Чтение онлайн

А что вы думаете о нынешней погоде и как она связана с обещанным глобальным потеплением? А вы, в самом деле, служите на Севере? А правда ли, что в армии бардак и мздоимство? А вы знаете, что Светлана считается одним из самых талантливых сотрудников института? А что вы скажете о последнем заявлении президента? Неужели мы сильнее Америки? А за границей вы когда-нибудь бывали? А вы знаете…?

Эльвира почти сразу вывалила на мою голову ворох различнейших вопросов, при этом ее лицо сохраняло благожелательное выражение. Порой, не дожидаясь ответа, она с восхищенным видом начинала спрашивать совершенно о другом и ее прикрытые пушистыми ресницами глазки хитро поблескивали. Все попытки Светланы что-либо сказать прерывались очередным вопросом или высказыванием крашеной блондинки.

Ее черноволосая коллега, наоборот, сидела молча, и у меня создалось стойкое впечатление, что она очень внимательно изучает меня. Как я реагирую на вопрос, что и как отвечаю — все фиксировалось в ее пристальном взгляде. Иной раз мне казалось, что она пытается разглядеть что-то не только в моем лице, а также и вокруг моей головы. Почему-то создалось стойкое впечатление, что обе женщины ведут совместное изучение по определенной методике: одна морочит голову серией вопросов различной степени сложности и направленности, а другая оценивает реакцию на них. Могу заметить, что это у них, в принципе, получалось не плохо. Единственное, такой способ не мог дать им правильного результата, так как я сам не плохо владею подобной технологией изучения людей, однако к концу обеденного перерыва в душе понемногу начало накапливаться легкое раздражение.

Слава богу, все хорошо, что кончается вовремя. Перерыв на обед также ограничен во времени. Бросив взгляд на большие часы, что висели над барной стойкой, Эльвира озабоченно закатила глаза и немного суетливо засобиралась:

— Ой, извините. Я — такая болтушка, но мне всегда было интересно увидеть Светиного кавалера, а тут такая возможность. Обед почти закончился, а я вам почти не дала возможности поговорить. Вы уж простите старуху.

«Старухе», в любом случае, больше сорока лет не накинешь, но я постарался, как можно беззаботнее улыбнуться и ответил:

— Ни чего страшного. В интересной компании всегда время бежит незаметно.

Молчавшая все время Дарья Степановна неожиданно подала голос:

— Конечно — ни чего страшного. Я думаю, что мы отпустим Светочку домой. Все равно сегодня пятница и перед выходными, на данный момент, ни какой сложной работы не имеется. Я думаю, что уважаемый Сергей подождет свою даму здесь, а мы быстро переоформим пропуск, и она через десять минут будет свободна.

Кто начальник, а кто подчиненный — ясно сразу. Даже то, как в кильватер к молчаливой брюнетке пристроились остальные женщины, соблюдая некоторую дистанцию, четко указывало на жесткую иерархию.

Оставшись один, я заказал большую чашку кофе и, попыхивая сигаретой, стал оценивать ситуацию. В том, что обе Светкины коллеги — экстрасенсы, сомнений не существовало. Даже говорливая Эльвира несла в себе нечто, трудно объяснимое простыми словами, экстраординарное. За внешней безалаберностью и простотой ощущался холодный аналитический ум, а манера поведения — типичная маска. Начальница Дарья Степановна — также, штучка еще та. Что же она пыталась во мне разглядеть? И что разглядела? Уж очень она мне напоминала настоящую ведьму, во всяком случае, внешне. И в самом деле — НИИЧАВО, раз такие «разносторонние» личности в нем работают. Наверняка и Светку убедили в ее ведьмовских способностях. Хотя, чего лукавить? Основами гипноза она владеет — вчера убедился. Это со мной ей не повезло, на подобное воздействие у меня есть защита. Странно, что ни чего в Светке я и в самом деле раньше не разглядел. А может потому, что не присматривался? Вот только, глядя на лучащиеся радостью глаза, ни чего подобного и делать не хочется. С другой стороны, знаю я эту девушку не первый год и ни чего странного, ни в ней, ни в ее матери, я не замечал.

