Чтение онлайн

Их глаза встретились, и ее желудок слегка подпрыгнул. Долорес передала ему чашку кофе, и он поднял ее, приподняв бровь на Холли.

Она сдержала улыбку. Долорес, должно быть, сказала ему, что она заплатила за него. Ей захотелось похлопать в ладоши, ведь это было так весело. Вместо этого она подняла свою чашку, как бы поднимая за него тост.

— Что ты делаешь? — пробормотал Гейб, переводя взгляд с Холли на Джоша и обратно.

— Просто напоминаю ему, что мы все еще здесь, — пробормотала Холли. Ей действительно нужно было быть осторожнее, потому что она ни за что не призналась бы Гейбу или Норту, что провела большую часть прошлой ночи под восхитительным телом Джоша Гербера.

— Ты должна игнорировать его. Он не стоит нашего внимания, — Норт покачал головой. — Почему он все еще здесь?

Эверли закрыла свой ноутбук.

— Даже не представляю, — она подавила улыбку и лукаво посмотрела на Холли. — В любом случае, мне нужно вернуться в гостиницу и кое о чем поговорить с Аляской. А тебе нужно получить свое сообщение, — сказала она Холли. — Хочешь присоединиться ко мне?

— Конечно, — Холли отхлебнула кофе и посмотрела на кузенов. — Увидимся позже, ребята.

— Мы должны провести семейное собрание сегодня вечером. Нам нужно многое обсудить, — сказал Норт. — Как насчет того, чтобы взять еду на вынос в ресторане?

Вечером?

Она уже обещала пойти к Джошу. Эверли, должно быть, заметила, что Холли опустила глаза, потому что она быстро отказалась.

— Я не смогу прийти сегодня, — сказала Эверли, скривив губы. — Мне нужно… гм… сделать кое-какие женские дела.

— Женские дела? — Норт помрачнел.

Гейб усмехнулся.

— Какого рода женские дела?

Эверли наклонилась вперед, выражение ее лица было серьезным.

— Тебе лучше не знать, — прошептала она. — Это разрушит таинственность.

Норт сморщил нос.

— Эв, твоя таинственность была разрушена в тот день, когда ты вошла в вестибюль гостиницы и разделась до трусов с медвежатами.

— Мне было четыре года, — запротестовала Эверли. — И я хотела, чтобы все любили медвежат так же, как я.

Холли закашлялась от смеха.

— Не смейся, — Эверли покачала головой в сторону Холли. — Помнишь свои трусики с бабочками? От них было гораздо больше проблем, чем от моих трусиков с мишками.

У Норта дернулась челюсть.

— Чем меньше о них говорится, тем лучше.

— Может, хватит говорить о моих трусиках и пойдем отсюда? — сказала Холли, помогая Эверли упаковать ее ноутбук. Она хотела уйти отсюда, пока Норт не вспомнил, почему он так ненавидел Джоша.

Эти чертовы трусики с бабочками.

Она хотела бы, чтобы их никогда не было.

Хотя ее до сих пор бросало в дрожь от того, что Джош все эти годы назад ходил с ними в кармане.

— Да, нам пора идти. Нам есть, о чем поговорить, — Эверли бросила взгляд в сторону Холли. — Об очень женских штучках.

— Выметайтесь отсюда со своими женскими штучками, — сказал Гейб, покачав головой. — Вы разрушаете мое мужское настроение.

Эверли облокотилась на стойку администратора гостиницы «Винтервилл», с усмешкой глядя на сестру.

— Ладно, короче говоря, Грей Хартсон согласился стать ведущим концерта. Я буду петь финальную песню. А Холли и Джош Гербер вышибли друг из друга мозги.

Аляска подняла взгляд от компьютера и поймала взгляд Холли.

— Я знала, что между вами что-то есть.

Вся прогулка от кафе до гостиницы «Винтервилл» ушла на то, чтобы Холли могла рассказать обо всем кузине. Она рассказала ей лишь самые скудные подробности, но Эверли, очевидно, сама заполнила пробелы.

— Это так волшебно, — сказала Эверли, выражение ее лица было мечтательным. — Два дома, оба одинаковые по достоинству.

— Может, хватит цитат про Ромео и Джульетту? — сказала Холли, покачав головой. — Мы не совсем заклятые враги.

— Но вы на двух разных сторонах, — заметила Аляска. Ее длинные белокурые локоны были закручены в пучок. — Как ты собираешься с этим справиться?

— Не знаю, — честно ответила Холли. — Мы не говорили о его планах на Винтервилл.

— Они были слишком заняты другими делами, чтобы говорить, — сказала Эверли, одарив их обеих злобной ухмылкой.

— Разве тебе не нужно организовать концерт? — спросила Холли, покачав головой. Эверли никогда не переставала ухмыляться. — И я слышала, у тебя есть для меня сообщение? — спросила она у Аляски.

— Да. Звонила твоя подруга Натали. Твой телефон выключен, а голосовая почта переполнена. Я тоже пробовала и получила тот же результат, — Аляска порылась под стойкой, затем достала листок.

Холли достала свой телефон из сумочки. Экран был пуст. Должно быть, батарея села, пока она была у Джоша вчера вечером. Она даже не подумала проверить.

— Это моя подруга-юрист. Я отправила ей документы, которые мы нашли, — она снова посмотрела на свой телефон. — Я поднимусь наверх и заряжу его, — сказала она, забирая у Аляски листок. — Спасибо, дорогая.

— Не нужно подниматься наверх, у нас здесь есть зарядные устройства, — Аляска подняла коробку, полную штекеров и шнуров. — Ты даже представить себе не можешь, сколько людей либо теряют свои зарядные устройства, либо забывают их. Это как новые зубные щетки.

— Я собираюсь отправиться в бизнес-люкс, — сказала Эверли, крепко обнимая Холли. — Полагаю, сегодня ты не придешь на ужин.

— Не сегодня, — кивнула Холли. — Но это нормально, потому что у тебя есть женские дела.

Аляска нахмурилась.

— Что за женские дела?

Эверли закатила глаза.

— Никаких женских дел. Я вытаскивала Холли из того бардака, который она устроила.

Холли оставила кузину вводить Аляску в курс дела и подошла к дивану рядом с розеткой, вставив зарядное устройство в свой телефон. Мгновение спустя экран загорелся, а затем его заполнил шквал уведомлений. Три пропущенных звонка от Натали, уведомления из Instagram, включая последнее видео Эверли, и миллиард сообщений и текстов.

Конечно же, она нажала на те, что были от некоего Джоша Гербера.

Джош: Ты чертовски красива.

Это сообщение было отправлено сразу после одиннадцати. Она не могла покинуть его дом задолго до того, как он отправил это сообщение. Она улыбнулась при мысли о том, что он отправил его, сидя на видеоконференции. Следующее было отправлено через двадцать минут.

Джош: Во сколько ты придешь сегодня вечером? Мне нужно, чтобы ты пришла пораньше.