Чтение онлайн

? А-а-а-а! Чем ни обернись, не выйдешь оттуда. / Ну и представьте, почтенная публика, / вот двери в Нараку пред вами раскрылись. / Что делать бы стали? Вошли бы вы внутрь? / А ведь правительство, мужи ученые, / интеллигенция, прочие люди, / у кого и кровь, и слезы имеются, / не должны это оставлять без внимания. / Как говорилось когда-то в Эдо / в старом сэнрю [29] , мол, даже под арестом, / когда пьешь лекарства, будь осторожен! (Примечание: «Даже под арестом не теряй бдительности, принимая лекарства» — «Янагидару» [30] ). / Даже теперь в современном мире / при Прогрессе Науки и Знаний Научных / до сих пор повсеместно не могут / изучать мозг и дух человека. / Потому никто и не понимает. / Нет способа четко отличить настоящих / от ненастоящих умалишенных. / Психиатры берут медицину телесную, / диагнозы и лечение оттуда заимствуют. / Везде выстраивают больницы психические / за высокими стенами, на тюрьмы похожие. / Орудия и образцы в ряд выстраивают, / гордятся лекарствами и сочинениями. / Конечно, из этого Ад и рождается, / и с этим бороться — наша обязанность. / Только увидишь больницу психическую, / сразу сломай ее стены ужасные! Скарака, тякопоко, тякарака, тякапоко, тякапоко, тякапоко, тякапоко, тякапоко.

9

? Тятярака, покопоко, скарака, покопоко. Чтобы таких якобы клиник, / адов сумасшедших, не появлялось, / есть один способ, верный и правильный, / но требует он огромных усилий. / Где-нибудь в месте с хорошим климатом / дайте-ка мне островок отдаленный, / но чтобы туда легко добираться. / Еще миллионов десять иен выдайте. / И я совершенно новую выстрою / психиатрическую больницу! / И пристрою к ней лабораторию. / И начну проводить там исследования. / Буду бесплатно принимать сумасшедших, / чтобы никакого ада не возникало. / Стану устраивать эксперименты / по лечению больных свободному. / Мой наиновейший метод! / Вот это — истинная психиатрия! / Истинный, верный способ лечения / умалишенных и сумасшедших / без кандалов и рубашек смирительных, / без железных и каменных ящиков. / Я соберу в пространстве свободном / наиразнообразнейших сумасшедших / и буду с ними обращаться естественно. / В чем заключается суть лечения / сумасшедших несчастных свободным методом. / Огромное пастбище для нездоровых! / Рай умалишенных, обитель Амиды [31] ! / Первая и в мире единственная / психиатрическая больница такая! / Конечно, любой приехать сможет / и посмотреть на это зрелище! / Пока не начнем, даже не представляю, / насколько чудесное сделал открытие! / Скарака, тякапоко, скарака, тякапоко, тякапоко.

? А-а-а-а! Насколько чудесное сделал открытие. / Когда-нибудь я его обнародую / и главные принципы моей теории / о сумасшедших и их болезнях, / которые еще ни один ученый / не знает, но запросто сможет понять, / такие они простые и легкие! / На этом острове я их опробую. / Тогда будет возможным ставить / диагнозы и подбирать лечение / болезней психических. Ну а пока что / не знаем мы, ни как предотвратить их, / ни уж тем более как их все вылечить! / И тогда Японская Раса станет / величайшей расой на всем белом свете, / а Япония сделается наипервейшей / страной во всем мире и в целой Вселенной. / Главнейшей в области психиатрии! / Таково мое желание тайное. Тякапоко, тякапоко…

? А-а-а-а! Таково мое желание тайное. / Но пока мне нужно достать кучу денег — / целых десять миллионов иен. / Я продал все, что сам унаследовал. / Все поля и все луга, мне доставшиеся. / Все вклады и все облигации. / Даже фундоси [32] превратил в монету, / но собрана все равно половина. / Так что я обратился к правительству. / И к вам тоже, почтенная публика, / я обращаюсь с просьбой горячей! / Хоть пять ринов, хоть сэн, хоть соломинку дайте / от души на мои исследования новые! / Прошу вас о помощи, всему я рад буду. / Земной вам поклон за монетку мельчайшую! Тякапоко, тякапоко…

