Чтение онлайн

– Ты с ним так много общалась?
– я хотел и дальше развивать эту тенденцию. Ей нравится говорить про моего знакомого, пусть говорит.

– Да, но не только с ним. Калчен сводил меня к Мифису, - застенчиво призналась она.

Я уже примерно представлял, куда сводил ее Мифис. Угадал.

– ...А потом я была у Шалье. У тебя такие друзья, Жень, - Амели рассмеялась, я не удержался и погладил ее по волосам. Она затихла. Не пойму то ли испугалась, то ли ей неприятно.

"Спокойнее", - потребовал наставник.

– Шалье тебя очень уважает, - она уже говорила спокойно, а я пытался угадать, испугалась или...- Он мне много рассказал про тебя и Лона. Знаешь, тебе очень повезло, что у тебя такие друзья. А еще про Маринэ он рассказал. Они с Лоном так хорошо подходят друг другу.

– Угу, - я напряженно думал, чего делать дальше.

– Жень, а еще я у Шалье познакомилась с твоей начальницей. Она такая серьезная и немного тяжеловатая в общении.
– Здесь у меня в мозгах зазвенел такой капитальный сигнал тревоги, что я аж подпрыгнул.

– Какая начальница?
– я думал о Жанне или о Клеопатре Игоревне, но никак уж о Подлодке.

– Елизавета Матвеевна, - почти по слогам произнесла Амели ее имя.
– Она рассказала про тебя веселую историю, как ты работал в "Эпохе времени". Я бы тоже хотела. У тебя такая работа, - здесь она ожидала от меня подтверждения, что моя работа мне очень нравится. Я подтвердил.

Для меня информация, что Подлодка общается с Шалье, была очень новой. Не знал, даже не предполагал. Сразу в голове завертелось столько, что надо хотя бы минуты три, чтобы успокоиться и рассортировать догадки. Единственный вывод, что я все время под колпаком. Эх, Штрилиц нашелся.

"Ты загнул, ученик", - хмыкнул учитель, а потом заявил, что дальше он послушает, а как мы доберемся до главного, то он спать ляжет. Это, значит, чтобы я не волновался.

– А что она говорила?
– мне очень было интересно, чем Подлодка поделилась с Амели.

– Она рассказала про некого Шопника, - Амели засомневалась в имени, но я-то понял, что речь идет о Жопнике. Но вообще ничего не понял, какое отношение Подлодка имеет к этому. Жопник же из "Эпохи времени". Да и дело это архивное, и ... короче, хрень полная. Зачем это вытащили на свет, да еще и сейчас?

– Что она рассказала?

– Этот Шопник оказалось фигура одиозная. Он отвечал за всю операцию по подготовке смены, то есть новой команды. Ты же знаешь, что ты и все ребята с Лирейда будут работать в новом "Прогрессе"?

Я подозревал. Странно, что ей это рассказали.

– А ты знаешь, что ты будешь самым главным? А то, что тебе всеми руководить? Ты не боишься?

– Нет, - ох, и не нравится мне это.

– А меня возьмешь?

– Конечно, - уж ее-то я возьму к себе без вопросов. Я буду ее беречь, няньчить, любить и присматривать. А еще я думаю, что это неправильно, когда говорят, что супругам нельзя работать вместе. Я не представляю, как могу на ТАКОЙ особенной работе быть без нее.

– А знаешь, как он свои способности получил?
– это она вернулась к разговору о Шопнике.

Я кивнул. Это я знал.

– А вот знаешь, почему?

Я опять-таки кивнул. По глупости он и получил.

– А знаешь, что он приходил к ней, и она помогла ему исправить, но вышло плохо.

Из этого запутанного текста, я истинно понял, что "плохо" это еще слабо сказано.

– Амели, ты о чем?

– Шопник, который тоже твой друг, ведь так?

Я кивнул.

– Так вот Елизавета Матвеевна сказала, что они хотели все запутать.

– Погоди, - я в волнении взял ее за руку.
– Еще и раз и сначала.
– Я в принципе тогда разобрался, что там личности менялись Горник-Керейченко-Жопник-Шорник и прочее, но это были лишь догадки. Я знал, что дело в Петре. Он обладает множеством талантов, и судя по всему, приобретенных талантов. Но вот так, чтобы услышать всю историю, об этом приходилось только мечтать.

– Она сказала, что ты все это уже распутал, - совсем запуталась она, и как-то застеснялась этого.
– Смотри, она сказала, что ты остался только потому, что искал Шопника?

Я вздрогнул. Откуда ОНА это знала? Я никогда и никому не говорил. Э, нет, Клёпа и остальные читали мои записи. А она? Тоже? Ладно, это вопрос второстепенный.

– Амели, ты мне скажи, этот Шопник, - я предпочел ее не поправлять в произношении фамилии. Все же Шопник лучше, чем Жопник.
– Он это же Петр?

– Ну, да, - Амели нахмурилась, она, похоже, еще больше запуталась в нашем разговоре.

– Тогда все правильно я понял, - я и так был уверен, что тогда все понял правильно.

– Так тебе не рассказывать?
– обиделась она.

– Что ты, конечно, рассказывать. Ты это делаешь очень волшебно, - я взял ее за руку, руку она не убрала.

– Итак, она сказала, что ты остался только по этому. А они очень старались, чтобы ты остался. Тот Шопник умеет смотреть прошлые жизни. Ты ведь это знаешь?
– она спрашивала, а я кивал, чтобы не перебивать и не сбивать.
– Ну, вот он тебя случайно увидел и решил, что ты им подходишь. Дело же в твоей работе. Они же хотели тебе все дело передать, я же даже с Гайем познакомилась. Он, кстати, очень забавный, - Амели ожидала моей реакции, а я решил, что мне пофиг. Раз она познакомилась, то и это хорошо. Передо мной стояли совсем другие задачи. Я ж не Гайя собираюсь обольщать.
– И вот, тогда они специально старались, а Елизавета Матвеевна все знает, потому что это она собирала бумаги в архив.

– О!
– дошло, что она хотела сказать. "Эпоха времени" это возможность ходить во времени. Значит, вот откуда взялся архив "Прогресса". А это, значит, что меня готовили даже тогда, когда я этого не знал. Меня на веревочке водили. Как-то это мне не нравилось.

"Чего уж там, ученик", - ободрил меня Великий Воин Гада.

"Противно как-то", - я не мог с собой справиться.

"Подумай, а с ней бы ты встретился?", - настаивал учитель.

Я подумал и решил, что все к лучшему.

– А долго ты с ней общалась?

– Нет, мы только чай попили, - Амели нерешительно подвинулась ко мне поближе. Если можно было бы, я бы начал громко орать и танцевать.
– А потом я говорила с Калченом. Нет, это я до этого говорила. Ведь там Глеб.

Хорошо, что я от любви был пьян и замедлен, а то бы спросил, кто такой Глеб? Это тот малыш, который был записан на меня и воспитывался Калченом.

– Амели, понимаешь Глеб..., - я знал, что должен как-то объяснить, что ребенок не мой, или объяснить, если я признаю, что ребенок мой, почему он в яслях у Калчена. Выбор аховый.