Чтение онлайн

Члены кружка пришли в восторг, но больше всех ликовала Роза. Неделя на море вместе с Никитой! Да она из кожи выскочит, но переплюнет всех! Алахвердова схватилась за подшивки. Стремясь найти необыкновенную тему, она попросила у Васильева разрешения изучать газеты с журналами до поздней ночи. Владелец библиотеки благосклонно отнесся к желанию Розы, дал ей запасную связку ключей, велел только аккуратно закрывать замок и всегда перед уходом ставить помещение на охрану. А Роза не постеснялась порыться на столе Никиты и поняла, что другие участники уже определились с темами, выбрали простые, если не сказать примитивные: муж убил жену, теща отравила зятя, киллер застрелил олигарха. Нет, она не пойдет этим путем, решила Розочка, ей требуется нечто особенное, что поразит Васильева до глубины души.

Алахвердова забыла про оранжерею и клиентов, с утра до ночи перелопачивала сотни изданий, но увы, увы, увы. В тот момент, когда ей от отчаяния захотелось зарыдать, взгляд зацепился за фотографию, опубликованную в журнале «Барабан». На снимке была запечатлена дорожная авария – около разбитой машины на земле сидела девочка, ее вид не оставлял сомнений, каким образом она зарабатывает себе на жизнь. Внизу стояла подпись: «Трагедия на шоссе. Подросток Олег Волков, сев за руль в наркотическом опьянении, в хлам разбил «девятку» своего отца и сам погиб. Его спутница отправлена в больницу».

Почему Роза заинтересовалась в общем-то банальным случаем? У Алахвердовой была фотографическая зрительная память, и она вспомнила, что днем ранее уже видела лицо этой юной проститутки, когда листала газету «Горн».

И «Барабан», и «Горн» давно почили в бозе, не выдержав конкуренции с «Желтухой», но в начале нулевых эти издания изо всех сил пытались выжить, их сотрудники бросались на любое происшествие, хватались за все темы. Однако самоотверженность папарацци успеха «Барабану» не принесла, его тираж стремительно обваливался, люди перестали покупать листок. Номер, в котором рассказывалось об аварии, был одним из последних. На нем почерком Никиты было написано «Получен в типографии, в продажу не поступал. Розничная сеть отказывается распространять «Барабан». Sic transit gloria mundi!» [10]

Розочка кинулась снова перелистывать подшивку «Горна» и нашла сообщение, которое украшал снимок той же девочки, только в возрасте лет десяти. Алахвердова положила два издания рядом и чуть не захлопала в ладоши. Она не ошиблась! Да, ребенок, чья фотография помещена в «Барабане», стал старше, но большие глаза, тонкий нос, родинка чуть выше переносицы и странное, какое-то болезненное выражение личика остались прежними. Роза впилась глазами в статью, сопровождавшую снимок в «Горне»: «Позавчера ушла из дома в школу и не вернулась Элеонора Милия девяти с половиной лет. Была одета в синие джинсы, розовую футболку и белые кроссовки. На шее медальон с гравировкой «Э. Милия». Любого, кто знает что-либо о местонахождении девочки, просят позвонить за вознаграждение по указанным телефонам круглосуточно».

Редкая фамилия Милия показалась Розе знакомой. Она быстро пошарила по поисковым системам и нашла большое количество сведений про Отара Милия, крупного бизнесмена, прочно обосновавшегося в списке Форбс.

Умение удачно вести дела досталось Отару от отца, Гиви Милия, который в советские годы был так называемым цеховиком. Гиви организовал нелегальное производство по пошиву остро модных тогда плащей из ткани болонья и на раз-два разбогател. Большинство подпольных миллионеров того времени рано ли поздно оказывались в лапах ОБХСС [11] , но Милия был хитрой лисой и избежал печальной участи. Он ни разу не попал в тюрьму, дожил до преклонных лет, увидел рождение внука, названного в его честь, и стал свидетелем того, как его сын Отар заработал свой первый миллиард.

Отар Милия ни в чем дурном никогда замешан не был, к нему не предъявляли ни налоговых, ни каких-либо еще претензий. Семья Милия жила в столице начиная с середины девятнадцатого века, – так что Отар являлся настоящим коренным москвичом из тех, что говорят «булошная», «молошная», «прачешная» и сильно акают. В бандитские девяностые двадцатого века он не связывался ни с одной преступной группировкой и не имел друзей, бегавших с оружием по улицам. Он купил на деньги отца ларек и торговал жареными курами. Вас смущает столь скромное начало бизнес-карьеры? Но напомним: один наш очень известный олигарх в то же время продавал резиновые игрушки – зайчиков, белочек, кошечек и собачек. Такие уж времена на дворе, как говорится, стояли…

Отар был женат первым браком на Лиане Сванидзе, любил свою жену, обожал сына Гиви и родившуюся позднее Элеонору. Однако Лиана скончалась, и вдовец обзавелся новой супругой.

