Чтение онлайн

— Я помню лишь его лицо. Немного. Имя и фамилия будто стерлись из памяти из-за ненадобности.

И это было правдой.

Высокий мальчишка из класса старше любил ловить меня на переменах, специально спускаясь к нам на этаж, чтобы пройтись там, заглянуть в каждый кабинет и найти мою светлую макушку. Точнее, мои толстые щеки, за которые он мог меня потискать против моей воли. Своенравный был, преподавателей не уважал, а сам строил из себя крутого мальчика, которого все боятся. Хотя не так. Боялись его отца, у которого влияния было больше, чем у директора школы. Он был крупным спонсором, всегда появлялся на важных мероприятиях и представлял своего сына, как повод для гордости.

И…

Стоп.

Отцом был знакомый мне мужчина, которого я видела лишь раз в году первого сентября, выступающего перед студентами с мотивационной речью. Наш директор и по совместительству – отец Чернова.

— Вспомнила что-то? — Валя заметила мой напуганный вид.

— Олег. Его звали Олег.

— Боже, Чернов что ли? — Сотникова ахнула, пока я пыталась осознать правда ли это или просто мое бешеное воображение, не поддающееся объяснению. И нет, я помню точно, как молодо выглядел этот мужчина, а потом меня перевели в другую школу, где я закончила одиннадцать классов и поступила в самый лучший университет города.

— Вот почему он назвал меня свиньей. Он и тогда называл меня также. Олег еще тогда сразу понял, кто я.

— А как он узнал? Тебе не кажется это странным? Вы же столкнулись в холле впервые, — Валя задумчиво приложила палец к губам, наверняка продумывая странный план. Не мог же Чернов следить за мной намеренно? Хотя мне порой казалось, что у него крыша поехала на том фоне, что он постоянно цепляется именно ко мне. Делает это специально, чтобы надавить побольнее и окончательно сломить мой дух.

Все еще ведет себя как ребенок.

— Я посмотрю дома альбом. Возможно найду там что-то полезное, — устало вздохнув, напоследок заглянула в зеркало, отметив, что Сотникова отлично справилась с задачей аккуратно оттереть черные круги под глазами и воссоздала милый образ. Только вот лопнувшие капилляры говорили все за меня, а припухший мешочек добавлял мне измученного вида.

— Пошли вместе.

— Зайдем в магазин? Я куплю папе тортик.

— Конечно! Возьмем самый лучший!

Мы весело посидели за столом. Сотникова присоединилась к нам, поздравила папу с днем рождения и умудрилась прикупить ему какой-то полезный подарок для работы, отчего он просиял, как яркое летнее солнце.

Когда за окном стихла пурга, которая накатила сразу, как только мы переступили порог моего дома, Валя поехала домой к родителям, ведь уже стемнело, а подруге было необходимо выполнить домашнее задание. Я же сначала решила проверить старые школьные альбомы, надеясь, что смогу найти там Чернова.

Почему я забыла его имя и фамилию?

Настолько сильно подкосили меня его тупые шутки о моей внешности, о том, как гадко он смеялся, изображая из себя взрослого мальчишку, когда мог дернуть меня за косы, подложить мне на стул кожуру от банана, налить туда прозрачного клея и нарисовать мне на лице усы не смывающимся маркером. Эти моменты остро воткнулись в мое сознание, как только я начала вспоминать что-то о Чернове и о его проделках.

Это были первые классы. И мучиться мне пришлось вплоть до третьего, пока родители не приняли решение меня перевести, а я уже сдалась под гнетом Олега и рассказала им о том, как надо мной издевался один мальчик. Тогда он был мне противен до такой степени, что я готова была выжечь его имя на своем сознании, чтобы проклинать всю оставшуюся жизнь. Но со временем залечиваются даже самые страшные раны. Боль и обида покинули меня, а я влилась в учебу, напрочь прекратив забивать себе голову чужим мнением и их несмешными шутками.

Они просто не понимали, каково мне жить с этим.

На глаза мне попались фотографии с какого-то концерта, где меня принарядили в красную шапочку с милой корзинкой наперевес. И я зацепилась за высокую фигуру позади. Он стоял на сцене, пока родители фотографировали меня, сидящей перед ними на небольшом стульчике и улыбалась.

Я пригляделась, чтобы понять, он ли это. Но это определенно был Олег. Уже тогда он был выше всех, темноволосым, с яркими голубыми глазами, так сильно выделяющимся на фоне его бледной кожи. И это недовольная физиономия мне знакома.

— Вот же черт мелкий. Это и правда был он. Ему в школе было мало?

Я почти проткнула ногтем его маленькую голову на фоне, но решила не портить память, которая была дорога моим родителям. Стиснув зубы, захлопнула альбом и убрала его на полку с остальными книгами, которые я доставала крайне редко.

Теперь все встало на свои места.

Но одно я не понимала: почему же он решил извиниться только сейчас? Может его совесть съела изнутри, когда Чернов увидел меня придавленной Никитой? Будь он неладен. И во всем виноват сам Олег изначально. Если бы не его друзья, которым явно было забавно шутить надо мной, используя давно знакомую тактику, которая помогла бы им выбить из меня остатки терпения, то ничего бы этого не было.

Он.

Сам.

Виноват.

Отчего же мое сердце заныло, вспоминая, с каким выражением лица он смотрел на меня, пока просил прощение? Было ли это искренне?

11глава

Настоящее время

Родители привезли меня домой, помогли раздеться и уложить Аню в новую кроватку. Такую маленькую, круглой формы, украсив ее милыми подушками по бокам и накинув сверху полупрозрачную ткань, сквозь которую не проникали навязчивые лучи солнца, так норовя коснуться носика малышки.

— Идем, поешь и отдохнешь, пока она спит, — мама подхватила меня за плечи, шепча на ухо. Я повиновалась ее воле, отбросив все страхи. Аня казалась мне бэби-боном, как в детстве, так тихо сопящей, только настолько настоящей, что захватывало дух.

Мы пришли на кухню. Внутри все пропахло маминой выпечкой и вкусно приготовленной едой. Папа пристроился ближе к выходу, чтобы услышать, если вдруг внучка проснется, а Валя села сбоку возле меня, крепко обнимая за шею. Мы не виделись столько времени в реальности, что я и забыла, каково это обниматься и чувствовать родное тепло.

— Ну что, как на личном фронте? — спросила я.

— Ой, лучше не спрашивай, — отмахнулась подруга. — То идиоты, то заядлые ботаники, от которых мне плохо. Не могу найти золотую середину.

— Тебе всегда было трудно с выбором парня.

— Что правда, то правда. Кстати, я видела недавно Чернова в магазине, с Диной, — про нашу одногруппницу она добавила не сразу, отмерив пару секунд, чтобы все же произнести ее имя. А внутри меня начала бушевать буря, накатывали старые залежавшиеся эмоции, что до этого едва теплились. Все мои надежды на совместное будущее с Олегом рухнули в один миг.