Чтение онлайн

— Но ты почти не поела.

— Мама, я, правда, не хочу. Мне надо увидеть Игоря. Иначе я сойду с ума.

— Оля, вызови для нас такси.

— Ты тоже поедешь? — удивилась я.

— Да. Хочу взглянуть Игорю в глаза. И заодно проследить, чтобы твой отец ничего не заподозрил.

— Мама, ты же не собираешься ни в чем обвинять Игоря?

— Нет. По крайней мере пока, — «успокоила» она меня.

Как же медленно сегодня все двигались! Оля с завтраком. Мама со своими сборами. И еще эта бесконечная пробка! Словно весь мир восстал против моей встречи с Игорем. Утешало лишь одно — он был жив. А, значит, все у нас будет хорошо.

Игорь

Я отчаянно пытался вырваться из темноты. И мне даже казалось, что на какой-то миг у меня получилось. А потом я снова куда-то провалился. И стало легче. Но меня постоянно тянуло назад. Туда, где было также темно, но не также хорошо.

Сейчас здесь было светлее. Я словно лежал на плоту или лодке, дрейфующей в море. Качание на волнах успокаивало, погружая меня в сон. Да, сейчас это был обычный сон.

Пробуждение было тяжелым. Голову разрывала боль, которая медленно растекалась по всему телу и пульсировала в такт странному противному звуку. Затуманенный взгляд уперся в белую пелену. Ее сменило лицо. Размытые черты не позволяли понять, был ли это мужчина или женщина. Мысли путались. Мне сложно было остановиться на какой-то одной из них. Боже, выключите этот чертов звук!

Голоса. Где-то вдалеке. Свет стал ярче. Но лишь на мгновение, достаточное, чтобы в голове разорвались все сосуды. Именно так я это ощущал. Как же больно! Меня словно пропустили через мясорубку и собрали в случайном порядке. Уйдите. Оставьте меня в покое. И выключите этот звук! Как хорошо, что можно уснуть. И не чувствовать!

Когда я снова проснулся, боль была не такой острой. Тело словно набили ватой. А мысли плавали в моей голове, как рыбки в аквариуме. Но те хотя бы могли управлять собой. Противный звук никуда не делся, но уже не причинял таких страданий. К нему добавился другой. Потом еще один.

— Игорь Владимирович?

Знакомое имя.

— Игорь Владимирович, Вы слышите меня? Моргните, если Вы меня слышите.

Веки медленно опустились. Поднять их было не просто.

— Попробуйте сжать мою руку.

Пальцев коснулось что-то теплое. Что ему от меня нужно?

— Хорошо. Это очень хорошо, — похвалил голос. Не понимаю, о чем он. — Вы помните, что с Вами произошло?

В голове пусто. Ни одной картинки.

— Ничего страшного. Память к Вам скоро вернется. Это обычное явление при таких травмах. Отдыхайте, Игорь Владимирович.

Его слова медленно погружались в мое сознание, словно в вязкое болото. И я тут же забывал о них. Сильно клонило в сон. Противный звук убаюкивал. Вскоре я перестал его слышать.

Голоса вернулись. Теперь я слышал их отчетливее. Мог различать слова. И, кажется, даже понимал. Хотя не совсем.

— У него сохранились рефлексы верхней части тела, — негромко произнес первый голос. — Это хорошо. Правда, он не помнит, что случилось. Но это не проблема. Так бывает после травмы черепа. Память восстановится. Возможно сразу, а, может, на это понадобится какое-то время. Не ждите быстрых результатов, Максим Владимирович.

— А что с его позвоночником? Он будет ходить? — спросил второй голос. Смутно знакомый. Но мне никак не удавалось вспомнить, откуда.

Тишина.

— Не могу ничего сказать пока. Не хочу Вас обнадеживать. В данный момент чувствительность ног отсутствует.

— С этим можно что-то сделать? — знакомый голос был раздражен. — Не знаю, массаж, уколы, таблетки. Операция, в конце концов.

— Безусловно, мы сделаем, что в наших силах, Максим Владимирович. Но травма серьезная и крайне неудачная, — первый голос был осторожен.

— Что это значит?

— Образовалась гематома. К тому же, перелом со смещением позвонков. Гематома совсем рядом и оказывает дополнительно давление на позвонки. Задет спинной мозг.

— Гематому можно как-то убрать?

— Нам удалось ее купировать. Сейчас мы пробуем убрать ее консервативно. Но проблема в том, что позвонки могут сдвинуться, когда уменьшится гематома.

— И что это значит?

— Они зажали нервные окончания. Поэтому у Игоря Владимировича отсутствует чувствительность ног. Если позвонки сдвинуться, нерв будет зажат сильнее. Это может привести к полной инвалидности.

— Но что Вы предлагаете? Почему вы не можете его прооперировать и вправить эти чертовы позвонки?

— Это рискованно. Сегодня соберется консилиум врачей. Операция может только все усугубить.

— То есть Вы предлагаете сидеть, сложа руки? — знакомый голос злился.

— Давайте не будем торопиться с выводами.

Снова тишина. О ком они говорили?

— Игорь, ты меня слышишь?

Взгляд остановился на лице. Мужчина. Немолодой.

— Игорь?

Челюсти поддались с трудом. Сказать что-либо так и не получилось.

— Тихо, тихо, не напрягайся. Все будет хорошо. Обещаю. Я найду лучших врачей. Мы поставим тебя на ноги. Ты у нас еще бегать будешь!

Смех был невеселым.

— Яяяя…, - воздух выходил из легких. Боль снова возвращалась.

— Не говори ничего. Ты еще слишком слаб, Игорь.

— Яяяяя…. Ггггдддде?.. — эти два коротких звука, даже не слова, отняли у меня последние силы.

— Ты в больнице, Игорь. Не волнуйся. Все будет хорошо. Просто ты попал в небольшую аварию. Но скоро поправишься.

Хруст. Шипение. Стук. Реальность медленно растворялась. Мужское лицо поднималось вверх, истончаясь. Я больше не слышал его слов. Я больше ничего не чувствовал.

Где-то внутри меня пульсировала боль. Как бомба замедленного действия. Лишь это говорило о том, что я все еще был жив. Хотя полной уверенности не было. Я попробовал пошевелить пальцами правой руки. Они поддались, но не сразу. Что-то сдавливало мою шею и мешало повернуть голову. Оставалось любоваться белым потолком. И слушать это «бип… бип… бип…». Пахло лекарствами. Раньше я этого не замечал.

Где-то совсем рядом хлопнула дверь. Мягкие шаги приблизились ко мне и замерли.

— О, Вы пришли в себя, — надо мной склонилась девушка. Симпатичная. И совсем юная. — Ну, и как у нас дела?

— Ччччто… ссо… мммной? — каждое слово колючим ежом продиралось через мое горло.

— Вы попали в аварию. Признаться честно, никто не ожидал, что Вы так быстро очнетесь. Голова болит?

Я прислушался к ощущениям.

— Ддда.

— Это понятно. Мы даем Вам обезболивающие. Следующий укол только через час. Придется потерпеть.