Чтение онлайн

Хрунов вышел из кабинета, а у Орлова еще долго оставалось чувство досады на самого себя. Нет, не из-за того, что не согласился с предложениями Хрупова. Здесь он был уверен в том, что поступил правильно. Андрей корил себя за минутную слабость, когда внутри у него шевельнулся червячок сомнения и мелькнула шальная мысль: «Может, чёрт с ним! Назначат или не назначат — разница небольшая. А „корзина“ эта мне не помешала бы!»

Москва. Кремль. Дворец съездов.

Банкетный зал

— Григорий, ты думаешь, мне это все интересно? Смотреть на этих худосочных красавиц, на эти фотомодели, слушать это бормотанье под музыку?

— Да вы что, Михаил Юрьевич! Это же — «Ван Моо», самая клевая группа! Вся молодежь просто балдеет под неё!

— Гриша, я балдеть не собираюсь. Мы встретились здесь, чтобы поговорить. А от этой, с позволенья сказать, музыки да дурацких комментариев ведущих меня начинает тошнить! Вы согласны со мной, Анатолий Алексеевич?

Мужчина лет пятидесяти, на котором в отличие от его собеседников была надета не традиционная рубашка с галстуком и костюм, а водолазка, выпущенная поверх брюк, поморщившись, ответил:

— Я эту хрень тоже не люблю!

Все трое сидели в первом ряду кресел у подиума, который был оборудован в самом центре банкетного зала Кремлевского дворца съездов. Был завершающий день конкурса моделей «Взгляд года», организованного агентством «Ред Старс». Там, где еще совсем недавно проходили партийные съезды и самые важные государственные мероприятия, помпезные слеты и торжественные собрания, теперь фланировали полуобнаженные девицы; за столами восседали холеные, разодетые в пестрые ткани члены жюри; несколько рядов кресел занимали одетые по последней моде дамы в сопровождении мужчин, напоминающих крутых парней из фильма «По прозвищу Зверь» или «новых русских» с повадками уголовников.

— Подождите, скоро все закончится! — Григорий не хотел раньше времени покидать мероприятие. — Сейчас объявят победительниц. Из сорока двух герлух выберут только трех. Они поедут на конкурс в Майами. А эти, — он кивнул на девушек, стоящих у подиума, — будут работать в модельных агентствах. Вам какая телка больше всего понравилась, Михаил Юрьевич? Может, вон та, маленькая? Но ей, говорят, всего четырнадцать лет. Свеженькая! Выбирайте, какая понравилась!

— Да ничего, симпатичная. Но мне нужна постарше.

— Поопытнее?

— Да.

— Купим любую. Только скажите!

Михаил Юрьевич поморщился, как бы демонстрируя своим видом, что ему этот разговор неприятен.

— Григорий, ты не о том думаешь! Скажи, тут есть вообще место, где можно выпить сухого вина и обсудить наши дела?

— Конечно, сейчас идем прямо туда. Не будем дожидаться окончания?

— Нет, мне уже все это надоело. Вам, Анатолий Алексеевич, я вижу, тоже.

— Да, мне это тоже обрыдло!

Они встали и направились прочь от подиума, чем вызвали недоуменные взгляды многочисленных участников шоу.

Через пару минут троица уже сидела в небольшой уютной комнатёнке с низким журнальным столиком. Звуки ритмичной музыки доносились и сюда, но они уже не были такими навязчивыми, как в самом зале. Официантка банкетного зала постелила белоснежную салфетку, поставила перед ними бутылку красного вина, три фужера и замерла в позе, демонстрирующей готовность выполнить любую просьбу уважаемых посетителей.

— Вес, свободна! — Григорий небрежным жестом указал официантке на дверь. Та моментально исчезла.

— Григорий, я предложил встретиться нам всем вместе для того, чтобы обсудить дальнейший план действий. В принципе, всё то, что мы задумали, получается. И неплохо.

— Это вы о чем? — Казалось, Григорий еще не переключился на серьезную волну и не сразу понял, куда клонит Михаил Юрьевич, которого все за глаза называли «боссом».

— Я говорю: то, что мы наметили тогда весной, на даче, в основном выполнено. Правда, была осечка с удостоверениями, но в конечном счете все закончилось благополучно.

— Если б не один козлина! Но мы его уроем!

— Ладно, Гриша, с этим ты справишься без меня.

— Все сделаем!

— Скажи, Григорий, у тебя есть надежный человек на Старой площади? Я имею в виду того, кто реально может помогать нам в расстановке людей.

— Конечно, есть. И в ХОЗУ, и в правовом управлении…

— А в кадрах?

— В кадрах тоже есть один человечек, правда на небольшой должности.

«Босс» помедлил, как бы подбирая слова:

— Сейчас сложилось, как никогда раньше, очень удобное время для того, чтобы внедрить наших людей на важные должности. Нет, не начальников, а их помощников, референтов, секретарш. В аппаратах советников, особенно по вопросам экономики, конверсии, а также в секретариатах заместителей председателя правительства…

— Михаил Юрьевич, вы скажите точно, куда нужно, а мы уж сделаем!

— Вот, Анатолий Алексеевич говорит, что у него есть несколько кандидатов на работу. Молодые ребята, энергичные, хваткие…

Мужчина в водолазке кивнул, а «босс» продолжал:

— Время, я говорю, самое удобное. Бывшую партноменклатуру выкинули, а на ее место пришли демократы, которые поддержали Ельцина в 1991 году. С баррикад, так сказать, в служебные кабинеты. Но одно дело горлопанить на митингах, а другое — управлять страной. И тут выяснилось, что управлять они не умеют. Да еще грызться стали между собой! Возникла ситуация, при которой этих тоже надо гнать, а новых набрать неоткуда! Вот перед Ельциным и стоит выбор: то ли набирать советских, которые ненавидят новую власть и хотят вернуть все назад, то ли брать преданных, но неспособных работать в чиновничьих кабинетах. Что делать, он не знает! Вот тут и придем на помощь мы!

— Да, мы готовы пахать с утра до ночи! — мгновенно среагировал Григорий, — Только не за деревянные, а за реальные баксы!

— Вот-вот, Гриша, это — главное. Новый российский чиновник должен получать неплохую зарплату…

— В баксах! — вставил Григорий.

— Неважно! Главное — другое. У него должна быть собственность, свой бизнес, свой интерес! Тоща он будет чувствовать себя свободным человеком. А работа откроет перед ним широкие возможности для преумножения своего богатства. Вот тоща интересы государства и бизнеса полностью сомкнутся, и мы получим совершенно новое общество, которое будет основано на природном человеческом стремлении иметь собственность — свой дом, свою землю, свое хозяйство…