Сигарета дотлела. Я отхлебнул начинающий остывать кофе, и мне на ум пришла следующая мысль. Наличие «конкурирующих фирм» руководством нашего отдела никогда не отрицалось. В том, что они имеются, знали все, но как-то считалось признаком плохого тона, особенно среди работников нижнего звена, о них упоминать. Слишком уж замкнутым сообществом считался наш отдел, впрочем, как и все подобные организации других ведомств. Мы никогда не стремились к контактам и обмену информацией с представителями других «контор», хотя пару раз выполняли работу совместно, взять, к примеру, последнюю операцию. Вспомнился интерес шефа к личности Гершвица, а ведь наш генерал что-то знал о нем, раз дал «добро» на совместную работу по зороастрийцам. А оперативность отдела после моего звонка из дома? Словно готовились заранее или так обеспокоились моей скромной, в пределах нашей конторы, персоной, что сразу на горизонте появилась «группа поддержки». А «Гнездо дракона» с непонятными личностями потустороннего толка? А гуль? Кому я мог помешать, едва приехав в отпуск? Или дело в Светлане? Слишком много вопросов, на которые конкретных ответов у меня пока не существует. Гули! Возможно, это — зацепка. Для того, чтобы вызвать джиннью, необходимо знать и уметь слишком многое, связанное именно с укладом исламского мира, менталитетом и особенностями религиозных воззрений, а главное — с тонкостями домусульманских религиозных культов Ближнего и Среднего Востока. Нужно проникнуться духом тех опаленных знойным солнцем земель, образом жизни. Сделать же такое сидя в промозглом зимнем Питере чрезвычайно сложно. Какую силу и опыт нужно иметь, чтобы воплотить в реальность фантазию чужого народа?

— Извините, пожалуйста. — Женский голос отвлек меня от размышлений. — Вы не могли б уделить мне минуту внимания?

Первое, что привлекало к себе внимание, это глаза. Ярко-зеленые, сверкающие, словно изумруды под солнечными лучами, они притягивали к себе каким-то особым магнетизмом. Пришлось, правда, с достаточным усилием воли, на мгновение отвести взгляд в сторону, и лишь потом посмотреть, кого же нелегкая принесла в эту забегаловку.

Молодая девушка в байкерском прикиде стояла возле столика, сжимая в руке мотоциклетный шлем с торчащими из его нутра черными крагами. Кожаный костюм сидел на ней в обтяжку, что позволяло оценить красивую фигуру и грудь, наверное, седьмого размера, если не больше. Обрамленное гривой русых волос миловидное личико с большими яркими глазами сразу напомнило о вчерашнем посещении клуба. Спутница Инквизитора. Но если вчера я ее видел в шикарном вечернем платье, то сейчас передо мной стояла сексапильная девчонка-оторва, и выглядела она не менее эффектно, чем двадцать часов назад.

— Чем могу служить? — Подчеркнуто вежливо поинтересовался я.

Говоря, скашиваю взгляд на вход в кафе. Естественно, такие люди, да без охраны? Два амбала, очень похожие на здоровяков, что я видел сегодня возле проходной института, топтались около дверей. В кожаных черных косухах, надвинутых на головы шлемах того же цвета, они напоминали терминаторов и даже на расстоянии внушали уважение.

— Иннокентий Константинович просил вас в течение сегодняшнего дня позвонить. — Изящная рука с немного длинноватыми пальчиками протянула визитку.

Отмечаю легкий, почти неуловимый, акцент, похожий на прибалтийский, и снова сталкиваюсь с притягательными изумрудными глазами. Да, подобрал себе подружку Инквизитор.

— Вы говорите о вашем вчерашнем спутнике? — Спрашиваю скорее утверждающе, вертя в руке протянутый прямоугольник.

— Обязательно позвоните, это в ваших интересах. — Фелиция развернулась и быстрым шагом покинула кафе.

Я проводил ее взглядом, откровенно любуясь точеной фигурой девушки, хотя шла она как-то немного странно, по-мужски, ставя ногу на каблук. К моему удивлению, ни кто из сидящих за столиками, а кафе было заполнено больше чем на половину, даже не повернул голову в сторону сексапильной красотки, хотя, по моему мнению, на нее должен обратить внимание каждый, кто считает себя мужчиной.

Наступило время повнимательнее рассмотреть визитку. Черного цвета, сделанная из прессованной кожи, с золотым тиснением, она несла на себе ощущение достатка и респектабельности. На одной стороне выдавлено изображение звериной пасти с факелом в зубах в обрамлении сложной аббревиатуры из готических букв, на другой же — надпись выдавленными золотыми буквами: «Иннокентий Константинович Урманский. Старший консультант. Центр социальной и психологической реабилитации негосударственного фонда „Северо-Западный Регион“». Ниже — столбик номеров телефонов и электронных адресов. Напротив одного номера стояла точка, нанесенная белым корректором текста. Наверное, чтобы знать, по какому, конкретно, телефону звонить.

Что ж, что-то я становлюсь за последние сутки очень популярным. Кто-то пытается меня убить, со службы в экстренном порядке прибывает группа поддержки, Светкины сослуживицы изучает по обычной схеме получения психологической информации, некий старший консультант, облеченный незримой властью, хочет со мною встретиться, и все знают, где я нахожусь в данный момент. Вот тебе и спокойный отпуск с устранением от всех дел. Хотя, чего уж лукавить, три дня обрызлого нечегонеделания и вселенской тоски от безделья и неумения просто расслабиться в одиночку достали до печенок. А тут? Ощущать себя при делах и, не будучи связанным служебными обязанностями, делать, что сам считаешь нужным, и не перед кем не отчитываться. Отпуск — свинья их всех сожри!