Чтение онлайн

Я знаю брата. Меня терзают смутные сомнения по поводу «культурно». И то, каким образом нам удастся войти на территорию без стражей порядка. Амир распахивает бардачок и роется в хламе.

— Марк, ты профессионал, значит, усмири меня в нужный момент, чтобы я ненароком не перешел черту вашего благословенного кодекса. А Настёну мы заберем… — достает из бардачка какой-то предмет, — обязательно заберем.

Амир не зажигает свет. Внутри салона полумрак, но я все-таки догадываюсь, что за предмет сжимает в ладони брат — телефон. Амир снимает блокировку и начинает набирать цифры. А мне запрещал это делать.

Теперь мы меняемся местами в нашем незамысловатом диалоге.

— Кому звонишь? — с некой долей раздражения спрашиваю и наблюдаю за движением пальца брата.

В скудном свечении от экрана телефона небритое лицо Амира смотрелось бы для женщин весьма устрашающе, но не для меня.

— Японцу.

— Полагаю, это не маленький человек с раскосыми глазами, который режет на полдник суши?

— Стопроцентно.

М… Красноречия Амира хватило ровно на пару часов. Как и заявлений о прекращении давнего семейного конфликта.

— Сразу говорю, нет! Это противоречит моим принципам.

— Спокойно, Марк, — из динамика телефона раздаются первые гудки. — Бабка же сказала — Олег мочится в штаны от любого беззаконья. Я не собираюсь никого избивать. Просто наведем жути.

С учетом моей профессиональной деятельности и популярности среди народа мне еще долго придется заминать выдвинутую братом идею. Сейчас же век технического прогресса и каждый имеет на руках гаджет с камерой. Нас могут запечатлеть соседи или кто-то из охраны Золотова.

Амиру все равно, он давно живет одним днем. Моя же карьера ставится под сомнение, однако я не успеваю переубедить брата. Японец отвечает на звонок Амира.

Из слов я догадываюсь, что это близкий друг.

Пытаюсь вникнуть в разговор, однако мое внимание рассеивается на яркий свет фар. По правую сторону возле дома Олега виднеется подъезжающее авто. Красный Мерседес останавливается примерно в десяти метрах от нас.

Дверь открывается и оттуда выходит Золотов, облаченный в длинное серое пальто. В руке бизнесмена тлеет что-то похожее на сигарету. Олег зябнет, подносит огонек к лицу и разворачивается к нам.

Я решаю поговорить с Золотовым и убеждаю Амира сидеть внутри машины.

— Я ждал тебя Марк Лютольф, — гнусаво тянет Олег, едва моя фигура показывается из тачки.

— Тогда не нужно объяснять, зачем я здесь.

Мы оба понимаем причину, но бизнесмен намерен до последнего бросаться никому не нужными фразами. Это я сужу по самодовольному выражению Золотова. Мужчина кидает фильтр на землю, а я, не сторонник вредных привычек, улавливаю резкий запах табака.

— Предупреждаю один раз тебя адвокат, — набирается смелости Олег, — Настю ты никогда не получишь! Уезжай отсюда.

— И мой ответ тебе, конечно же, ясен.

Бизнесмен на своей территории и чувствует себя максимально вольготно. В желтом свете уличных фонарей я вижу, как Золотов ухмыляется. Его седая шевелюра намокает от падающего снега, но брюки пока вроде сухие. Олег вздыхает, ощущая себя королем положения.

Наметанным взглядом прикидываю — Золотов уже обдумал и подготовил стратегию к моему приезду. Поэтому бизнесмен расслаблен. Он пятится ближе к забору, а затем громко кричит:

— Фил!

Через пару мгновений тяжелые стальные ворота со скрипом распахиваются, и к нам твердо шагает мужчина в белой рубашке и черном костюме.

Не сдерживаюсь, чтобы не цыкнуть. Меньше всего на свете я бы хотел сейчас впутываться в разборки.

И настроение мое нещадно скатывается вниз, когда за спиной Фила показываются еще с дюжину таких же наемников.

— Незаконное проникновение на частную собственность, — вновь подает голос Олег, — а ребята просто выполняют свою работу. Как расценишь? Превышение самообороны? Административкой отделаемся? — в его словах звучит угроза.

— Зависит от степени нанесенных побоев.

— Тогда Марк Лютольф твои прогнозы неутешительны, — Олег поднимает руку вверх и дает вольную охранникам к действию.

Сначала я, как и Золотов смеюсь, но когда меня окружают плотным кольцом, напрягаюсь конкретно. Из-за наемников я не могу больше увидеть бизнесмена. Хочу освободиться, однако, принимаю удар в ребра.

Золотов убедил свиту о лишении ответственности за побои и в своем покровительстве. Теперь агрессивные охранники как цепные собаки кидаются на меня со всех сторон. Резко и без всякого предупреждения.

Я получаю новые и новые удары по телу. Хаотичные, но довольно болезненные. Плохо соображаю, чувствую, как к голове приливает кровь и темнеет в глазах. Дыхание перехватывает, и я беспорядочно отбиваюсь, не различая лиц нападавших. Они пыхтят и матерятся, подобно животным гасят меня одного.

И сквозь эти бесконечные голоса мне удается различить громкий тон Амира:

— Вы чё …! Черти…! Моего брата…!

Амир спешит мне на помощь. Золотов опасается и решает позвать новую «порцию» наемников.

Забудьте все, что я говорил о цивилизованном обществе. К Олегу Эдуардовичу это не относится совершенно. У бизнесмена произошел сдвиг по фазе и о последствиях он не думает совершенно.

Нас не бьют, а убивают.

Сложно рассчитать время, есть только нестерпимая боль и запах крови. Соленый металлический привкус во рту и треск от разрыва одежды.

В какой-то момент я лишаюсь сил и больше не могу дышать нормально. У меня подгибаются ноги, и я валюсь коленями на грязный снег.

Что с братом не знаю, но именно сейчас моя душа освобождается от затаенной злости на Амира. Я прощаю его и, надеюсь, увидеть снова.

Вдалеке слышится лязг колес по асфальту. Будто бы не одна машина, а несколько. Я почти лежу на земле, и она вибрирует от нарастающего топота. К хриплым голосам охранников прибавляются новые.

Кто-то буквально срывает с меня наемников. Делаю попытку еще раз вздохнуть. Мои веки становятся слишком тяжелые и закрываются…

— Подъем! — я получаю снежком в лицо. — Как ты? Живой? — склоняется надо мной Амир.

— Порядок.

Я все еще возле особняка Золотова. Вместо охранников в костюмах выстроились другие люди. Я бы мог предположить, что они бойцы из отряда ГРУ судя по специальной одежде и балаклавах, скрывающих лица, если не знал их тесного знакомства с Амиром Лютольфом.