Добро пожаловать в новую эру
Шрифт:
Они повторили начало сеанса. Селинн увидела, как под закрытыми векам забегали глаза Кайсы и погрузилась вслед за ней. Глухая темнота рассасывалась и показался серый дым, а за ним послышались шаги. Громкие, угрожающие, расходящиеся жутким гулом. Селинн напряглась. Бледным духом она приближалась к тревожному звуку и увидела ноги. Под подошвами показались искры и огонь рассекал путь. Словно разноцветными листами восстанавливались стены, полы, потолки. А затем воспламенялись. Обои сменялись, становилось жарче. Тяжелый дым заполонил голову. Она не могла задохнуться там и слечь, но могло люди, которые были на их пути. Одно за другим лежали бездыханные тела.
«Боже!» – в ужасе подумала Селинн.
Она видела их гибель. Убийцей был не только дым и пламя. Черная фигура с остервенением уничтожала каждую живую душу. Стеклянные глаза отражали ужас, боль и сожаление. Эти глаза были дополнительными стенами – Селинн видела в них все.
«Кого вы так оберегали?» – задавалась она вопросом.
Они приближались, она это чувствовала. Шаги становились громче. Стены сужались. Пожар стал неистовее. Селинн задыхалась. Она будто бы знала, кто там. Точно знала. Она знала!
Дверь раскрылась. Пожар превратился в рыжие кудри. Горящие глаза, живые и заключающие сильнейшую ярость, встретили черную тень. Если бы он мог, он бы превратил её в пепел.
«Киллиан!» – поняла она.
Она видела, как он боролся. Как обессиленно упал. Как искренне ревел, тянувшись к тлеющему дому, уносясь в даль. Его крик словно на заевшей пластинке крутился в голове Селинн. Она провалилась.
Путешествие Кайсы не закончилось на этом: этот пожар, словно последняя защита рухнул, пробудив все последующие события. Она видела, как безжалостно убивала и мучила людей, ради Альянса. Как продвигалась по службе, выполняя немыслимые вещи. Она вспомнила все, что могла узнать, находясь там. Но чего ей стоила эта информация?
Щеки щипало от бесконечных слез. Тушь расплылась жуткими пятнами, глаза опухли. Она с неподдельным ужасом смотрела на такую же заплаканную Кайсу. Она тоже боялась. Себя, того что она наделала. Она лишь прошептала:
– Я монстр.
И горько заревела. Селинн в шоке схватилась за волосы и смотрела как соленые капли скатывались на пол, одна за другой.
– Господи! Господи! Боже! Это ты! Это все ты! Быть не может! – повторяла она.
Кайса задыхалась от клочка стекла, застрявшего в глотке. Её сердце повесилось, разбилось, превратилось в пыль.
– Не говори никому! Умоляю, Селинн! – она умоляюще впилась в её руку.
Та лишь испуганно отпрянула. Её глаза выражали панику и огорчение.
– Ты с ума сошла?! Мы с Килином не лучшие друзья, но такое я не могу скрыть!
– Я не прошу тебя зарыть это в земле навсегда! Дай мне возможность рассказать это самой, пожалуйста! – ревела Кайса.
Селинн тупо закивала.
– Поклянись! Поклянись, что не скажешь ни в коем случае!
– Не заставляй меня. – горько ответила Селинн, заливаясь слезами еще больше.
– Поклянись! – сорвалась она на крик.
– Клянусь! Я обещаю.
Селинн зарылась лицом в ладони и лихорадочно всхлипывала.
– Я не хотела! Я бы ни за что не сделала это, будь я в себе! Я не жестокая, я не убийца!
Кайса упала на колени и посмотрела влажными глазами в потолок, а после крепко зажмурилась и её лицо скривилось, покраснев еще больше.
– Я знаю, я понимаю это.
– Я была не в себе, ты веришь мне?
– Я верю тебе. Я видела, что это была не ты. Я верю!
Селинн вцепилась в неё и крепко обняла. Кайса сжимала края её майки и дрожала, сокрушаясь в горе.
– Господи! – Кайса резко отодвинулась. – Я должна завтра поговорить с Эванлином! Значит я должна признаться уже завтра, ведь обещала ему. Я не готова! – она схватилась за голову.
– У тебя нет выбора. – Поддержала её панику Селинн. – Делать нечего… Лучше не тянуть с этим, чувство вины сожрет тебя, Кайса. Я надеюсь, что горе не ослепит Килина и он поймет, что ты была всего лишь марионеткой.
– Оставь меня одну, пожалуйста. – проскулила Кайса.
Брюнетка понимающе промолчала и быстро удалилась.
Кайса взглянула на себя. Ей стало тошно. Жизнь была слишком несправедлива с ней. Она хороший человек. Как она могла допустить это? Если существовали силы, оберегающие её, то почему это произошло? Она не заслуживает этого. Киллиан не заслуживал этого. Почему она невольно стала убийцей? Всю жизнь она будет помнить сотни стеклянных глаз. Всю жизнь на её руках будет не засыхающая кровь невинных людей, семьи Киллиана, всех кого она погубила за три года. Злость вскипала, рука занеслась и послышался треск. Зеркало разошлось трещинами, составляя неуклюжую кровавую мозаику. Зеленые глаза отражались сотнями, и в каждом она видела гнев и ярость. Золотые нити разошлись по рукам, расплываясь кривыми рисунками под кожей. Она ненавидела себя и Асури. Кайса тут же зареклась:
«Уничтожу! они рассыпаются песком в моих руках!»
В конце этажа, за дверью, в которой покоились свежесть и уют, нагнетала тревожность. Холод усилился.
Глава 9 Новое утро – последнее утро
Сумерки быстро сменялись утренними лучами. Кайса не могла уснуть – её мучили кошмары. Ненавистная маска, что контролировала её, смотрела на неё с потолка. Ей казалось, что она до сих пор не избавилась от влияния Альянса. Паранойя перерастала в медленное безумие. Она наворачивала круги по комнате и думала. Думала и думала. Три года пытались устаканиться в её голове. Она не могла принять, что та часть её души – безжалостная и устрашающая, все равно является ею. Они пробудили в ней это, Кайса никогда не сможет подавить в себе темную сторону.
Она слышит звуки, как наяву, похожие на скрежет металла. Он будто бы визгливо тянулся по шершавому бетону. Руки сковывало, они дергались в судорогах, точно обескровленные от давления. Она слышит, как звено за звеном скрепляются, цепи тянутся вниз…
Резкий стук отрезвляет её. Она заметила, что её руки горят золотым пламенем и поспешно закрыла каналы. Нити потухли и пропали.
– Да, входите.
«Черт бы побрал того, кого сюда занесло!» – подумала она.
Чтобы не выдавать чрезмерное волнение, она отвернулась от двери, заглядывая в унылое окошко. Дверь скрипнула, и она услышала тяжелые шаги.
– Что происходит?!
Её сердце пропустило удар и рухнуло, точно в пятки, оно раздавилось и воскресло, чтобы еще больше заныть. Глаза были головы вылезти, словно она перевозбужденный мопс. Хотелось рассмеяться от иронии.
«Киллиан» – констатировала она.
– Ты о чем? – боязливо спросила Кайса. Она стояла и смотрела в то же злополучное окошко, заламывая пальцы и все пыталась собраться с духом.
– От тебя несет тревожностью на весь корпус, вот о чем! – Раздался возглас сзади.