бессонницы.

Я медленно открыла глаза, созерцая уже привычный потолок, прихорошившийся пудрой рассвета.

И поняла.

Я оказалась права, и мы все ещё здесь.

Но почему тогда я слышу голос отца?..

— Яна, — решительное. — Яна, — строгое. И вдруг голос чуть ослаб, обрел совсем непривычные для меня нотки нежности, когда отец произнес: — Дочка?

В первое мгновение я чуть не спросила удивленно: «Папа?». Не до конца проснулась, видимо. Отца папой я не называю уже лет… шесть? Впрочем, а он меня когда последний раз называл дочкой? Ах, точно. Когда я пошла в детский сад, и отец впервые отправился забирать меня без подручной помощи — то есть, без матери. Было это в самом начале моей садиковской карьеры. Тогда воспитательница, красивая Инна, ещё не успевшая запомнить всех родителей, спросила у отца, за кем он пришел. И он ответил, что за дочкой. За Яной. За Яной Заболоцкой.

— Да, — произнесла я тихо.

— Ты меня слышишь?

Я поднялась на локтях, огляделась вокруг. Вика ещё не проснулась, Ярик тоже. Ну, как говорится, кто много спит, тот много спит. А кто мало, тот я.

Я встала с кровати, медленно прошлась к двери, пытаясь обрести равновесие.

— Слышу, — отозвалась я. — Отец… Ты связался со мной?

— Да, — ответил он так просто, как будто я не знала, насколько этот ритуал пакостный и требовательный. — Где вы потерялись?

— Мы?

Я скрылась за дверью в ванную, слишком громко ее захлопнув. Сейчас как разбужу всех… и они начнут мне мстить. На всякий случай замкнулась. Ну да, впрочем, Ярослав совсем недавно и замки поприличнее взламывал, что ему эта безделушка?

Не повезет его жене. Никакого личного пространства.

— Вы. Скажи мне, где вы. Ты, Виктория и тот случайный прохожий, который угодил с вами в портал. Яна, быстрее. Связь теряется.

Так он все знает?..

Знает, что я здесь не одна. Вот только с Яром прогадал. Не признал в нем летнего знакомого? Впрочем, сколько они были знакомы-то? Две секунды, когда я всеми силами пыталась показать Яру, чтобы он сматывался отсюда подобру-поздорову, вот и все.

Две секунды, во время которых я очень боялась, что отец заподозрит меня в каком-либо контакте с белым магом.

А почему боялась — и сама не знаю. Чтобы не пасть в глазах отца? Или чтобы лишний раз ни о чем ему не напоминать?..

Я провела ладонью по гладкой поверхности белоснежной раковины и подняла взгляд. Отражение смотрело на меня с растерянностью.

Ладно.

Нужно вернуться.

Вернуться к более насущному вопросу.

Где мы.

— Не знаю, — отозвалась я. — В каком-то дворце… то есть, большом особняке. За окнами — поля, речка, лес вдалеке. Но тут есть еда, кровати, современная ванная. Иногда… То есть, не во всех комнатах.

Несколько секунд отец молчал, и я успела подумать, что связь потерялась. Но потом он — голос в голове — произнес:

— Я пытался отыскать твою душу. Не выходит… Мы волновались.

— Наверное, слишком далеко, — предположила я. — Нас засосало, когда было темно, но здесь ещё стояло солнце. Осень за окном не такая, не похожая на нашу… — И только потом спохватилась: — Вы?

Но отец успешно проигнорировал этот вопрос.

— Подумай хорошо, — сказал он. — Может быть, ты можешь назвать какие-нибудь детали… Знаки, числа. Что-нибудь. Здесь Наташа, — пояснил он, — она в этом хорошо разбирается. Нам нужна зацепка, чтобы мы могли выйти на ваш сле…

След.

Я договорила это слово вместо отца, чувствуя, что на секунду замерло сердце.

Никакие детали назвать я не смогла. Не только потому, что не знала — банально не успела.

Связь все-таки оборвалась, и отец, который и без того был не то чтобы близко, потерялся окончательно.

Я вновь посмотрела на себя в зеркало. К растерянности прибавилась обреченность. Ещё бы!.. Деталь. Хоть какая-нибудь деталь. Но как понять, что это может быть?.. Марка холодильника, цвет стен?

Только потянувшись к дверному замку, я услышала оживление по ту сторону.

Похоже, кто-то проснулся. Или проснулись все. Может быть, у них получится поспособствовать нашему спасению? Хотя бы у них?..

Я щелкнула замком.

За дверью происходил скандал, в прямом смысле этого слова. Вика пряталась за одеялом и кричала на Ярослава. Яр пытался оправдаться, но лицо его было покрасневшим, и одеяло вокруг себя он тоже обмотал. А тут я. Вышла, посмотрела сначала на одного, потом на другого. Когда замолчали, спросила:

— Что тут у вас?

— Твой белый врач, Заболоцкая, — гневно выдала Вика, — на меня пялится. Забылась, с кем не бывает. Откинула во сне одеяло. Но представляешь… Просыпаюсь… И он лежит, разглядывает меня, не испытывая ни малейшего стеснения.

— Я проснулся на секунду раньше тебя! — огрызнулся Яр. — Да и зачем мне на тебя смотреть? Что-то особенное увижу?

Вика обиженно поджала губы и повыше натянула одеяло. Взглянула на меня, будто хотела выдать ещё один аргумент в свою пользу, но вдруг спросила:

— А с тобой что? Ты такая хмурая. Встала не с той ноги? Оке-е-ей, я согласна, что мы все стали не с той ноги хотя бы потому, что мы все ещё здесь, но все же?

— С той, — отозвалась я. — Причем сразу после того, как отец связался с моей душой.

— Ты с ним разговаривала? — удивилась Вика. О трудности этого ритуала она тоже знала. — Впрочем, чему я удивляюсь… Капец!

Одеяло успешно слетело вниз, и Вика, чертыхаясь, нагнулась, чтобы его поднять.

Яр отвернулся. Я тоже. Но говорить не перестала: