Чтение онлайн

Заметив брешь в его обороне, я бросилась вперед, но он отклонился назад, так что моя палка рассекла пустоту. И прежде чем мне удалось отступить, принц сильным ударом выбил оружие из моей руки.

Я подавила стон, изо всех сил пытаясь скрыть охватившее меня разочарование.

— Если бы состязались в стрельбе из лука, я бы победила тебя с закрытыми глазами. — Схватив мантоу из корзинки, я бросила его Ливею.

Он поймал лепешку в воздухе, но сразу же протянул мне:

— Возьми ее себе.

— Нет, это твой приз.

Выбрав грушу, я вонзила зубы в спелую мякоть, и рот наполнился сладким ароматным соком.

Когда принц вновь попытался протянуть мне мантоу, я покачала головой.

— Ты хочешь устроить состязание за право не есть их? — с хитрой улыбкой спросила я.

Он холодно посмотрел на меня, а затем откусил мягкий бок. Воздух тут же наполнил восхитительный аромат жареной свинины.

— Смотри не подавись, — сказала я с искренней улыбкой.

Голод — небольшая плата за негодование, что сейчас отразилось на его лице. Я проиграла состязание, но при этом ощущала себя победительницей. Посмотрев на затянутое тучами небо, я поразилась тому, что все вокруг отчего-то казалось еще прекраснее. Даже дождевые облака выглядели не унылыми и угрожающими, а наполненными мрачным величием.

Когда мы закончили есть, Ливей налил мне чашу вина. В воздухе разлился нежный аромат османтуса, вызывая воспоминания о лунно-белых цветах.

Крепче сжав чашку в пальцах, я подняла ее, чтобы произнести тост.

— Желаю, чтобы ты всегда был счастлив.

Его пристальный взгляд замер на мне.

— Если ты подразумеваешь счастье, что я испытываю сейчас, то это самое лучшее пожелание из всех.

Вино заструилось по моему горлу, даря опьяняющее тепло. А когда мы осушили свои чашки, принц вновь наполнил их, но в этот раз сам захотел сказать тост.

— Пусть все твои мечты сбудутся.

Мне стало интересно, что бы он сказал, узнай, о чем именно я мечтаю.

Долгое время я желала лишь вернуть то, чего лишилась в прошлом. Но вчера ночью, а может, и раньше, в моем сердце зародилась надежда на будущее.

— О чем ты мечтаешь? — спросил он, словно прочитал мои мысли, как и вчера.

— Быть рядом с любимыми людьми, — подумав пару секунд, сказала я.

И не соврала, просто многое утаила, прикрыв правду красивым фасадом.

Взгляд принца потемнел, он подался вперед, и мое дыхание участилось.

— Но сегодня согласна просто победить тебя, — выпалила я первое, что пришло в голову.

И тут же отругала себя за трусость. Ливей отстранился, улегся на траву и заложил руки за голову.

— Не боишься, что не сможешь подтвердить свою угрозу про лук?

— Чего мне бояться? Я не стану делать тебе поблажек только потому, что сегодня твой день рождения.

Вот только в моем голосе слышалось больше уверенности, чем я ощущала на самом деле, потому что никогда раньше не стреляла с завязанными глазами.

На земле перед нами возник золотой лук с искусной резьбой на рукоятке и перьями, украшающими его концы.

— Я хотел показать его тебе, — поднимаясь на ноги, сказал Ливей. — Это один из самых мощных луков в Императорской сокровищнице. И с помощью него мы сможем проверить твои слова.

Я подняла оружие, чувствуя, как покалывает пальцы в тех местах, где кожа касается металла, и спросила:

— А где стрелы?

Ливей встал у меня за спиной так близко, что наши тела едва ли разделяло несколько сантиметров. Положив руки поверх моих, он помог мне поднять лук и натянуть серебристую тетиву. От этой близости пульс забился быстрее, а голова закружилась. В таком состоянии я бы точно промахнулась мимо цели, даже если бы она стояла в пяти шагах от нас.

Но тут передо мной возникла огненная стрела, которая потрескивала словно живая. Это настолько удивило меня, что моя хватка ослабла, но Ливей крепче сжал мою руку. А стоило отпустить тетиву, как стрела исчезла.

— В мире очень мало действительно мощного оружия. Но каждая стрела из лука Огненного феникса способна нанести серьезную травму. И лишь тот, кто обладает большой жизненной энергией, способен совладать с таким оружием, — предупредил принц.

Я уставилась на лук, вспоминая выцветшую обложку на книге смертных. Неужели мой отец действительно использовал ледяной лук, чтобы убить огненных птиц? Зачарованное оружие из Царства бессмертных?

— А способен ли кто-то со слабой жизненной энергией или даже просто смертный использовать такое оружие? — спросила я.

— Магические предметы обладают собственной силой, — подумав, ответил Ливей. — И большинством из них может пользоваться кто угодно. Даже смертный. Но чем сильнее обладатель, тем более мощным становится оружие, поскольку черпает у своего владельца магические силы, чтобы восполнить и увеличить свою мощь. Поэтому если луком решит воспользоваться слабый человек, то ему будет трудно это сделать, да и выстрелы окажутся не такими разрушительными.

— Лук забирает нашу энергию? А по ощущениям он ничем не отличается от других.

Ливей наклонился ближе, отчего его дыхание коснулось моего уха.

— Лук Огненного феникса, как и любое подобное оружие, создает связь с хозяином, беспрепятственно поглощая его энергию. И это делает его не только мощнее, но и опаснее.

— Опаснее? — переспросила я, стараясь не думать о том, как тепло тела Ливея сливается с моим.

— Да, опаснее. Ведь во время сражения обладатели такого оружия могут не осознавать, сколько энергии оно успело вытянуть. Пока не окажется слишком поздно, — серьезно ответил он.

Я с трудом сглотнула, вспомнив строгие наставления учительницы Даомин о том, как нельзя расходовать жизненную энергию до конца. Высвободившись из объятий Ливея, я передала ему лук.

— Ты первый.

— Ты решила устроить еще одно состязание? — спросил он.

— Может, в этот раз проверим наше мастерство, а не скорость? — предложила я, вспоминая свой проигрыш несколько лет назад.

Наклонившись, Ливей поднял два опавших цветка персика. Вокруг них закружилась магия, и спустя мгновение они налились красками, а лепестки заблестели так, словно их вырезали из розового кварца.

— Победителем станет тот, кто собьет цель с более дальнего расстояния.

Я взяла с его ладони один из цветов, ставший твердым как камень. Как только Ливей поднял лук и натянул тетиву, от поддразниваний не осталось и следа. Они сменились концентрацией и прищуренным взглядом, направленным вдаль. Дождавшись кивка принца, я подкинула первый цветок. Он взмыл в воздух и быстрее колибри унесся прочь, петляя из стороны в сторону. Спустя несколько секунд цветок превратился в небольшое пятнышко на горизонте. И вот с тихим свистом стрела Ливея устремилась вперед, пока не разбила окаменевший цветок на множество ярких осколков, тут же загоревшихся в воздухе.