Чтение онлайн

— Тебя, может, ещё магии поучить? — ядовито отозвалась напарница. — Ищи дуру!

Мерзко получилось.

Христина отправила в кузов мусоровоза очередной мешок. И подумала, что в первые же выходные надо найти школу и договориться с кем-нибудь из учителей. Придётся платить, скорее всего. Даже не скорее всего, а наверняка. А куда деваться? Чтобы всякие Млады издевались и дальше?

Школа, красивое белокаменное здание под красной черепичной крышей, — внезапно! — вызвала приступ страшной тоски. Христинка долго стояла у кованой декоративной оградки, не решаясь шагнуть. Всё, всё было знакомо до слёз! Деревья во дворе, очень похожие на ивы, только с более крупными листьями. Клумбы с совсем земными рыжими лилиями и белыми гвоздиками. Сирень. Мальчишки и девчонки с папками в руках, школьный звонок; здесь учились и летом тоже.

Христинка подождала, пока двор относительно опустеет, — учебный день окончился, школьники расходились по домам, — отклеилась от ограды и решительно пошла к крыльцу. Толкнула тяжёлую дверь…

Холл оказался большим, просторным и пустым. Огромные зеркала во всю стену добавляли пространства и света. Ковёр под ногами глушил шаги. У большого стенда — расписания уроков? — стоял высокий человек с большой папкой в руках. Синие волосы разного оттенка, от светло-голубого, почти белого, до иссиня-чёрного, можно было встретить на каждом шагу; особенность местной расы. Но у этого человека, учителя, волосы были фиолетовыми. Ровный чистый цвет. Будто макнули кисточкой в тёмно-фиолетовую краску и методично нанесли на каждую прядь.

— Простите, — обратилась Христинка, — можно мне спросить?…

Он обернулся, удивился, но не сказал ни слова, только кивнул: 'я внимательно слушаю'

— Понимаете, я издалека, — говорить про другой мир Христина не стала, зачем огребать лишние неприятности там, где их можно избежать? — Я бы хотела научиться читать… Это возможно?

— Вам нужен базовый курс? Чтение, письмо, начала арифметики?

— Я не знаю… наверное, да, — нерешительно сказала Христинка.

Обращение на 'вы', как к взрослому и равному, смущало и сковывало. К Христинке до сих пор ещё не обращались на 'вы'…

Стоимость базового курса обучения, как Христинка и предполагала, оказалась приличной. Пятьсот семь златников, нормально, да? Если этот таинственный златник и есть та полоска, которыми Христине заплатили за восемь рабочих и четыре сверхурочных дня, то пятьсот штук накопить можно было где-то годика за два-три. При условии, что только копишь и ни на что больше деньги не тратишь. М-да. Кисло, однако…

— Скажите, а можно заплатить за один час? — спросила Христина, злясь на себя за невесть откуда взявшийся детский лепет, смелее всё-таки надо быть, наглее… в наглости — второе счастье. — У меня есть с собой… сколько-то… наверное, на час хватит. Мне очень нужно! Хотя бы буквы узнать. И цифры. Я дальше сама…

— Вы грамотны? — спросил учитель.

— Да. Только у нас другая грамота, не такая, как здесь.

— Хорошо. Пойдёмте…

— Прямо сейчас?

Он улыбнулся. По-доброму так улыбнулся. Тепло. Сказал:

— Вы куда-то торопитесь?

— Нет, — замотала головой Христина.

— Пойдёмте.

Здесь же, в холле, обнаружилось нечто вроде банкомата. Ему Христинка скормила практически всю свою наличность. Получила твёрдую картонку билета, всё с теми же местными закорючками. Потом пошла за учителем в класс…

Класс оказался небольшим и на удивление уютным. Стеллажи со стеклянными дверцами, одиночные парты двумя рядами. Несколько глобусов в дальнем углу, свёрнутые в трубочки карты… Непередаваемый запах, какой бывает только в школах: запах старых книг, тетрадок, мела, натёртого мастикой пола, тяжёлых портьерных штор, подвёрнутых валиками под потолком, солнечной пыли в столбах света из окон. Запах детства…

— Вы правша или левша?

— Правша…

— Присаживайтесь… Как вас зовут?

Христинка подумала и решила смириться с местным вариантом собственного имени:

— Хрийзтема.

— Редкое имя, — заметил учитель.

Христина пожала плечами. Какое есть. А настоящее имя правильно всё равно ведь не произнесёте. Пусть уже будет Хрийзтема, чёрт с вами со всеми.

Учитель достал со стеллажа комплект тетрадок. Подал одну:

— Это вендарик. Называется так по первым восьми буквам.

Христинка осторожно открыла тетрадь. Гладкая глянцевая бумага, шёлковая на ощупь и плотная, плотнее, чем тетради из прежнего мира…

— Не так, — мягко поправили её. — Вы держите вендарик вверх ногами. Надо вот так… читать следует справа налево и снизу вверх. Это ваш экземпляр, можете делать пометки…

Он называл буквы, а Христинка торопливо ставила рядом с ними земной аналог. Букв в вендарике оказалось аж шестьдесят восемь. Были они официальными, полуофициальными и письменными — застрелиться. Умножь шестьдесят восемь на три, получишь множество значков, которое следует запомнить как дважды два. Христинка поняла, чем теперь будут занято всё свободное время. Зубрением вендарика!

— Вендарик составлен на основе сигнального письма моревичей, — объяснял учитель. — В языке моревичей больше звуков, чем в нашей речи. Например, то, что мы различаем как звуки 'ч' и 'т', моревичи произносят серией нескольких различных звуков. И пишут так же. Один звук — одна буква. Треть вендарика нами вообще не используется, эти, неиспользуемые, буквы, — вот, видите? — находится в самом конце списка. Но имена моревичей и названия их городов надо писать правильно, поэтому извольте выучить. Для примера: имя нашего воеводы морского, Стальчк тБови, пишется вот так.

Он написал на листке, Христина старательно скопировала в свою тетрадь.

— А моё имя как пишется?

— Проще. Это имя не имеет отношения к моревичам. Пишется набором букв из верхнего и среднего звена вендарика. Вот так…

— Спасибо…

Он поставил локти на стол, сложил руки домиков. Снова улыбнулся. И спросил:

— Три плюс три разделить на три сколько будет?

— Четыре, — ответила Христина; известная ловушка, она её знала. — А если три плюс три взять в скобки, то будет два.

— Замечательно. Площадь фигуры рассчитать можете? Скажем, квадрата и треугольника?

— Длину умножить на ширину, — ответила Христина, известные ведь вещи. — Для прямоугольного треугольника — то же, только разделить пополам.

— А если треугольник не прямоугольный?

— Ну… тогда… сторону умножить на сторону и на синус угла между ними. Синус — это… — Христинка начертила треугольник и объяснила, что такое синус. Как на экзамене! Закрой глаза, покажется, будто дома, в родной школе… — Синус прямого угла равен единице, поэтому для прямоугольного треугольника формула упрощается.