? А-а-а-а! Земной вам поклон за монетку малейшую! / Так говорит бонза бродячий, / явно один из сумасшедших. / Выглядит странно, ведет себя странно, / не уступает обычным нищим. / Суму раскрыл у края дороги, / песни горланит, известия разные, / при свете дня по рыбе выстукивает. / Явно эксцентрик, совсем ненормальный. / Просит аж десять миллионов в иенах / на исследование душевных болезней, / никому не ведомых, никому не знакомых, / глазу невидимых, уху неслышимых. / А еще говорит вещи абсурдные. / Да и бонза ли он вообще-то? / Надо ль давать ему подаяние? / А не обманет ли он нас случайно? / Вижу и знаю, что вы так думаете. / И это вполне разумное мнение. / Скарака, тякапоко, скарака, тякапоко! / Уж извините, прошу я прощения, / головой своей горестно в землю уткнувшись. Тякапоко, тякапоко.

? А-а-а-а! Головой своей горестно в землю уткнувшись. / Головой пустой — одно скарака, / как же я денег соберу достаточно? / Как же найду себе я помощников, / просто стуча в деревянную рыбу, / если меня никто слушать не будет? / Лишь опозорюсь средь бела дня. / Всему виной только Ад умалишенных, / мрачное чрево Цивилизации, / бездонный ад варварства и жестокости. / Ни кистью, ни словом его не опишешь, / а уж тем более в рыбу постукивая. / Жестокость, мучения, пытки, страдания / до края ад тот собою наполнили. / Потому я немного сам тронулся / и не в силах это просто оставить. / Возможно, планида моя такова! / Первым делом, чтоб помогать сумасшедшим, / чтобы мой план драгоценный исполнить / и вылечивать их бесплатно / в огромной лечебнице на дальнем острове, / деньги нужны, еще много денег. / Вам же, дражайшая, бесценная публика, / я обещаю, что ни рина малейшего / не потрачу зря из ваших пожертвований! / Простите за облик нищего бонзы, / который глаза мусолит нещадно. / В знак извинения хочу подарить вам / печатные книжки моего сочинения — / об Аде умалишенных проповедь. / Берите даром те, кому надо. / Денег все это никаких не стоит. / Возьмите с собой, дома перечитайте. / А если слова мои правдой покажутся / и кто-то захочет средства пожертвовать / или узнать обо мне побольше, / о моих исследованиях и приключениях, / о том, как надо спасти сумасшедших, / и о путешествиях моих по миру, / а также если узнать захотите / об умалишенных, что рядом ходят, / о проклятиях рода, о прочих ужасах, / о духах и призраках, что с ума сводят, / то я могу перед толпой выступить, / устроить об этом вам представление. / Если не трудно, то вы напишите / по адресу, который на последней странице, / и для человека, что там указан, / приложите маленькое пожертвование. / А еще соседям своим расскажите / о том, что в нашем в мире творится. / Так человечество быстрей узнает / все об Аде умалишенных, / о современной Цивилизации / и о кошмарных больницах психических. / И сможем мы вместе все подготовиться / и снести к черту Ад умалишенных! Тякапоко, тякапоко…

? Правительство тоже молчать не станет, / не сможет вопрос такой игнорировать, / это долг его перед обществом. / На капиталы, мною собранные, / на все пять миллионов с излишком, / выстроит оно больницу бесплатную, / психическую лечебницу государственную, / куда будем задаром принимать сумасшедших, / и я надеюсь, их станет меньше! Тякапоко, тякапоко…

? Несчастные, бедные сумасшедшие! / Миром забыты, всеми забыты! / Страдают, не зная, что есть безумие. / Но теперь-то они непременно спасутся! / Покотяка, покотяка!

