Чтение онлайн

– Хэй, дорогая, – она улыбнулась.

– Привет, Хитрюга.

– Как твоя мама?

Я положил конверт вниз.

– С ней всё хорошо. Она сегодня выписывается.

– Я так рада!

Я счастливо улыбаюсь.

 – Я тоже, поверь мне.

– Значит, мы устроим вечеринку в выходные. Дасти и я. Ты должна к нам присоединиться.

– Я приду, – говорю, рассеянно глядя на конверт.

– Что это?

– Это лежало на пороге. Там моё имя. Конверт пришёл не по почте, всё это очень странно.

– Боже мой, тогда открывай его!

Я смотрю на часы. У меня сейчас обеденный перерыв.

– Ладно, я посмотрю на улице, пока обедаю.

Кэнди подхватила меня под руку, и мы отправились проветриться. Я развернула кекс, уселась и положила конверт на столик передо мной.

– Мне, вроде как, страшно. Что делать, если это бомба?

Подруга, протянув руку, потыкала пальцем конверт.

 – Это документы.

– И если бы это была бомба, – говорю с сарказмом, – мы бы уже были мертвы.

– Очень драматично, – Кэнди смеется. – Давай, открывай уже, неизвестность убивает меня.

– Ладно, не вопрос.

Я поднимаю конверт и подцепляю клапан пальцем, чтобы открыть его. Вытаскиваю бумаги и бросаю взгляд на первую страницу. Это копия завещания. Я вижу имя дедушки Маркуса; я знаю, потому что он говорил мне о нём.

– Это волеизъявление. Интересно, кто мог оставить копию завещания у нас на пороге? – размышляю я вслух, глядя на первую страницу, которая полна информации о дедушке Маркуса.

– Я не знаю. А есть записка?

Я засунула руку обратно в конверт, в полной уверенности, что там ещё что-то есть. Нащупав, я вытаскиваю маленький жёлтый листочек, на котором написано:

« Ты заслуживаешь правду ».

Я показываю его Кэнди, и её глаза расширяются. Потом перевожу взгляд обратно на бумаги и начинаю просматривать их.

Мой взгляд скользит вниз по страницам, где подробно описано распределение его активов. Речь идёт о его доме, его финансах, но ничего необычного.

Зато на четвёртой странице я натыкаюсь на нечто, что полностью меняет весь мой мир. Я начинаю вчитываться в текст, у меня всё немеет. Волосы на затылке встают дыбом, когда отдельные слова вспыхивают перед глазами.

Бизнес.  

Нужна жена…  

В течение двенадцати месяцев.  

Теряет всё, если он не будет женат.

У меня перед глазами всё плывёт, и я знаю, что Кэнди что-то кричит мне, но не могу разобрать ни слова. Стул подо мной скользит, когда я встаю в оцепенении.

Держа документы в руке, я, спотыкаясь, бреду к дому. Мысли бешено скачут, сердце бьётся в горле, но кажется, что всё происходит в замедленном темпе.

Я добираюсь до кухни, где нахожу его.

Я всё ещё как в тумане, потому что моя рука двигается по своей собственной воле, и соприкасается с его щекой. Это не пощечина, а сильный, коварный удар тыльной стороной ладони, что заставляет его взреветь от боли и сделать два шага назад. Тогда это происходит. Эмоции накатывают, и меня накрывает.

– Ты кусок дерьма, сволочь! – Я кричу так громко, что сама себя пугаю.

Меня трясёт от дурноты и осознания реальности. Кожа горит, сердце колотится, в животе крутит, в голове пульсирует от смеси ярости и ослепляющего горя, приобретая оттенок фатальности для моего рассудка. Маркус держится за щёку, не сводя глаз с бумаг в моей руке. Выражение его лица… пустое.

Такое же пустое, как я видела не раз прежде.

Пустое, потому что он не… ничего не чувствует.

Я же пустое место.

Контракт.

Я поднимаю на него глаза, и он, наконец, встречается со мной взглядом. Он не в шоке. Он не страдает. Он просто, бл..ть, пустой. Пустые, твою мать, карие глаза. Пустой, будь он проклят, человек.

– Это правда?

– Катя…

– Чёрт бы тебя побрал, ты, кусок дерьма, это, бл..ть, всё правда?!!

– К чёрту это, Катя.

 – Не смей, бл..ть, – Я истошно кричу, меня колотит. – Я влюбилась в тебя, ты, больной ублюдок. А теперь скажи мне, ты, безвольный сукин сын. Отрасти себе яйца и, бл..ть, скажи мне!

– Да.

Одно единственное слово сокрушает мою душу.

Я сползаю на пол, бумаги разлетаются по кафелю. Утыкаюсь головой в руки, и ослепляющая боль, какой я никогда прежде не испытывала в своей жизни, рвёт моё тело на части. Я кричу в чистой агонии. Мне настолько больно и так плохо, что рвота подступает к горлу. Каждым дюймом тела чувствую, как меня разрывает на куски. Ничего. Я ничего не значу. Это всё ложь. Ничто из этого не было реальным.

Он не любит меня.

Я поднимаю голову, и дрожащими губами шепчу:

–Ты больной, ненормальный… – мой голос срывается, – жалкий неудачник, лузер. Что с тобой не так? Ты меня уничтожил. Ты забрал мое сердце, и просто разбил его.

Что-то мелькает на его лице, что-то ужасающее. Я смотрю, как он стирает все эмоции, которые он испытывал ко мне за последние несколько недель, скрывая их за стеной холодной, бездушной маски. Он замкнулся. Он просто ушёл в себя. Маркус делает шаг вперёд, наклоняется и шипит: