Чтение онлайн

— Маленькую?! — Гронский развернулся к собственному другу от окна, в котором сияла ночная столица.

— Ты заметил, что его здесь нет, а дух всё равно витает. Прекращай, будто тем для обсуждения больше нет. Лучше расскажи, что там с этой твоей…э…

Филимонов забыл имя очередной девушки друга, которые стали появляться и исчезать в последнее время слишком быстро, что, конечно же, не нравилось Филиппу.

— Нюшей?

— Нюшей?! — удивлённо воскликнул друг. — Ты что, с ней…

— Общаюсь, — правильно закончил Гронский за парня, после чего пожал плечами и снова посмотрел в окно, где жизнь кипела даже несмотря на поздний час.

— Ты в курсе, что если Кейт узнает, вначале тебе, а потом мне голову открутит, за сокрытие…

— Я не могу просто общаться с человеком? — как-то жестче, чем того хотел, поинтересовался Гронский у друга.

Всегда спокойный, не по годам расчётливый и умный парень вдруг слез со стола и подошёл ближе к единственной живой душе, что еще осталась в этой конторе в такой час.

— Она девушка, Люк.

— Ей пятнадцать, какая она девушка?

Филипп рассмеялся, и растерянный вид Гронского его совсем не смутил. Филимонову в какой-то момент показалось, что сейчас пятнадцать не Нюше, а самому Люку.

— Ты, надеюсь, сейчас прикидываешься дурачком? Это же подросток, ей просто дай повод, она себе такое напридумывает…

— Она не такая…У нас другой вид общения, Филипп, и прекрати смеяться, ты сам подросток для меня еще.

Отвернувшийся Люк заинтересовал друга, который был всё еще в легком шоке от такой новости. Он и предположить не мог, что дороги этих двоих когда-нибудь да сойдутся.

— А ты случайно не…

— Ты совсем головой тронулся? — всё в том же тоне поинтересовался Гронский, который, как и любой другой сильный пол, не очень жаловал такие откровенные разговоры.

Но Люк знал, что Филимонов так просто не отстанет, и решил всё это закончить побыстрее.

— Она уютная что ли…

— Как свитер? — поднял брови тот.

— Нет. С ней приятно даже просто сидеть и молчать. Возможно, это прозвучит глупо, но она действительно мне нравится, как человек. Мне даже с тобой не так тепло… без обид.

— Мда, дружище. Меня обгадил, еще и признался без зазрения совести, что на стороне от меня подгуливаешь. Вот это сейчас вдвойне меня добило.

Получив кулаком в плечо, Филипп снова сел на стол друга, а тот за него на своё кресло.

— На самом деле я рад, что тебе удалось всё-таки найти такого человека, и немного странно, что им оказалась Нюша, но моё дело тебя предупредить, ладно? Насколько я понял, она не такая хладнокровная, как Кейт, а значит, можешь не избежать ненужной драмы…

— Она не такая, — повторился Гронский и дал понять, что разговор закончен.

Ему не хотелось признавать, что Филипп был в чём-то прав. Он и сам над этим часто размышлял, особенно после их поцелуя в кафе. Зачем он тогда это сделал? Гронский не мучился этим вопросом, потому что знал на него ответ: он думал, что ему будет весело. Почему бы не повеселиться, даже за счёт маленькой девочки, которая мило краснеет, как ребёнок, но выслушивает его и порой даёт советы совсем не как подросток.

Если бы попросили Гронского описать её, он бы представил Нюшу не как юную девушку со своими комплексами и школьными проблемами, а как маленький дом, наполненный солнечным светом ранним утром и ароматом чего-то сладкого, только что испечённого.

Он даже не знал, умеет ли она готовить, ему казалось что «да» и очень вкусно. Почему дом? Потому что к ней хотелось возвращаться в трудную минуту, как домой, что бы скрыться от всего мира и всех неприятностей, что бы побыть с ней в тишине, подумать, и снова двинуться в бой. Она стала его точкой опоры в плохое время, и он сам не понял, как причислил её к особенным людям в своей душе.

Но было кое-что, чего он всё-таки боялся. И слова друга о «ненужной драме» только напомнили Люку об этом.

— Нюш, извини, но конец месяца, и все на работе как с ума сошли. Начальница…

— Мама, папа, всё хорошо, это всего лишь теннис, — я попыталась успокоить родителей, которые слишком переживали за то, что не смогут прийти ко мне на соревнования.

— Но это соревнования, на которые мы пообещали прийти, — возразил папа.

Знали бы вы, что на эти соревнования и Люк пообещал прийти…

— Всё в порядке, это не конец света. Да, Ларсик? — я кивнула кошаку, который валялся под столом возле наших ног.

Мне была предоставлена тяжёлая задача — не слишком обрадоваться этому объявлению от родителей. Я понятие не имела, как им сказать про Люка, ведь они его совсем не знали, даже как в качестве моего спасителя.

В той истории с возвращением из неудачной экскурсии героем для них стал парень моей подруги. А о его друге, который и сделал всю работ, никакой речи не было, вот оно и вылезло мне боком.[i]

В эту ночь я плохо спала: то заходила на фикбук, что бы проверить или просто перечитать старые работы, ведь за новые совсем не было времени сесть, а порой не приходило вдохновение, то проверяла мэсснджеры, в которых досаждали девчонки в нашем совместном чате. Досаждала, конечно, одна Яна, потому что Вика редко в сеть заходила, но и ей отвечать приходилось.

Яна: он будет там? Я снова полюбуюсь на это произведение искусств вживую?!

Не ты одна… Так я думала с глупой улыбкой на лице и лёгкой дрожью в конечностях, потому что я странно реагировала на представление о нашей встрече.

Я: возможно. Он может быть занят, но займите и ему место в первом ряду, пожалуйста.

Яна: без проблем, подруга. Обещаю, не лезть к твоему сэмпаю[ii].

Я захихикала в подушку. Если Люк и был сэмпаем, то только в извращениях, вот только другим об этом знать не обязательно.

Стоило мне отложить телефон на тумбу и попытаться сомкнуть глаза, как экран того снова засветился.

Люк: завтра в 13:30 буду возле «Атланта», встретишь на парковке?

С трепетом перечитывая сообщение, всё еще не могла поверить, что он всё-таки приедет.

Я: конечно, не опаздывай.

Люк: как я смею? А мама не ругает тебя, что ты не спишь в такое время?

Перечитав сообщение, я закатила глаза.

Я: за кого ты меня вообще принимаешь? Я что, малолетка какая-то?

Парень мне ничего не ответил, зато на экране высветилась его фотография и фон вызова.

— Чёрт, чёрт, чёрт… — нащупывая сбоку телефона кнопку виброрежима, я была чуть не раскушена мамой, что проходила мимо моей комнаты за дверью.

Когда я накинула на себя одеяло и спряталась к тому же головой под подушку, что бы точно никто не услышал моего голоса, я наконец-то приняла вызов.