До смерти красива
Шрифт:
Поленов галантно распахнул перед ней дверь:
— Как наш больной?
— Лучше.
Маратов предложил отправиться в ресторан сейчас, чтобы пораньше вернуться и выспаться. Никто не возражал.
— Если любите морскую кухню, ступайте в «Нептун», — посоветовал следователь. — Я даже подвезу вас.
Компания согласилась. Дмитрий подбросил их до небольшого, но уютного ресторанчика и распрощался:
— Увидимся завтра утром.
— Увидимся.
Оказавшись на свободе, Маратов расслабился и позволил себе хорошо выпить. Кухня действительно была великолепной, как и музыка. Они получили удовольствие. Вернувшись домой, все дружно улеглись спать.
Глава 18
Утром Поленов заехал за ними, как и обещал. Катя и Инна собрали все вещи, и Зорина с грустью смотрела на море и прощалась с ним.
— Мне довелось искупаться всего один раз, — печально сказала она. — Но я не сильно расстраиваюсь. В конце концов, я сделала свою работу.
Дмитрий подхватил ее сумку:
— Вы застали прекрасный сезон. Скоро начнутся дожди.
— Да, вы правы. Я подышала чудесным крымским воздухом.
Они прошли к машине, и следователь открыл багажник:
— Складывайте все сюда.
И снова — серпантинная дорога. Зорина бросила прощальный взгляд на дачу. Как же все печально закончилось для семьи Савичевых!
Поезд уже стоял у платформы. Поленов занес вещи в купе и на прощанье поцеловал журналистке руку:
— Как бы там ни было, а поработали мы неплохо.
— Вы далеко пойдете, если станете соблюдать меру, — напутствовала журналистка.
Он осклабился:
— Это я знаю. Ну, до свидания честной компании.
Сергей неохотно пожал ему руку:
— До свидания.
Инна лишь моргнула ресницами.
Следователь вышел из купе и закрыл дверь.
Катя посмотрела на приунывших молодых людей:
— Веселее, друзья! Забудьте о том, что пришлось пережить. Вас ждет новая жизнь. Всех нас ждет новая жизнь!
В эту минуту она подумала и о себе. Наверняка в Приреченске для нее найдется новое дело, возможно, еще более интересное и сложное, чем это.
Послышался голос проводницы, просившей провожающих выйти из вагонов, и вскоре поезд дернулся и плавно покатился по рельсам.
— Здравствуй, новая жизнь, — прошептала журналистка.