Договор на тройню. Вернуть семью
Шрифт:
Я не знаю, как до сих пор у Марата не разорвалось сердце, ибо мое уже давно растерзано в клочья.
Марат снова зарывается в макушки детей, пряча в них свои слезы раскаяния.
Каким же идиотом ты был, Марат… Но мне тебя жаль. И я очень рада, что смогла воспитать в детях сострадание, чтобы они смогли принять тебя, несмотря на все совершенные тобой ошибки.
– И ты меня, прости, Ариш! – Марат обращается ко мне, когда дети убегают расспрашивать Алиночку про полицию и прочее. – Прости идиота, кретина полного!
Снова бухается на колени. Обнимает меня за бедра, преданно смотрит в глаза.
– Мне было так больно, Марат… - всхлипываю я. – Так страшно…
– Ариш, ну прости! Господи, как мне загладить эту вину, скажи?!
– Просто послушай. Молчи, и не перебивай! Ты отправил меня на аборт. А на узи тройня. Ну как я сразу три души загублю?! Как?! Не смогла сделать. Рожать решила. Одна в Москве. Без денег. Без работы. Без поддержки.
Если бы не мамочка моя, не знаю, как я справилась. Потом беременность. Тройней. У меня живот был настолько огромный, что я всерьез думала, что лопну! А потом кесарево. Сразу три комочка. Слабые родились. Семимесячные. Лекарства им нужны были. Процедуры. Массажи. Я книги писала, без сна и продыха. На донаты детей на ноги ставила в буквальном смысле!
– Почему ко мне не пришла, сразу?!
– Чтобы ты меня послал?! Ведь ты уже послал! На аборт… Хорошо, хоть квартира эта от тебя была. Хотя бы за жилье платить не надо было. Я знала, на что шла, когда принимала решение оставлять детей, не делать аборта. Я знала, что будет чудовищно трудно, но это было только моим решением. Ты свое решение мне озвучил, и беспокоить тебя я не собиралась. Я никогда бы не обратилась к тебе, если бы на той ярмарке ты не встретил нас случайно.
– Хорошо, что я увидел вас. – признается Марат. – Спасибо тебе за то, что не послушала меня, и родила моих детей! Прости, Ариш! Верю, что не сейчас, но со временем, ты сможешь мне это простить. Ведь, сможешь же?!
Глава 84
АРИНА
– Марат Асланович! Не гневитесь только на меня!
Хм… интересно, что это с Анной Петровной? Во-первых, ее рабочий день давно окончен. Обычно по вечерам она не вылезает из своей комнаты, а это вылезла, и еще прервала наши с Маратом разговоры.
– Что еще случилось? – хмурится Марат, и я его понимаю. Этот бесконечный день никак не закончится, а мы смертельно устали от него.
– Прошу, только в полицию не заявляйте… старая я уже. С артритом. Нельзя мне туда, помру сразу…
– Так, спокойно, Анна Петровна, не верю я, что вы смогли натворить что-то страшное. Не похоже это на вас.
– Это я помогла выкрасть свидетельство о рождении вашей дочери… - кается домработница Марата.
– Но зачем, Анна? – насупливает брови Марат. – Я же доверял вам! Как вы могли пойти на такое?
– Стеву жаль было. – всхлипывает старушка. – Вы ее прогнали, оставили без всего…
– Ой ли… - хмыкает Марат. – Помнится, Стеву вы недолюбливали точно так же как сейчас Арину. Сколько она вам заплатила?
Глаза домработницы бегают в разные стороны.
– Ни сколько! – слишком быстро сообщает она.
– Анна Петровна, - вздыхает Марат, - ну вы же понимаете, что после такого я не могу оставить вас на этой должности. Вы уволены, Анна Петровна!
Старушка обреченно кивает. Жаль ли мне ее? Она третировала меня в самом начале, потом вела себя высокомерно со мной и с детьми, а в итоге, вообще помогла выкрать свидетельство о рождении Алины, тем самым поспособствовав ее похищению. Так что нет, не жаль. Марат принял совершенно верное решение!
– Только в полицию не заявляйте, - молитвенно складывает руки на груди Анна Петровна.
Марат кивает, она поспешно удаляется от нас к себе в комнату.
– Как думаешь, почему она призналась? – задумчиво спрашиваю я.
– Чтобы в полицию ее не сдали, - жмет плечами Марат. – Индульгенцию себе таким образом выпрашивает.
– И что ты думаешь? Заявишь на нее?
– Знаешь, Ариш, я сразу подумал, что свидетельство о рождении Алиночки пропало не зря. Кто-то из домашних его спер. Ты и дети были вне подозрений. Оставалась Анна. У нее был доступ к сейфу, потому что я доверял ей, как собственной бабушке. А она…
– Ладно, Марат, не расстраивайся. Бог ей судья!
– Я тоже так думаю.
***
Очная ставка со Стевой.
Не знаю, зачем она нужна, ну раз Марат просит, то поеду с ним. Возможно, ему со мной легче. Возможно ему нужна поддержка.
В переговорной мы с Маратом, и следователь. Стеву приводят в наручниках. Сажают напротив нас. Ее охраняет полицейский с оружием, как особо буйную.
На Стеву смотреть страшно: два месяца в СИЗО, и ничего не осталось от напускной красоты и лоска: наращенные ресницы выпали, оставив глаза лысыми, брови, без коррекции и ламинирования распались на неровные кустики, губы немного сдулись, что, кстати, пошло ей только на пользу. Не осталось того самого комичного эффекта «уточки». Волосы ее рыжие потускнели, превратились в паклю. Километровые ногти изрослись естественным образом и были срезаны под ноль. В общем, от было «красоты» не осталось и следа. А главное, потухли ее глаза. Сделались безжизненными, блекло-серыми.
Следователь начинает вести допрос. Расспрашивает ее о подготовке к покушению, о ее подельниках, и прочем. Она отвечает на все вопросы без утайки. Наверно думает, что это поможет ей уменьшить срок.
В конце следователь дает возможность пообщаться нам с ней.
– Стев, одного не пойму. – начинает Марат. – Ответь мне, зачем ты вообще затеяла все это с яйцеклеткой, суррогатным материнством, а главное, выбрала в доноры сестру-близнеца Арины?
– Не логично получается, Стев, - подхватываю вопрос я. – Меня ты ненавидела, подставила, оговорила, но выбрала яйцеклетку для ребенка с моим ДНК?!
– Хотите знать? – хмыкает Стева, - Ладно, черт с вами, слушайте!
Оказывается, Стева познакомилась с Мариной намного раньше, чем со мной. Тусовщицы, шмоточницы, любительницы дорогих брендов, и больших денег быстро сдружились на основе общих интересов. Вместе они ходили по клубам, цепляли мужиков, разводили их на деньги. Так у Стевы появились первые деньги, и она тут же побежала увеличивать губы.
Стева, как и мы с Мариной, из деревни, но в отчие от меня, свою деревню она ненавидела, и всеми силами пыталась туда не вернуться.
Поэтому, когда я вернулась с собеседования, на котором меня взяли в качестве прислуги на праздник в доме Марата, у Стевы в голове родился план.
Но для его осуществления ей была нужна Марина! В день икс они хотели просто подпоить меня снотворным, чтобы я не проснулась, Марина прикинулась бы мной, и они вдвоем обнесли бы дом Марата. На то, чтобы соблазнить его, у девушек просто не хватило фантазии.
На этом моменте разговора гляжу на Марата. Ничего, ему полезно будет послушать про ту, с которой жил целых пять лет.