Чтение онлайн

Я так дерзко отвечала ему. Прямым взглядом в глаза смотреть не боялась. Как вообще возможно такое?

Его бездушный взгляд внушает ужас. Его мощное, проработанное тело могло по той самой стенке, к которой он прижимал меня, просто размазать. Его сильные руки, которыми он, сначала грубо, потом едва ли не бережно обнимал. А ведь мог с лёгкостью прихлопнуть меня.

Он был пьян. Может, и вовсе Руслан меня перепутал с кем-то?

Да нет!

Руслан явно не до такой степени был пьян. От него пахло алкоголем и дорогими сигаретами, но запах не вызывал у меня отвращения, напротив, дурманил, заставлял потерять голову.

Он целовал меня.

Зачем?

Я же так отчётливо видела ненависть в его взгляде. Ненависть, презрение, злость.

Откуда во мне столько смелости, столько дерзости было откуда?

Я двинулась, не иначе.
– От собственных размышлений мне становится нехорошо.

Мышка рычала на льва. С вызовом смотрела, усмехалась. — Дура!

А если бы он ответил? Если бы посчитал мой выпад — к тому же не один — за оскорбление.

Он же просто махом руки голову с плеч снести мне мог.

“Вспышка”

Мы с Костей подходим к барной стойке, он заказывает нам по коктейлю. Я прошу безалкогольный, — Костя едва заметно морщит нос.

Я отворачиваюсь на какое-то время, смотрю в сторону танцпола, на танцующих людей. Повернувшись, улавливаю как Морозов, всего на мгновение над моим бокалом руку задержал — показалось. — Подумала я.

Потом музыка и танцы.

Ритмы музыки управляли мной, качали на своих волнах. Костя несколько раз подходил непозволительно близко. Немного более откровенней. Чем следовало бы: он касался едва ли не каждого изгиба моего тела. Он задевал грудь, попу.

Я не чувствовала никакого возбуждения. Ничего, кроме лёгкости. Но не это меня насторожило сейчас. Я не была против. Я позволила. Да, отошла в сторону, но даже замечание ему не сделала. Напротив, искренне улыбнулась парню.

Это воспоминание заставляет меня уже окончательно прийти в себя.

Выключив воду, встаю на непослушные ноги, что так и норовят снова подогнуться, но я справляюсь. Выпрямившись, тянусь за полотенцем. Укутываюсь в него, выбираюсь из ванной, ногами становлюсь на мягкий коврик.

Время позднее, и соседи давно уже спят.

Стараясь сильно не шуметь. Тихо, тихо, на цыпочках, чтобы никого не разбудить, пробираюсь к своей комнате.

Несмотря на то что время уже довольно позднее. Три тридцать ночи — я набираю номер Морозова. К тому же у меня куча пропущенных от него.

– Мирка, слава богу ты…

– Что ты подсыпал мне в бокал? – перебиваю парня резким вопросом.

– Мир, успокойся…

– Я спокойна! – рычу сквозь сомкнутые зубы. Я сейчас очень спокойна, настолько, что, если бы Костя рядом был, не просто бы морду ему расцарапала, хребет бы перегрызла.

– Это «Лаприка»

– Что? – я с дивана чуть не свалилась. Пришлось привстать и сесть поудобнее. – Что за «Лаприка»? Какого хрена, Костя? Ты мне наркоту подсунул?

– Ты ебанулась, что ли? Какую ещё наркоту? Этот препарат вызывает лёгкую эйфорию, и не более. Ну если с дозой не переборщить.

– С дозой всё-таки. – ловлю эту сволочь на слове.

– Остынь, детка. – ярость бушует во мне настолько сильно, что у меня голова идёт кругом. Я не сразу нашла, что ответить на его «детка». – Ты же в последнее время, как белка в колесе. Напряжённая, дёрганая. Я хотел, чтобы ты отдохнула. Расслабилась. От алкоголя ты отказалась, вот я и решил…

– Решил, значит. А что, если бы я после всё же выпила алкоголь?

– Я бы не дал тебе. Я знаю о последствиях.

– Какой же ты кретин, Морозов.

– Хорошо. Согласен. Я кретин, придурок дебил. Мира, давай не будем с тобой ругаться. Лучше скажи, что тебе Кай сделал? – от упоминания про Акиева, по коже снова пронёсся озноб. – Я волновался за тебя.

Я была в жуткой растерянности. Костя только что признался мне в том, что подсыпал мне запрещённый препарат, и, судя по тому, как он спокойно съехал с темы, он действительно не видит в этом ничего особенного.

– Расслабилась, я с ним, Костик. Расслабилась!

– В смысле?
– звучит вопрос через паузу.
– Ты хочешь сказать… – голос парня стал тише. Мне даже на мгновение показалось, что ему больно услышать от меня подобное, но мне сейчас совершенно плевать. Я бросила трубку, а потом и вовсе выключила телефон.

У меня очень сильно разболелась голова. Наверное, это оттого, что слишком много эмоций я пережила за этот вечер. Боль была практически нестерпимой, я хотела выпить обезболивающее, но побоялась, потому что не знала, как оно подействует на меня. Всё-таки «Лаприка», психотропный препарат и продаётся строго по рецепту. Знаю, потому что его принимал сын тёти Розы. У Жени была немного неустойчивая психика, и ему прописывали этот препарат.

Я проспала до самого обеда.

Проснувшись, поняла, что головная боль совсем немного поутихла, но не прошла полностью. Поэтому, сходив в туалет и попив воды, я решила ещё немного полежать, но в итоге снова уснула.

Наверное, я себя переоценила.

Две с половиной недели я работала без выходных. Причём не просто без выходных, в полную смену, наравне с остальными.

Из-за учёбы я работала во второй половине дня, когда наплыв уже не такой большой. Дело в том, что рядом с нашим кафетерием два бизнес-центра, частная контора и налоговая служба, соответственно, по будням отбоя от клиентов нет. Но, как правило, во второй половине дня наплыв клиентов уже не такой большой, нагрузка меньше, и вот за последние две недели я, оказывается дико устала, от этого, и проспала я больше суток.

______

Друзья, я прошу прощения за простой, с продами. Очень много всего навалилось. Экзамены у меня. Комиссия в школу. Первый раз в первый класс, и мы как слепые котята. Плюс у меня сломался ноутбук, и я, привыкаю к новой технике.

Пока ещё немного, буду плавать с продами, но постараюсь такого большого перерыва больше не делать.

15 Глава

15 лава

– Мирослава. Столики угловые не забудь протереть. – едва ли не рычит на меня администратор.

– Хорошо, Тая. – спокойно отвечаю, немного страшась, что она вновь взорвётся.

У нашего главного админа, очевидно, пмс, поэтому не пытаюсь перечить, тем более говорить о том, что я их уже протирала. Молча, вооружившись тряпкой и спец раствором, иду заново намывать столы.

Рабочий день сегодня короткий. Воскресенье народу не слишком много поэтому мы только до четырёх.

– Мира!

– Да, Алён. – поворачиваюсь к своей новой напарнице лицом, жду пока она подойдёт ближе и скажет что хотела.