Чтение онлайн

Неведение выступает в качестве ложного представления. Поэтому сводить неведение к помрачению, не являющемуся взглядом, неверно. Выше уже указывалось, что этот взгляд сопровождает помрачение, не являющееся взглядом. Всегда ли? Говорят, что не всегда, так как этот взгляд входит в неведение обладателя клеш, а неведение, не являющееся взглядом, имеется и у святого, не имеющего клеш.

В «Вибханга-Сутре»:

Слово «предел» означает «край» в смысле лесного края, родного края, т. е. это некая сфера, область, существующая в определенных границах. Таким образом, предел предшествующего – прошлое. В комментарии (Васудандху?) говорится: «Что же здесь за незнание предела предшествующего? Не соответствующее [истинному] характеру [сущего] размышление о прошлых санскарах, которые не знают: «Был ли я в прошлое время или не был? Кем я был? Как я был?» [Жамьян Шадба, 2, л. 26]. Аналогично и в отношении будущего. Гунамати в своем комментарии отмечает, что эти два незнания связаны с сомнением, другие считают, что связаны с тремя – помрачением, ложным знанием и сомнением, третьи признают, что имеется в виду недифференцируемое помрачение [Жамьян Шадба, 2, л. 26].

Комментаторы поясняют, что первые тридцать – это объекты, а шесть следующих – либо характеристики неведения в отношении тридцати объектов, либо виды неведения. Помраченность, всепомраченность и вид мрака истолковываются как три степени помраченности, при которых (1) видят объект чуть-чуть как нечто неопределенное, (2) видят еще более неопределенное, (3) вообще ничего не видят, или как три вида незнания – (1) полного невидения [помраченности], (2) ложного видения и (3) сомнения, или как неведение (1) малое, (2) среднее, (3) большое, или как неведение, имеющееся в (1) Мире Бесформенного, (2) Мире Форм и (3) Мире Желаний.

Непонимание, невидение и полное непостижение толкуются как три вида неведения, являющиеся противниками трех видов праджни, возникающих от слушания, обдумывания и созерцания. Поскольку же может отсутствовать первое неведение, а два других имеются, или нет двух первых, но есть третье, то приходят к выводу, что это именно отдельные виды неведения [Жамьян Шадба, 2, л. 27-29].

Тридцать и шесть называют тридцатью шестью видами неведения. Или считают так: в каждом из тридцати по три – помрачение в отношении объекта, ложное знание и сомнение, всего получается девяносто; в каждом из них по три – большое, среднее и малое, всего получается двести семьдесят; в каждом из них по три – противоположности праджни, возникающей благодаря слушанию, обдумыванию и созерцанию, всего получается восемьсот десять видов неведения [Там же, л. 34].

Еще говорят о семи помрачениях – в отношении (1) времени, (2) предмета, (3) перемещения, (4) высшего, (5) истинной сути, (6) полного очищения и (7) явной гордости. Некоторые считают, что они образованы в результате объединения отдельных членов из группы тридцати. Так, первые три – незнание предела предшествующего и т. д. – представляют собой помрачение в отношении времени, следующие три – незнание предела внутреннего и т. д. – помрачение в отношении предмета, три – незнание деяния и т. д. – помрачение в отношении перемещения (по смерти), три – незнание в отношении Будды и т. д. – помрачение в отношении высшего, незнание четырех истин – помрачение в отношении истинной сущности, следующие тринадцать – помрачение в отношении полного очищения, а последнее – помрачение в отношении явной гордости [Жамьян Шадба, 2, л. 39-40]. Такая трактовка имеет смысл, но с известной натяжкой. Поэтому некоторые признают эти семь отдельными видами неведения, или видами всепомраченности, указанной на пятом месте в группе из шести в приведенной выше цитате.

