Добро пожаловать в Детройт
Шрифт:
— Слушай, тебе, может, лучше лечь?
— Наверное, — всё тем же бесцветным голосом отвечает она. В какой-то момент её «ведет» особенно сильно и приходится чуть обхватить её за плечи, стараясь не надавить на спину в области импланта. Стоит только открыть перед Ларой дверь машины, как она опирается ладонями на сиденье и на четвереньках проползает по нему, укладываясь лицом к спинке и демонстрируя мне ободранные до мяса ступни.
— Твою мать, — озвучивает мои мысли стоящий позади Люк. — Так, детектив, мы с товарищем сами доберемся, не маленькие.
— Спасибо, — я пытаюсь одним словом выразить благодарность за все их участие, но Люк машет рукой, хлопает меня по плечу и отходит к Теконе, что закрывает своей спиной обзор на дверь. Поставив кофр между передним и задним сиденьем, я кладу свой шлем туда же, закрываю дверь и сажусь на переднее пассажирское.
Шарп включает проблесковые, коллеги из другого участка выпускают нас из оцепления, заодно освобождая дорогу от назойливых журналистов, я вызываю Джеймса.
Он сбрасывает вызов, но спустя пять и даже десять минут не перезванивает.
— Друг, замедлись немного, — прошу я Шарпа. Он удивленно смотрит на меня, но прислушивается, сбрасывая скорость до пятидесяти миль в час.
Спустя еще пяток минут мне прилетает сообщение.
«Комиссар здесь. Спрячь её и приходи.»
— Ублюдок...
Шарп косится на меня, но я снова совершаю вызов, на этот раз – Вику.
— Вик, нужна твоя помощь.
— Что, опять? — вздыхает он.
— Перегрев «Рапида», истощение, невыразительное эмоциональное состояние. Возможно, внутренние травмы, повреждения синт-кожи на теле и ступнях. Внутренняя травма уха.
— Не в срыве?
— Нет, но... — я не договариваю. Вик всё понимает.
— Вези.
— Поехали к Вику, — поворачиваюсь я к Шарпу, тот кивает, снова ускоряясь.
— Можешь объяснить мне, что за тварь мы завалили в отеле? — Спустя минуту мой друг, наконец, разжимает губы, не отводя взгляд от дороги.
— Если я всё верно понял, то нападавшие были из банды Джона Грэкхема. И они пришли именно за ней.
— Именно сегодня? Не думаешь, что кто-то сливает...
— Нет. Они могут её отслеживать, из-за «Рапида». Приходили и раньше.А ты разве не в курсе? Один пытался влезть ко мне в квартиру. Его... Сложно объяснить, считай, что зачистила охранная система. Клининг и наши все оформили, тело увезли.
— Ясно, — Шарп молчит еще пару минут, прежде чем снова заговорить. — Ты знаешь, что в небоскреб пойду и я и Джеймс?
— Вы ёбнулись оба? — я чувствую, что от такого заявления у меня резко начинают заканчиваются цензурные слова и понижаю громкость голоса, чтобы не разбудить Лару. — Хотите новых дырок в жопе, молодость, блять, вспомнить, гордость потешить? У вас семьи у обоих, куда вы собрались! Dracii sa te ia4, о чем вы вообще думаете?!
— О том, что тоже хотим в новости, — хмыкает Шарп, но видя мой взгляд, тяжело вздыхает. — Ты не должен тащить это в одиночку.
— Я не один.
Он качает головой, но ничего не говорит, заезжая на парковку у клиники. Выходя из машины, я открываю заднюю дверь и аккуратно касаюсь торчащей из-под моего плаща лодыжки.
— Лара. Лара мы приехали.
Она в ответ тяжело вздыхает, потом приподнимает голову и смотрит на меня мутным взглядом.
— Развернись ко мне лицом, встань на колени и подползи к краю сидения. Я тебя донесу, у тебя ступни...
