Догмат и мистика в Православии, Католичестве и Протестантстве
Шрифт:
(37, 23–27. Ср. 11, 17–20:36, 24–28).
Пророки рисуют в самых сильных чертах будущее торжество Израиля над народами, описывают восстановление Иерусалима и царства Израильского, описывают будущее богатство, благополучие и пр. Однако эти черты не поглощают всего их внимания; мало того, эти черты больше говорят о начале царства, а не о его существе. Но лишь только пророки переходят к описанию того, как и чем будет наслаждаться Израиль в будущем царстве, сразу же в их речах выступает в качестве главной, основной черты этого царства его святость, Богоугодность, свобода от всякого греха. Мессия чрез то самое, что Он освободит народ из плена, даст ему возможность жить свято и в общении с Богом. Тяжело, конечно, было чужеземное рабство, тяжела вся вообще бедственность жизни, но главный гнет, давивший нравственное сознание истинного Израиля, был {71} все-таки грех. Потому и избавление от него было главным содержанием понятия о спасении.
Эта основная мысль пророчества замечательно ясно выражается на рубеже двух Заветов отцом Иоанна Крестителя, священником Захариею. «Благословен Господь Бог Израилев, что посетил народ Свой, и сотворил избавление ему; и воздвиг рог спасения нам в дому Давида, отрока Своего, как возвестил устами бывших от века святых пророков Своих, что спасет нас от врагов наших и от руки всех ненавидящих нас, сотворит милость с отцами нашими, и помянет святой завет Свой, клятву, которою клялся Он Аврааму, отцу нашему, дать нам небоязненно, по избавлении от руки врагов наших, служить Ему к святости и правде пред Ним, во все дни жизни нашей». Поэтому и призвание новорожденного Предтечи будет
«дать уразуметь народу Божию спасение»
именно
«в прощении грехов»
; целью же
«посещения Востока свыше»
будет
«просветить сидящих во тьме и сени смертной, направить ноги наши на путь мира»
(Лк. 1, 68–75, 77–79).
{72}
Учение о спасении Нового Завета
Приходит наконец время родиться Самому Востоку свыше. Ангел является во сне Иосифу и повелевает ему назвать рождающегося Младенца Иисусом.
«Ибо
, — говорит ангел, —
Он спасет людей Своих от грехов их»
(Мф. 1, 21). В этом спасении от грехов полагал Свое призвание и Сам Господь Иисус Христос.
«Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я упокою вас»
. В чине пострижения прибавляется: «обремененные грехами», и эта прибавка вполне оправдывается дальнейшим ходом речи. В чем состоит предлагаемое Христом упокоение?
«Возьмите иго Мое на себя, и научитесь от Меня: ибо Я кроток и смирен сердцем: и найдете покой душам вашим»
(Мф. 11, 28–29). Покой, спасение — в перемене нравов. Верный Своему призванию «взыскать и спасти погибшее», Сын Человеческий приходит в дом Закхея и говорит:
«ныне пришло спасение дому сему, потому что и он
(Закхей)
сын Авраама»
. Слова же! эти сказаны были в ответ на восклицание| Закхея:
«Господи, половину имения моего отдам нищим и, если кого обидел, воздам
{73}
вчетверо»
(Лк. 19, 10, 9, 8). Мытарь, сребролюбец по самому своему положению вдруг разрешается от уз своей страсти. Господь и называет это спасением.
Св. апостол Петр убеждает своих читателей благодушно переносить все скорби здешней жизни, чтобы
«достигнуть, наконец, верою спасения душ»
.
«По примеру призвавшего вас Святого, и сами будьте святы во всех поступках… зная, что не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной от отцов, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого агнца»
(1 Пет. 1, 9, 15, 18–19).
