Чтение онлайн

— Я ценю твою заботу, Рэйген, но я все же пойду с Элениель.

— Но…

— Я приняла решение, Рэй. Оно не обсуждается.

Сказала — как отрезала. Мужчине оставалось лишь скрестить руки на груди и отвернуться.

Лени спохватилась, словно только что вспомнила, и обернулась к Дагу, который во время этой перепалки был тише воды — ниже травы.

— Прости, что тебе пришлось смотреть на это.

— Все нормально. Я, пожалуй, пойду. Вам нужна помощь в выборе одежды? Могу пройтись с вами по ателье.

Рэй многозначительно кашлянул, Элениель усмехнулась.

— Ну уж нет; никаких мужчин до завтрашнего вечера! А вечером… — ее улыбка стала еще шире, — приготовьтесь подбирать челюсти.

— Не сомневаюсь. Проводишь меня?

***

Сегодня Элениель узнала много полезной информации и, если ее задумка осуществится, вскоре у нее появится материал, с которым можно работать.

Даг- болтун. Веселый, влюбчивый болтун. Подобных сердцеедов она чует за версту, поэтому все его сегодняшние подкаты были очевидны, и даже милы, но бесполезны. Однако глупо прекращать общение с тем, кто знает все и обо всех. Может, сам он и не сплетник, однако женщины, с которыми он спит, наверняка любят почесать языками.

Что ж, посмотрим, каким будет завтрашний вечер. Элениель вошла в комнату, сменила свое красивое платье на мягкий махровый халат до колен, а туфли — на домашние тапочки, и сразу же ощутила громадное облегчение. Она завязала волосы в хвост и посмотрела в зеркало: ничего броского, ничего шикарного, ее истинное лицо. Она видела девушку, только что покинувшую Ичвинстер, которая еще не знала всех гнусностей этого прогнившего, утонувшего в алчности и людских пороках, мире. Только сейчас, глядя на свое отражение, мерцающее при тусклом свете подсвечника, она поняла насколько устала. Устала притворяться той, кого видели окружающие, чья личина потихоньку начинает врастать в ее плоть и душу, грозясь навсегда уничтожить ее истинное я. Или это уже произошло?

Нужно срочно освежиться. Она тихонько выскользнула из комнаты и направилась в ванную, но прежде, чем она успела коснуться дверной ручки, ее схватили за локоть и резко дернули назад. Не успела она опомниться, как оказалась в комнате Рэя прижатая спиной к двери. Его правая рука упиралась в дверь на уровне ее головы, что заставило ее почувствовать себя в западне. Взгляд золотисто-карих глаз, сверкавших даже в полумраке, царившем в комнате, пригвоздил ее к месту не хуже, чем если бы он держал кинжал у ее горла.

— Веселишься? По-твоему, это весело?

Его голос, больше похожий на рык, чем на слова, вызвал у нее мурашки. В нем было столько гнева, что она буквально ощущала его своей кожей.

— Я не понимаю…

— Ты думаешь, что можешь появиться неизвестно откуда, снюхаться с Тришей, обещать ей помощь, а потом забыть об этом? — Рэй стукнул кулаком в дверь. — Шляться по барам, флиртовать с мужиками — это тебе, а что остается ей? Слезы? Разбитые надежды и лавина разочарования в новообретенной подруге?

Да что это с ней? Тело словно оцепенело. Она могла лишь смотреть, как парень убивает ее взглядом, как он с раздражением шевелит желваками, и гадать: ударит или нет?

— Что ты молчишь? Так я и думал. Ты просто использовала ее, хотя я пока не пойму, как именно и для чего.

Элениель потихоньку начала приходить в себя. Оттолкнув парня, она с размаха заехала ему кулаком по челюсти, ощутив, при этом, легкое удовлетворение.

— Не смей даже мысли допускать, что знаешь меня. Единственный, кто на самом деле виноват в подавленности Триши — ты сам. Ты навис над ней, как гора, не даешь ей сделать ни глотка свежего воздуха!

— Это ты-то свежий воздух? — парень потер ушибленную челюсть.

— На данный момент! Чего ты боишься, Рэй? Что без твоей навязчивости она начнет вспоминать что-то, что ты хочешь от нее скрыть? А насчет меня лучше помалкивай! Ты и понятия не имеешь, что происходило в моей жизни до встречи с Тришей!

— Мне на это плевать!

— Черта с два! Ты бы тогда не заводил все эти разговоры! Не знаю, какая у тебя проблема с элларами, но это не дает тебе никакого права вешать на меня их прегрешения!

У меня своих вот сколько! — Лени провела невидимую черту над своей головой. — Я натерпелась столько дерьма от людей, что меня уже мало, чем можно удивить, так что же мне теперь, и тебя возненавидеть? Или Тришу? А может, Дага?

Рэй молчал. Элениель поправила пояс на халате, и уже собиралась выйти, как услышала вопрос:

— Кто ты такая?

— Ой, Рэй, не надо, не лезь в это. Правда тебе не понравится, — не поворачиваясь, предупредила она его, и бесшумно выскользнула из комнаты.

— Ой, я, кажется, платье испачкала!

Триша переступила очередную лужу и отошла на более или менее сухой участок улицы: под козырек какого-то магазина. Повернув юбку так, чтобы рассмотреть ее сзади, она расстроено покачала головой.

— Ты только взгляни на это пятно! Честное слово, Элениель, я его выстираю, вот только как мне ходить по городу в таком виде? — Триша посмотрела на девушку, на ее серебристо серое с черным подолом платье, и надула губы. — На тебе-то ни пятнышка…

Лени самодовольно улыбнулась и посмотрела на синее, с переливом, платье Триши.

— Не преувеличивай. Ты лишь слегка заляпала подол!

— Но ведь оно твое… — Триша опустила глаза, — и я так небрежно к нему отнеслась…

— Просто ужас, Триша, кто ж тебя так закомплексовал? Ничего страшного, поняла? — Триша неуверенно кивнула.

Элениель осмотрела окрестность: главная дорога, проходящая через весь город, и от которой разветвлялись остальные улочки, была полностью размыта. Не последнюю роль здесь сыграли каретные экипажи и промышленные повозки, с утра до вечера снующие друг за другом. Вся эта суета превратила не успевший полностью растаять снег в серую кашу, противно чавкающую под ногами, которую невозможно было обойти, только перелететь…

Вдоль дороги тянулись двухэтажные дома из красного кирпича, крыши которых были покрыты темно-зеленой черепицей. Выглядело это очень мило, даже уютно, но вот люди… Возможно, всему виной погода, но за то время, что они здесь были: девушка не увидела ни одного нарядного человека! Кроме дам с глубоким, несмотря на прохладный ветерок, декольте и вызывающим макияжем, но их, пожалуй, во внимание брать не стоит. У женщин были ужасные прически и пальтишка под цвет размытому снегу, а на лицах — выражение смертельной усталости, будто их жизнь настолько наскучила им, что каждый день был пыткой. Они были абсолютно серыми, волосы у большинства зализывались назад и собирались в хвост. Лени неосознанно поразилась: с кем же приходится спать Дагу, чтобы утолить свои мужские потребности?!