До самой смерти
Шрифт:
Он молчит, как и всегда, когда я произношу эти слова. И он отвечает то же самое, что и отвечал с самого начала. Он никогда не произносил признаний в ответ. Я не уверена, что он вообще знает как это делать, так что сейчас я не заставляю его.
– Я знаю, что любишь, Катя.
После этих слов, он вешает трубку.
~*~*~*~
Маркус.
Я глажу рукой свой член и лбом прижимаюсь к стенке душа. Блять, я скучаю по киске своей жены. Эта женщина сводит меня с ума, всегда искрится от счастья, видит только лучшее в людях, и так же имеет чертовски сладкое тело. И она тоже любит, когда я внутри неё. Мне нравится, когда она царапает мою спину, скользя напротив всего моего тела. Отлично. Стоит того кольца, что я надел на её палец.
Я не люблю её, но с ней легче жить, чем мне казалось на первый взгляд. Она послушная, что странно, и смотрит на меня, словно из моей задницы светит грёбанное солнце. Я знаю, что она меня любит: и я уже давно это знаю. Я ненавидел это поначалу, адски ненавидел, но, в конце концов, это ничего не меняет. Она может любить меня сколько хочет. Если это делает её счастливой, то пусть так и будет. Я хочу, чтобы она была счастлива.
Я не настолько придурок.
Я гортанно стону, пока кончаю в собственную руку. Прошло уже больше недели с тех пор, как я был с Катей, и, блять, она нужна мне. Я поднимаю голову с холодного кафеля, рыча, пока последняя струя сливается с водой. Я устал от этих отельных кроватей, от своей руки, от херового душа и дерьмовой еды. Как только выслежу Лукаса, сразу же уберусь отсюда.
Я не скучаю по ней. Как бы странно не звучало, хорошо побыть наедине с собой. Но, тем не менее, я рад вернуться домой и похоронить себя глубоко в ней.
И это определенно стоит того.
Глава 8
Тогда
Катя
– Ты же не серьёзно! – кричу я в телефон на Кэнди.
– Пожалуйста, Кать, ну срочно нужно. Если я приду на встречу без неё, Маркус взбесится.
– Я продинамила его, – шепчу я, упорно настаивая на своём. – Я выползла из его кровати утром, накалякала сомнительную записку и сбежала. Он не должен меня увидеть.
– Он на встрече, – уговаривает она. – Его не будет. Ты только зайдешь и выйдешь. Пожалуйста, Кать, мне она очень нужна.
Чёрт побери! Она хочет, чтобы я принесла ей флешку с презентацией, и эта флешка сейчас лежит на моем столе. Кэнди забыла её утром, когда торопилась, и теперь хочет, чтобы я её принесла. К ней, в рабочее здание, которое также является домом Маркуса. Я должна собраться и просто не попасться на глаза мужчине, от которого недавно улизнула.
Я никогда ни от кого не сбегала, но у меня не было выбора. Он просто слишком опасный для меня. Слишком сексуальный. Слишком напористый. Слишком… Маркус. Он подарил мне самый лучший секс в моей жизни. Боже, это было потрясающе. Его рот, тело, член… да весь он. Так что я испугалась и сбежала. Я не могу себе позволить встречаться с кем-то подобным в своём мире: тут просто нет места для такого опасного мужчины, как Маркус Тандем.
– Боже, Кэнди, – бормочу я. – Хорошо. Но если он там, я разозлюсь.
Она мямлит около десятка благодарностей и отключается. Это мой первый выходной, и мне надо идти в дом моего последнего любовника, после того как я продинамила его три дня назад, и молиться, что его там не будет. С глубоким вздохом, я подхожу к столу и беру флешку. Затем, накидываю на себя пальто, беру ключи от машины и еду к дому Маркуса.
~*~*~*~
Я впервые вижу офисное помещение Маркуса, хотя и ночевала в его доме. Он ещё в ту ночь пояснил, что половину огромного дома было переделано под офисы. Я просто не знала, каков масштаб. В тот момент, когда я шагаю через входные двери, я пялюсь, полностью шокированная, что это часть его дома. Огромное и красиво помещение декорировано так, что похоже на любую обычную фирму.
Никогда не догадаешься, что это дом.
Красивый еловый стол на ресепшене – первое, что вы увидите и молодая блондинка сидит за ним, ее волосы уложены на голове, очки сидят на носу и она быстро печатает. Над ней висят огромные золотистые буквы, поясняющие, что это – Тандем Машинс. Странный бизнес.Я предполагаю, их где-то собирают – ведь без машин тут не обходится. Это имеет смысл.
За спиной женщины отведена секция под офисы, некоторые со стеклянными стенами, что можно видеть насквозь, другие – полностью защищены. Кажется, офисы располагаются на двух этажах, потому что прямо в центре стоит лифт. Люди заняты печатаньем, везде звонят телефоны и это, в общем-то, занимает мало места. Я снова смотрю на ресепшн, и подхожу ближе.
Блондинка смотрит на меня, когда я подхожу ближе, она улыбается своей фальшивой, но очаровательной улыбкой.
– Чем я могу вам помочь?
– Я здесь, чтобы передать кое-что Кэндис, – я улыбаюсь.
– Конечно. Её офис последний справа.
Я киваю и благодарю её, а дольше обхожу стол и спешу пройти через ряды офисов. Как только добираюсь до последнего справа, то замечаю, что здесь пусто. Блин, Кэнди!
– Я могу вам помочь?
Я поворачиваюсь и вижу очаровательного пожилого мужчину. У него теплая улыбка и копна седых волос. Его голубые глаза изучают меня, и его улыбка расширяется.
– Я ищу Кэндис. У меня есть кое-что для неё.
– Конечно, она наверху в комнате отдыха.
Чёрт.
– Ах, вы не могли бы передать это ей?
Он машет рукой.
– Ничего страшного, просто поднимитесь.
Чёрт возьми.
Я рассержено топаю к лифту. Нажимая кнопку второго этажа, поражаюсь что здесь в доме Маркуса есть гребанный лифт. Я вхожу, когда двери со звоном открываются, и жду, пока лифт меня поднимет. Когда я выхожу, то вижу ещё несколько офисов. Один из них огромный с табличкой «Конференц-зал» и следующий, такой же большой, я сглатываю, – «Маркус Тандем» написано золотыми буквами на двери. Я спешу мимо этих дверей в комнату, куда входят и выходят люди с едой и кофе.
Заходя я вижу Кэнди, облокотившуюся о стойку и болтающую с девушками. Она замечает меня, и её улыбка становится шире.
– Оу, чёрт, прости, Кать. Я не знала, что ты так быстро придешь.
– Вот твоя флешка, – говорю я, впихивая её в руки подруги. – Мне надо идти.
Она смеётся, обнимает меня, и я поворачиваюсь, спеша на выход. У меня нет времени околачиваться здесь. Я спешу к лифту, когда его двери открываются и, я не шучу, Маркус выходит из него с группой мужчин. Я торможу, пищу и затем закрываю рот рукой, когда его великолепные, темно-карие глаза находят меня. Я вздрагиваю. Он дёргается и тогда я делаю нечто поистине глупое.