Чтение онлайн

Прошло пару недель с той встречи с Шейном и Дэнни в госпитале, и я ещё никогда в жизни не испытывала такого стресса. Сегодня воскресенье, мой первый выходной за четырнадцать дней, но я не могу им насладиться. Стою перед зеркалом в ванной и наношу последние штрихи макияжа. На часах около семи вечера, а мне уже хочется упасть в постель и уснуть в слезах. За моей спиной на стене полка, на ней фотография: мы с Полом в детстве. Его улыбка отражается в зеркале, словно смотрит на меня. На снимке мы в одинаковых нарядах, снимали в той самой студийке в торговом центре. Пол обнял меня за плечи, будто защищая. Мы оба такие счастливые. Я закрываю палетку с тенями, и раздаётся громкий щелчок.

Как всегда, чёткая стрелка у внешнего уголка глаза. Мой повседневный натуральный макияж: лёгкая основа, розовые румяна, нюдовая помада и подводка. Пол вечно подшучивал над моей любовью к косметике. Говорил, что девушкам не нужно краситься — они и так прекрасны. Он искренне верил: все женщины от природы красивы.

Я поднимаюсь, беру рамку с фото и осторожно провожу пальцем по снимку. До боли скучаю по старшему брату. Было бы так здорово оказаться здесь, в Ираке, вместе с ним. Мы бы оба следовали за своими мечтами…

Стук в дверь обрывает мои мысли. Я ставлю фото на полку и быстро иду к двери встречать подругу.

— Ты готова? — раздаётся бодрый голос Лори, когда я открываю дверь.

Мы договорились сходить в USO13 на фильм. Идёт «Предложение» — один из моих любимых фильмов. Хотя, честно говоря, я бы предпочла ужастик. Развлечений тут немного, так что поход в USO почти как отпуск.

— Может, всё-таки останемся? Посмотрим «Нетфликс» у меня в комнате, отдохнём… — умоляюще тяну я, уже сомневаясь, стоило ли планировать что-то в свой единственный выходной. Я выжата как лимон и морально, и физически. Каждый день вижу жуткие травмы в приёмном отделении, а ещё не могу выкинуть из головы слова тех двоих мужчин, причём каждый ранил по-своему. Слова Дэнни были резкими, а слова Шейна злыми.

— Нет, мы идём! Как бы тебе не хотелось сейчас забиться в нору, нам это необходимо, для психического здоровья. К тому же, мы увидим пресс Райана Рейнольдса на большом экране! — Лори подмигивает и вытягивает меня из прихожей. Я оборачиваюсь, запираю дверь, и мы отправляемся.

В USO уже полно народу: стулья выстроены в пять аккуратных рядов перед проектором. Мы опоздали на пару минут, но главное ещё не пропустили.

Я оглядываюсь: зал заполнен военными из различных войск. Люди тихо хрустят попкорном и чипсами.

— Найди нам места, я возьму попкорн и напитки, — шепчу я Лори на ухо. Оглядываюсь в поисках стойки с едой. Перед мной уже стоит женщина, так что я жду своей очереди.

Беру бумажный пакет среднего размера и наполняю его попкорном. Закончив, хватаю две бутылки воды рядом с аппаратом — и тут же врезаюсь прямо в стену мышц. Знакомую стену мышц. Чёлка летит в глаза, волосы взметаются от столкновения, и я утыкаюсь в ему грудь. По спине пробегает дрожь, смешанная с вспышкой раздражения.

Шейн. Только не снова.

Что он делает так близко позади меня — настолько, что при малейшем повороте мой нос упирается в его грудь? Я резко отступаю, удерживая равновесие и умудряясь не выронить попкорн и бутылки с водой. Хмурю брови.

— Всё такая же неуклюжая, как я погляжу, — унижает он меня.

Я смотрю на него, глаза полыхают от ярости, а Шейн лишь ухмыляется в ответ. Его левая рука в гипсе, значит, он всё-таки сломал её. Правой рукой он пытается убрать волосы с моего лица.

