Добывайки на новом месте
Шрифт:
Как только вышла в сад, она первым делом подошла к домику добываек, сняла с него крышу и с грустью заглянула внутрь.
Там было сыровато, и мисс Мэнсис, чтобы пред-отвратить новое наводнение и отвести дождевую воду, скопившуюся в лужах на большинстве миниатюрных дорог, выкопала крошечный канал. Если её добывайки когда-нибудь вернутся, они должны найти свой игрушечный домик таким же аккуратным и сухим, каким его оставили. Это самое меньшее, что она может сделать. Крыша, которую она вернула на место, выглядела надежной и крепкой. Да, она сделала всё, что могла: даже заявила о пропаже в полицию, поставив себя в неловкое положение. И это, вероятно, было самым мучительным испытанием из всех!
К середине марта, несмотря на несколько дождливых дней, игрушечный городок уже почти приобрел свой привычный вид. Как только мисс Мэнсис почистила домик добываек, ей больше не приходило в голову снова туда заглянуть. Он так давно пустовал. А если они хотят открыть городок для посетителей на Пасху, то у неё оставалось ещё много дел. Надо было изготовить новые фигурки, переодеть старые, подвижной состав смазать маслом и покрасить, починить крыши, выполоть сорняки в садах… Мистер Потт очень умно придумал эти дренажные трубы, и вся вода теперь сливалась в один ручей. Мисс Мэнсис особенно гордилась своими дубами – толстыми стеблями кудрявой петрушки, которые она окунула в клей и покрыла лаком.
Именно мисс Мэнсис убедила мистера Потта поставить забор из колючей проволоки вдоль берега реки. У неё не было сомнений: тот, кто похитил добываек, подошёл к игрушечному городку со стороны реки.
Как только вышла в сад, она первым делом подошла к домику добываек, сняла с него крышу и с грустью заглянула внутрь…
– Мне это кажется бессмысленным, – запротестовал мистер Потт, – раз их теперь нет…
И всё-таки он вбил столбы и надёжно натянул на них проволоку. Пусть сам никогда до конца в добываек не верил, мистер Потт понял, хотя и не сказал об этом, что история об этом народце очень много значит для мисс Мэнсис.
Итак, долгая зима прошла, и наконец-то дала о себе знать весна. Надо добавить, что оказалась она весьма странной для всех, о ком говорится в истории…
Глава третья
Супруги Платтер, Сидни и Мейбл, сидели напротив друг друга за столом в кухне своего Беллихоггина, в Уэнт-ле-Крейсе, явно пребывая в состоянии шока: дар речи словно покинул их, и они просто молча таращились один на другого.
Мистер Платтер, строитель и декоратор по профессии, иногда – при определённых обстоятельствах – устраивал ещё и похороны для состоятельных местных жителей. Сухое морщинистое лицо придавало ему сходство с крысой, а очки без оправы отражали свет, поэтому глаз его никто никогда не видел. Миссис Платтер, дама внушительных габаритов, обладала тяжёлым рыхлым лицом какого-то странного бежевого оттенка.
На столе перед ними в ряд стояли три блюдечка с чем-то остро пахнущим и липким, похожим на переваренный рис, но миссис Платтер называла это «кеджери» [2] .
После очень долгого молчания мистер Платтер наконец заговорил – медленно, обдумывая каждое слово, – своим сухим, холодным, скрипучим голосом:
– Я разберу весь этот дом по кирпичику, даже если придётся нанять для этого пару рабочих!
– Ох, Сидни! – с трудом выдавила миссис Платтер, и по её отвисшим щекам покатились две крупные слезы, которые она вытерла чайным полотенцем, и руки её при этом дрожали.
2
К е д ж е р и – индийское блюдо наподобие плова с копчёной рыбой и яйцом. – Здесь и далее примеч. ред.
– По кирпичику, – повторил мистер Платтер.
Теперь миссис Платтер могла увидеть глаза мужа – круглые и жёсткие, как голубая галька.
– Ох, Сидни! – повторила миссис Платтер, сжимая в руках полотенце.
– Это единственный выход.
Миссис Платтер закрыла лицо чайным полотенцем и разрыдалась:
– Это самый красивый дом из всех, что ты построил… И он наш, Сидни.
– Если подумать о том, что поставлено на карту… – каменным голосом продолжил мистер Платтер, даже, казалось, не замечая слёз жены. – У нас в руках целое состояние. Состояние!
– Да, Сидни, ты прав…
– Что дома! – воскликнул мистер Платтер. – Мы могли бы построить любые – больше и лучше, такие, о каких ты даже не мечтала! – стоит только захотеть. Мы могли бы показывать этих человечков по всему миру. И за любые деньги! Но они исчезли!
Его зрачки сузились до размера булавочной головки, и миссис Платтер не на шутку перепугалась:
– Я не виновата в этом, Сидни!
– Это уже не важно, Мейбл, но факт остаётся фактом: они исчезли!
– Это ведь я надоумила тебя их украсть!
– Да, и храбро помогла мне в этом, но мы совершили уголовное преступление. И вот теперь кто-то украл их у нас.
– Но никто не знал, что они здесь, ни одна живая душа, кроме нас. – Миссис Платтер насухо вытерла лицо чайным полотенцем. – А мы всегда поднимались в мансарду вместе – ведь так? – чтобы проверить, заперта ли дверь, на тот случай если один из нас забудет. Снизу на дверь ты сам прибил кусок железа, чтобы они не смогли прогрызть…
– Окно было открыто, – прервал её словесный поток мистер Платтер.
– Да как могли такие крохи его открыть-то?
– Верёвка, ворот и всё такое… – Немного подумав, он покачал головой: – Нет, кто-то ведь должен был принести лестницу… им наверняка помогли…
– Но никто не знал, что они здесь, никто! И когда мы принесли им овсяную кашу, все были на месте, ты сам видел. Что скажешь на это? Ну кто мог принести им лестницу средь бела дня? Нет, Сидни, если хочешь знать моё мнение, они не могли далеко уйти, с этими их короткими ножками…
– Им наверняка кто-то помог, – твердил своё мистер Платтер.
– Но их никто даже не видел… – Миссис Платтер вдруг замялась. – Разве что…
– Да, именно об этом я и говорю.
– Ты имеешь в виду эту мисс Мэнсис – или как бишь её там? – и Эйбла Потта? Не могу себе представить даже, как бы он карабкался по лестнице со своей деревянной ногой, да и эта мисс не из тех, кто упражняется подобным образом. А кроме того, откуда им было знать, что искать надо именно здесь?
– Наверняка не обошлось без леди Маллингс из Фордэма. Ты слышала о ней?
– Не думаю… – сказала миссис Платтер, но через мгновение воскликнула: – Ой нет, просто запамятовала! Ты ведь перекрывал крышу в её доме, верно?
– Именно. Она вроде как ясновидящая.
– Ясновидящая?
– Ну да, умеет находить пропавшие вещи. Как будто видит, где надо искать. Говорят, будто благодаря ей нашлось кольцо миссис Крабтри, а ещё поймали воров, которые унесли подсвечники…
– Какие подсвечники?
– Те, серебряные с позолотой, из нашей церкви. Леди Маллингс как будто увидела их в лавке ростовщика рядом с двумя фарфоровыми собачками и назвала адрес и всё такое. Там они и оказались. Представляешь?
– Да, верится с трудом… – медленно проговорила миссис Платтер и, помолчав в задумчивости, предложила: – А не подняться ли нам наверх ещё раз, чтобы осмотреть там всё снова? Мы не должны терять надежду.