Св. апостол Павел так описывает спасение, совершенное Иисусом Христом: явившаяся благодать Божия потому и
«спасительна всем человекам»
, что
«научает нас, чтобы мы, отвергнув нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благо-честно жили в нынешнем веке»
. В этом и цель, и смысл дела, совершенного для нас Иисусом Христом, так как
«Он дал Себя за нас
(для того именно),
чтобы избавить нас от всякого беззакония и очистить Себе народ особенный, ревностный к добрым делам»
{74} (Тит. 2, 11–12, 14), чтобы
«избавить нас от настоящего лукавого века»
(Гал. 1, 4). Спасение состоит в том, что Бог
«избавил нас от власти тьмы»
; а тьма эта была наше отчуждение от Бога и греховная жизнь. «По расположению к злым делам», мы были враждебно настроены против Бога и «отчуждены» этим от Него (себялюбцу всякий, кто полагает предел его хотению, представляется врагом).
«Ныне Бог примирил нас… чтобы представить нас святыми, и непорочными, и неповинными пред Собою»
. Но все это, конечно, под тем непременным условием, если мы пребываем в своем призвании:
«Если только пребываете тверды и непоколебимы в вере и не отпадаете от надежды благовествования, которое вы слышали»
(Кол. 1, 13, 21–23), иначе вражда наша против Бога опять воскреснет.
Главное в вопросе о спасении полагается священными писателями в грехе самом в себе, даже независимо от его последствий. Страдание не есть зло для человека [См. митр. Сергий (Страгородский). Православное учение о Спасении, стр. 156, Казань, 1998. «Если жизненная цель человека не самоуслаждение, неличное счастье, а святость ради Святого Господа, тогда, конечно, и злом в собственном смысле, для него будет не отсутствие личного счастья (понимаемого как удовлетворение похотей сердца и плоти — прим. ред.), не страдание (вызванное неудовлетворенными желаниями — прим. ред.), а отсутствие святости, греховная враждебность по отношению к Богу и Его святому Царству» (Прим. ред.)], злом {75} является грех; от него жаждали избавиться люди Ветхого Завета; свободу от него проповедал Христос с апостолами Своими в Новом Завете.
Учение свв. отцов
Отцы Церкви также понимали спасение, как спасение прежде всего от грехов. «Христос наш, — говорит св. Иустин Мученик, — искупил нас, погруженных в тягчайшие грехи, соделанные нами, чрез Свое распятие на дереве и чрез освящение нас водою и сделал нас домом молитвы и поклонения». «Мы, — говорит св. Иустин, — еще будучи преданы блудодеянию и всякому вообще гнусному делу, совлекли в себе благодатию, дарованною нашим Иисусом по воле Отца Его, все нечистое и злое, во что мы были облечены. На нас восстает диавол, всегда действующий против нас и желающий всех привлечь к себе; но Ангел Божий, т. е. сила Божия, ниспосланная нам чрез Иисуса {76} Христа, запрещает ему, и он удаляется от нас. И мы как будто выхвачены из огня, потому что избавлены и от прежних грехов, и от мучения и пламени, которые готовит нам диавол и все слуги его и от которых опять избавляет нас Иисус Сын Божий». Таким образом, св. Иустин не позабывает и последствий греха, но избавление от них представляется ему последствием спасения, а не его существом и главной целью («опять избавляет»). Сущность же спасения в том, что Господь Иисус Христос даровал нам силу, которою побеждаем прилоги нападающего на нас диавола и пребываем свободными от своих прежних страстей.
«Я, — говорит преп. Ефрем Сирин, — спасся от множества долгов, от легиона грехов, от тяжких уз неправды и от сетей греха. Спасся от лукавых дел, от тайных беззаконий, от скверны растления, от мерзости заблуждений. Восстал я из этой тины, изник из этого рва, вышел из этой тьмы; уврачуй же, Господи, по неложному обетованию Твоему, все немощи, какие видишь во мне». В этих словах преп. Ефрем не только выражает сущность спасения со стороны его {77} содержания, но дает понять и самую форму его, способ, каким оно совершается: оно не есть какое-нибудь внешне-судебное или магическое действие, а развитие, постепенно совершающееся в человеке действием благодати Божией, так что могут быть степени искупления. «Совершенный христианин, — выражает эту же мысль св. отец, — всякую добродетель и все превосходящие природу нашу совершенные плоды духа… производит с услаждением и духовным удовольствием, как естественные и обыкновенные, уже без утомления и легко, не борясь более с греховными страстями, как совершенно искупленный Господом».