Доктор Кто против Криккитян
Шрифт:
– Прошу прощения, вы отвечаете за крикет?
Группа игроков на поле во все глаза уставилась на Доктора.
В интересах торжества на поле выволокли небольшую трибуну. Вперед выступил председатель, весь лучащийся от полированных медалек на груди. Рядом с ним крутился судья в щеголеватом пальто. Две команды готовились пожать друг другу руки и махнуть в паб.
Но Доктор сорвал их планы, вскочив на трибуну и возопив:
– Люди Земли, я приветствую вас!
– Шут гороховый! – крикнул кто-то.
Председатель поискал глазами охрану, а потом вспомнил, что находится на матче по крикету, где охрана испокон веку была не нужна.
– Обещаю, что отниму у вас считанные секунды. Я делаю это на благо галактики, а может быть, и всей Вселенной со сложными взаимоотношениями пространства-времени, – продолжал Доктор.
– Позорище! – вылетело из толпы болельщиков.
– Попрошу вас, я не позорище, – возмутился Доктор. – На мне надет галстук! Кто-то может мне рассказать, что здесь происходит?
Капитан команды австралийцев побледнел от такого пренебрежения.
– Ну, приятель… – начал он, а потом остановился, не зная, с чего начать.
– Продолжайте, – ободряюще кивнул Доктор.
Капитан поднял небольшой серебряный кубок.
– Вторая команда победила, я сейчас вручу им приз.
– Очаровательно! И что это за приз?
Над полем повисла ошеломленная пауза.
– Ну, – снова растерялся австралийский капитан, – это и есть Кубок Пепла.
– Чего тут непонятного-то, – пробормотал кто-то в толпе.
– Да, но что этот кубок такое? – не унимался Доктор. – Что у него внутри?
– Эм… пепел, – сказал капитан.
– Да чей пепел-то? – Доктор явно терял терпение.
– Хм, – смутился капитан.
– Выскажите предположение, – поощрил его Доктор.
– Ну…
– Так, ладно. – Доктор оглядел собравшиеся кругом команды. – Кто-нибудь из вас мне скажет, чей в кубке пепел?
Со всех сторон посыпались предположения:
– Проигранной калитки [9] ?
9
В крикете калитка вполне может быть разрушена (в таких случаях говорят – «проиграть калитку»). Порой особо «несчастливые» калитки, разрушающиеся чаще остальных, команда ритуально сжигает.
– Волнистого попугайчика?
– Души крикета?
Оглядев их, Доктор кивнул.
– М-да, кажется, никто из вас никогда не интересовался. Что, ни разу?
Игроки смотрели на него в молчаливом недоумении.
– Да бросьте! Даже поздно ночью, когда никто не видит?
– Крышка приварена, – смущенно пробормотал кто-то.
– Хотите сказать, – продолжил Доктор, – что уж сколько лет пасуете этот трофей то в одну сторону, то в другую – и никто из вас даже не знает, что внутри?
Игроки стали смущенно разглядывать травку под ногами.
– Это, уж извините, попросту ни к чему! – прошипел судья.
– Ну что ж, – хмыкнул Доктор, – у меня есть предложение. Так как вы не знаете, что именно находится внутри кубка, могу ли я поинтересоваться – не одолжите ли вы его мне на время? Ненадолго, обещаю. – Он улыбнулся самой своей очаровательной улыбкой.
– На рентген? – слабо заикнулся кто-то.
– Можно и на рентген. – Доктор пожал плечами. – Этот пепел очень важен. – Судя по всему, впервые за все время он сказал что-то, что пришлось слушателям по душе. – О да, я не шучу! Этот пепел – пожалуй, единственная положительная сторона крикета. – Доктор поморщился. – Более того, – медленно, с расстановкой молвил он, – он весьма и весьма важен для будущего Вселенной.
Даже для бывалых игроков в крикет заявление оказалось слишком уж крутым. Сразу же воцарилась неразбериха из недоумения, негодования и всех прочих эмоций, на какие англичане горазды. Австралийская же команда попросту закатила глаза.
– Ладно, – примирительно поднял руки в воздух Доктор. – Постараюсь действовать так быстро, как только смогу, без шуток. Дайте-ка сюда…
Ко всеобщему удивлению, капитан австралийцев вручил ему кубок. Доктор принял его с превеликой осторожностью, будто то был кусок урановой руды.
– Как вы смеете, сэр? – задохнулся от возмущения судья. Он с нетерпением выжидал сегодняшнего дня, и нате вам – все пошло наперекосяк.
– О, поверьте мне, – задушевно промурлыкал Доктор, – я бы не стал вмешиваться вот так вот беспардонно, но… – тут его голос упал на добрую октаву, – когда я был ребенком, мне рассказывали о них. Кошмарные типы! Мне говорили, что если я буду вести себя не так, как подобает, они придут и заберут меня…
– Прошу прощения! – Судья был столь же сбит с толку, сколь и разгневан. – Вы что, имеете в виду австралийцев?
– Нет. – Доктор указал на небо. – Думаю, сейчас произойдет кое-что ужасное.
Его словам мало кто внял. Посреди торжественной церемонии на поле выбежал этот чудак (в безвкусном галстуке!), отнял Кубок Пепла и принялся всем угрожать – что может быть ужаснее? Поэтому вскоре Доктору пришлось давать веские разъяснения по вопросу парочке краснолицых разгневанных мужчин – те схватили кубок и попытались вырвать трофей из рук Доктора.
– Поверьте мне! – кричал он, отбиваясь и уклоняясь от оплеух. – Я и хотел бы отдать вам эту штуку, но не могу!
И тут Доктор услышал худший звук во Вселенной.
Публика на Лордс-Крикет-Граунд стала освистывать его, усугубляя все хлопками ладош – до жути издевательскими.
– О Господи, – вздохнул Доктор.
Он был даже рад тому, когда роботы-убийцы наконец-то прибыли.
Глава 4
Наконец-то роботы-убийцы
На самом деле, в глубине души, англичане без ума от чудиков. Особенно таких, что срывают крикетные матчи. Но толпе явно чего-то не хватало. Возможно, Доктору стоило раздеться догола и прыгнуть через калитку – вот это было бы достойно удивления.
Несколько человек, обсуждавших, что же будет дальше, запомнили дальнейший ход событий по-разному, каждый – что-то одно.
Кто-то запомнил, как миленький крикетный павильончик вдруг нарисовался будто бы из воздуха и замер в нескольких дюймах над полем, будто не желая приминать траву.
Кто-то – как одиннадцать фигур в безупречно-белой крикетной форме выбрались из этого самого павильона и промаршировали к подиуму. Безупречность тут и впрямь не шла ни в какие ворота: даже биты у этих типов были начищены до слепящего блеска, что уж там говорить о шлемах и всем остальном.