? И когда мой способ лечения, / разработанный в этой новой больнице, / станет известен по всему миру, / ни один сумасшедший без исключения / не скончается больше в страшных мучениях. / Не будут его пытать, издеваться! / О, какой Рай тогда настанет! / Покопоко, тякатяка…

? А-а-а-а! О, какой Рай тогда настанет! / И тогда вы, почтенная публика, / меня благодарить за это приметесь. / Скажете: «Что за работа чудесная, / достойная всяческого восхищения!» / Смело встанете рядом / и будете меня, несомненно, поддерживать, / пока не исчезнут к чертовой матери / все до единого Ады треклятые! / Чтоб провалились Ады умалишенных! / И если вы мне в этом поможете, / радость моя будет безмерной! Тякатяка, покопоко, покопоко, тякатяка, покопоко… Сутярака, тякапоко. Тятярака, тякапоко.

10

? Сутярака, тякапоко, тятярака, тякапоко. А-а-а-а! Дамы и господа, прошу у вас извинений / за то, что отнял драгоценное время / вашей работы или прогулки / своими песнями непристойными, / глаза намозолил лохмотьями старыми. / Но лишь об одной вещи подумайте: / сколько течет во Вселенной время?! / Миллионы, миллиарды, триллионы лет! / Что в этом сравнении жизнь человека? / Пятьдесят, семьдесят, ну сто даже если? / Все равно что песчинка, все равно что пылинка. / Человек живет, ничего не понимая. / Встречает других, расстается с ними, / и любая дорога ведет его к смерти. / Но сегодня на этом пути я / именно с вами повстречался! / Такова, стало быть, и есть наша планида! / Однако за встречей спешит расставанье. / Так что простите меня, пожалуйста, / если задел чем. Скарака, тякапоко! / Но если потом вы услышите где-то / или в газете, в журнале / иль даже в каком-то романе прочтете / историю о больных умалишенных, / то, почтеннейшая публика, вспомните / эту проповедь — все, что я вам тут рассказывал. / Солнце, луна и звезды когда-то / тоже исчезнут бесповоротно… / И вся культура современная, / что светом своим нас ослепила, / и милосердие, и человечность… / Ведь прожекторы долга и этики / мир до конца осветить не могут. / Да и мы с вами тоже скоро канем / в Аду умалишенных, где мрак кромешный, / который страшнее обычного Ада. / Там нет ни звуков, ни запахов, / одна ужасающая бесконечность. / А на дне — страшное озеро Крови, / бездонное озеро голубое, / над которым бродят огоньки дьявольские. / Это горчайшие стоны страдания / умалишенных, что были вынуждены / без вины на верную, тяжкую смерть отправиться. / Это их стоны и мольбы ужасные. / Как можно к ним безразличным остаться?! / Я вместо нэмбуцу [33] пропел сутру дурацкую, / стуча в деревянную рыбу без такта. / Спасибо за то, что выслушали эту Ерети-и-и-ическую про-о-о-оповедь об А-а-а-а-а-аде умалише-о-о-онных! Благодарю заскучавших!

Письма направлять по адресу:

Беседа с господином Кэйси Масаки, кафедра психиатрии Императорского университета Кюсю.

Несмотря на условия строгой секретности, нам стало известно о строительстве (за главным зданием кафедры психиатрии Императорского университета Кюсю) «Клиники свободного лечения сумасшедших». Оно ведется с марта этого года на средства доктора Масаки, который недавно получил назначение на пост заведующего упомянутой кафедрой. Наш журналист посетил доктора в его кабинете и записал следующее:

Разработанный мною метод свободного лечения, который я применяю в университете Кюсю, наделал много шума как-де оригинальный и неординарный. Но, по правде говоря, я не вижу в нем ни оригинальности, ни, тем паче, неординарности. Более того, я бы даже сказал, что давным-давно, в первобытную эпоху, от которой не осталось ни истории, ни историй, вся наша планета представляла собой клинику свободного лечения, где главным врачом было солнце, медсестрой — атмосфера, а за питание отвечала почва.