— В мясо, да... Я... Чувствую, — она снова тяжело вздыхает, медленно садится, продевает руки в рукава плаща, надевает на голову капюшон и делает так, как я её попросил. Взяв её за руки, я завожу их себе за шею, наклоняюсь веред и подхватываю руками под бедра.
— Держись крепче, — Вытаскивая её из салона, я подсаживаю Лару повыше, чтобы она не оцарапалась коленями о ремни корпуса и несу в клинику. Вик встречает меня прямо в «зале ожидания», с каким-то шприцем наготове.
— Ты в детстве, наверное, часто домой собачек, кошечек, птичек всяких приносил, да? Теперь зверюшки кончились, а привычка осталась, — мрачно шутит он, подходя ко мне и аккуратно снимая с головы Лары капюшон, всматривается в её лицо. — Так, ладно, это, к счастью, не понадобится. Неси, — это он уже мне бросает, как будто есть какие-то другие варианты...
Руки Лары чуть беспокойно шевелятся на моей шее, но она не дергается, продолжая утыкаться лбом мне в плечо, и я спокойно заношу её в подготовленную операционную зону.
— Так, тут все поверхности уже обработаны, так что давай снимем этот грязный плащ до того, как усаживать тебя на что-либо, ладно? — Вик говорит с такой добротой в голосе, что я начинаю подозревать, будто с Ларой что-то не в порядке чуть больше, чем он пытается показать.
— Я не схожу с ума, — тихо отвечает ему наемница. — Мне больно, но я себя контролирую.
— Вот и умница, — не меняя интонации говорит Вик и, обойдя её со спины, просит отпустить мою шею. Я чуть отклоняюсь назад, чтобы Ларе не пришлось ловить равновесие и стоит ей только опустить руки, как мой друг ловко снимает с нее плащ.
— А теперь берешься руками обратно за Юриса, а он перехватывает тебя под плащом. И я эту грязную тряпку выкидываю, а он садит тебя на стол.
Мы послушно выполняем все команды. Лара, сев, сразу упирается ладонями по обе стороны от коленей, чуть горбясь. Я отхожу на полшага в сторону, Вик помогает ей перелечь на живот и машет рукой, чтоб я выметался. Но стоит мне сделать несколько шагов к выходу, как под емкое «Да ёб твою мать...» Лара неуловимым движением подается вперед на столе и вцепляется мне, куда дотянулась – в кобуру пистолета.
— Я не хочу оставаться тут одна, — она говорит это таким тоном, что мы с Виком беспокойно переглядываемся. — Я не останусь тут одна и не позволю ему что-либо делать со мной.
— Лара, послушай меня, пожалуйста, — я аккуратно кладу ладонь на её пальцы, потихоньку отцепляя их от кобуры и стараясь подобрать правильную интонацию.
— Не используй на мне эти свои штучки, — она недовольно кривится, и голосовой анализатор выдает всплеск агрессии. — Говори нормально.
Помедлив, я отключаю голосовой модулятор и прочищаю горло.
— Так лучше? — Она на миг прислушивается и кивает. — Лара, сейчас в участок приехал комиссар. Джеймс просил меня спрятать тебя и срочно идти к нему. Вик мой друг. Он лучший из лучших, он не раз вытаскивал меня с того света. Он не причинит тебе вреда, я... — Я поднимаю глаза на Вика, который в этот момент, стоя вне поля зрения Лары, пытается мне жестами что-то подсказать. — Он просто... Посидит тут, с тобой. — Вик кивает. Показывает рукой на разложенные хирургические инструменты, а потом скрещивает руки перед грудью. — Он ничего не будет делать, только... Покормит тебя. Ты истощена, очень сильно. Тебе надо поесть. А потом я вернусь, так быстро, как смогу, и только тогда Вик будет тебя лечить. У меня в машине твоя винтовка. Я вернусь и принесу её тебе сюда.