— Не смей, — шиплю я.

Он тут же опускает руку и насмешливо склоняет голову набок, изображая недоумение.

— Или что? — явно хочет ещё сильнее меня взбесить.

Шейн наклоняется к моему уху так, чтобы никто другой не услышал. У меня сжимается сердце, и я чувствую, что не могу пошевелиться. Вспоминаю о насилии. Вздрагиваю и крепко зажмуриваюсь. Я боюсь, что он ударит меня, как делал это, когда мы были вместе. Всякий раз, когда я отказывалась от его прикосновений, он приходил в ярость. Крепче сжимаю попкорн и бутылки с водой. Всё тело напрягается. Потом вспоминаю, что мы не в парке, его любимом месте для издевательств надо мной... и что мы больше не вместе.

— Ты ничего не сможешь с этим сделать, Ари-кексик. Ты всегда будешь моей. Я всегда буду хотеть тебя. Пола больше нет, — его дыхание обжигает шею.

Я сжимаю челюсти. Хочется врезать ему прямо на глазах у всех. Показать, что я уже не та беззащитная девочка. Я изменилась. Смогу постоять за себя, если придётся.

Принимаю единственно верное решение — оградить себя от той драмы, в которую он так жаждет меня втянуть. Я отворачиваюсь и ухожу, вся на нервах. И как только замечаю, что Лори машет мне из-за плеча Шейна, её жизнерадостное лицо мгновенно меня успокаивает.

Я не ожидала увидеть здесь Шейна. Забыла: теперь, когда он травмирован, наверняка будет чаще появляться на базе — и это заставляет меня нервничать. Похоже, это последний раз, когда я прихожу в USO.

— Что случилось? — спрашивает Лори, когда я опускаюсь рядом с ней. Она, как всегда, читает меня без труда. Её зелёные глаза внимательно следят за моей мимикой и жестами. Идёт фильм, но её внимание сосредоточено только на мне. Из жизнерадостной подруги она тут же превращается в заботливую. Оглядывается через моё плечо на стойку с попкорном и ахает. Я уже рассказала ей всё о Шейне. Каждую деталь — и о том, как мы снова столкнулись, когда я оказалась его медсестрой.

— Да. Он здесь. И теперь я просто хочу уйти.

Я лежу в постели, ворочаюсь с боку на бок. Ненавижу быть не со своей командой. Эта зияющая рана — просто чертова царапина, а меня всё равно отстранили на неопределённый срок. Доктор утверждает, что я не смогу следить за приёмом антибиотиков, если вернусь в строй. Говорит, это нужно, чтобы избежать инфекции, и, как ни противно признавать, он прав. Скорее всего, я бы и не стал принимать лекарства или должным образом обрабатывать глубокий порез на спине. А вдобавок ко всему — черепно-мозговая травма, словно вишенка на торте из моих травм. Терпеть не могу эти протоколы. Я уже почти восстановился, но не могу пойти против правил, иначе конец карьере.

Сейчас два часа ночи, а я думаю только о команде, нашей следующей миссии… и об Ари.

Это впервые в моей жизни: девчонка попала в список моих забот. Всю жизнь я был эгоистичным ублюдком. Незнакомое чувство сжимает грудь, и я ненавижу это. И ненавижу её за то, что оно появилось. Пол заставил нас пообещать, что мы присмотрим за его матерью и сестрой, если он погибнет. И теперь вина накрывает меня, как волна.

Я не сдержал обещание, хотя всегда был человеком слова. Остальные парни приглядывали за ними, но я — нет. Я держался в стороне, никогда не хотел беспокоиться ни о ком, кроме себя. Потом я столкнулся с ней в баре, привёл к себе домой — и всё, чего я хотел тогда, это просто трахнуть. Но чем больше я узнавал Ари, тем яснее понимал: её будет нелегко забыть. Она не такая, как те девушки, с которыми я сплю и иду дальше, без каких-либо обязательств. А потом я узнал, что она сестра Пола. Всё изменилось.