По мере накопления капитала Милия становится известной фигурой в обществе, о нем регулярно появляются материалы в СМИ. Бизнесмен не чужд благотворительности – возвращает в Россию некогда проданные продажными музейщиками и вороватыми чиновниками произведения искусства, выкупает их у коллекционеров и дарит государственным музеям. Лет десять назад Отар решил заняться политикой, стать депутатом. Сами понимаете, что оппозиционно настроенные люди начали искать компромат на Милия, но как ни старались враги, найти им ничего не удалось. Да, у Отара второй брак, но развода не было, первая спутница жизни умерла. Никаких порочащих связей на стороне. Нынешняя жена – учительница младших классов, не бросившая работу даже тогда, когда супруг приобрел частный самолет. Прекрасные дети: сын – студент МГУ, дочь Элеонора учится в Америке. В семье растет девочка Манана, рожденная во втором браке. Единственное, за что смогли зацепиться журналисты, это за обучение Элеоноры в США. Во время предвыборной кампании на каждой встрече с избирателями обязательно находился человек, который спешил задать кандидату вопрос:

– Отар Гивиевич, вы тут рассказываете нам, как будете радеть за счастливое будущее нашего народа, говорите о своем патриотизме, а сами отправили дочь на учебу за океан. Значит, не доверяете российскому образованию?

Сначала Отар спокойно отвечал:

– Личную жизнь семьи не комментирую, я имею право ничего не говорить о своих детях.

Но когда такой интерес проявила корреспондентка первого канала телевидения, Милия неожиданно заявил:

– Мне очень трудно вспоминать ту историю, и я думал, что рано или поздно пресса перестанет перемалывать одну и ту же жвачку, но, как вижу, ошибался. Со мной сегодня пришел следователь Борис Николаевич Ласкин, он вам все и расскажет. Боря, пожалуйста…

Сухощавый мужчина, сидевший среди публики, встал и взял протянутый микрофон.

– Отар Гивиевич никогда не ходил в кольце охраны. Ни его жену, ни детей тоже не сопровождали секьюрити. И вот в семье случилась трагедия. Несколько лет назад Элеонора вовремя не вернулась из школы. Пять дней о девочке не было ничего известно. Поскольку требований о выкупе не поступало, рабочей версией стало нападение на ребенка маньяка. К сожалению, следствие топталось на месте. Отар Гивиевич, вопреки нашему желанию, обратился в прессу, фотография Элеоноры была опубликована в СМИ. За известие о местонахождении ребенка назначили солидное вознаграждение. Как правило, обращение в газеты не дает позитивного результата, мы тонем в пустых звонках. Но в случае с дочерью Милия оказалось иначе: информатор дал точную наводку. Девочку нашли в заброшенном доме одной из деревень Рязанской области и вернули родителям. Элеоноре потребовалась медицинская помощь. После того как дочь реабилитировалась, Отар Гивиевич отправил ее в пансион за океан. Об этом попросила сама девочка, которая боялась выйти в Москве на улицу даже в сопровождении автоматчиков.

Отар поднял руку.

– История рассказана один раз. Более я ее не стану повторять нигде, никому, ни при каких обстоятельствах. Элеонора сейчас живет в США, у меня есть возможность помочь дочери, которая напугана до последнего предела. Но у большинства россиян нет денег, чтобы оказать содействие своим детям, попавшим по вине преступников в беду. Так вот, я буду стараться, дабы простые люди…

Роза оторвалась от чтения предвыборных обещаний и ощутила, как сильно у нее бьется сердце. Вот она, настоящая тема для детективной истории! Надо лишь старательно собрать факты.

Алахвердова провела бессонную ночь, перелистывая подшивку, и чуть не заработала воспаление глаз, одновременно глядя в свой ноутбук. Однако каков результат!

Отар Милия утверждал во время избирательной кампании, что его дочка находится в США? А в «Барабане»-то опубликована московская фотография Элеоноры на фоне разбитой вишневой «девятки»! Разве может подросток одновременно быть в двух местах? И все же самое интересное не это. Авария случилась поздним вечером, почти ночью, в пятницу, снимок попал в утренний субботний выпуск газеты. В вечернем номере репортаж о происшествии повторили. Но! Там уже не было никаких изображений перепуганной малолетней проститутки, зато появилось еще несколько фото с места происшествия. На одном корреспондент запечатлел зевак, в основном мужчин, жадно смотревших на останки автомобиля. И среди любопытных прохожих Роза узнала… Гиви Милия, примерного сына Отара. Несмотря на поздний час, парень нацепил темные очки и высоко поднял воротник куртки, но родинка, точь-в-точь такая же, как у Элеоноры, выдала младшего Милия. Много вы знаете людей, у которых чуть повыше переносицы есть такая отметина? Доморощенная сыщица Алахвердова видела ранее фото сына Отара в прессе и не сомневалась: студент был свидетелем аварии.