Кроме того, в «Источнике мудрецов» указывается не тридцать, а девятнадцать – первые восемнадцать и последнее [Джанджа, 1988, с. 317]. В отношении первых восемнадцати употребляется термин «незнание», а в отношении следующих двенадцати – термин «непонимание», которое означает скорее неизученность. Но почему тогда к группе восемнадцати присоединяется последний? Виджнянавадины тоже говорят о девятнадцати, добавляя к ним семь указанных отдельно и три – малое, среднее и большое [Жамьян Шадба, 1, л. 6].

Итак, неведение – это помрачение, имеющее много видов. Нельзя сказать, что есть только одно неведение и только одна мудрость ведения. И если на вопрос, считать ли «взгляд на совокупность разрушимого» неведением, не так-то легко, по мнению некоторых, ответить однозначно, то нет сомнения, что неведение все-таки содержит в себе представления, поскольку в Сутре «Праджня-парамита восьмитысячная» сказано:

Неведением здесь является представление дхарм как существующих. Оно называется взглядом, признающим дхармы существующими истинно (bden 'dzin) [72] .

Неведение – не только помрачение, не являющееся взглядом, но и ложный взгляд [Атиша, 2, л. 3]. Первое указывается в определении неведения словом «противоположность», которое означает также несовместимость (mi mthun phyogs), поскольку помрачение несовместимо с ведением, как тьма со светом, а второе – словом «противник», поскольку ложный взгляд приводит к действиям, он активен, как противник.

Это рассмотрение приводит к первому подразделению неведения на два вида: неведение, являющееся ложным взглядом, и неведение, не являющееся взглядом. По мнению наших авторов, это признают такие авторитеты, как Дхарматрата, Дхармакирти, Буддхапалита, Чандракирти, Цзонхава и многие другие. Хотя в связи с неведением и говорили о сомнении, но при данном подразделении не указывается, куда именно оно относится, да и в дальнейшем о нем почти не вспоминают.

А теперь вернемся снова ко «взгляду на совокупность разрушимого», который играет очень важную роль и является предметом дискуссий. Во «Введении в Мадхьямику» Чандракирти пишет, что этот взгляд представляет собой клешную праджню, проявляющуюся в мысли «я», «мое». Этот взгляд – корень, причина клеш. Его объектом является Я, так как «восприятие я» имеет своим объектом Я. При этом «Я» (bdag) – независимо существующая сущность, а «я» (nga) – тот элемент восприятия Я в потоке сознания. Если благодаря исследованию избавляются от этого взгляда, то исчезают все клеши [Чандракирти, 1912, с. 234-235].

Когда хинаянист избавляется от клеш, то у него остается след, отпечаток, привычка клеш. Например, если в одежду было завернуто некое вещество с очень сильным запахом, то хотя бы потом и убрали это вещество, но в одежде остается его запах. Так и здесь. В чем же эта привычка (bag chags) проявляется? Привычка неведения является препятствием к полному познанию познаваемого. Этого нет только у Будды [Там же, с. 393-394]. «Взгляд на совокупность разрушимого» имеет двадцать видов, которые называются взглядами, [признающими] Я (bdag tu lta ba). Это 1) признание скандхи в качестве Я, 2) признание Я обладающим скандхой, 3) признание Я имеющимся в скандхе, 4) признание, что скандха имеется в Я. Если взять эти четыре в отношении каждой скандхи, то получается двадцать. Если добавить еще пять взглядов, признающих Я отличным от скандх, то получается двадцать пять взглядов [Там же, с. 266-267].

Отметим важную деталь: «взглядом на совокупность разрушимого» Чандракирти называет клешную праджню. Что же такое клешная праджня? Это праджня, которая из-за омрачающего действия клеши неведения постигает ложно. Но раньше уже была отвергнута идея, что неведением является слабая или неправильно действующая праджня. Следовательно, такой взгляд не считается неведением, он будет лишь клешей взгляда. Но что же в таком случае представляет собой ложный взгляд? Ответ не дается [73] .