Чтение онлайн

В конце ноября заключенные дошли до централа. Наташа, когда с нее сняли кандалы, разревелась.

«А так бы Егорка шел до Нерчинской каторги, пешком, больше года, наверное», - подумала девушка, - «А если бы я не подбила его на эту агитацию, ничего бы не было».

Увидев Егора, Наташа снова подошла к нему просить прощения.

– Наташа, ты чего? – спросил Егор, - Сколько можно одно и то же мусолить? Я же простил тебя, ты пообещала мне больше никогда не изменять и все, вопрос закрыт.

– Егорка, прости меня за то, что я тебя подбила к незаконной деятельности, - сказала Наташа, - Пожалуйста, прости меня за то, что ты сейчас в централе.

– Прощаю, - сказал Егор, - А ты что, вижу, раскаялась?

– Да, - ответила Наташа, - Больше никогда ничем подобным заниматься не буду.

– Понятно, - сказал Егор, - Впечатлительный ты мой человечек, как ты будешь здесь?

– Буду терпеть, - ответила Наташа и подумала, - «А Егор совсем не считает себя виноватым, не сожалеет ни о чем».

Обнимаясь с мужем, Наташа молилась только об одном: чтобы Егор не предложил ей почувствовать себя снова мужем и женой.

«Я же в борделе заразилась, теперь надо лечиться», - подумала Наташа.

К счастью, Егор не стал предлагать супруге ничего подобного, а Наташа, которая, как человек с медицинским образованием, была отправлена на работу в лазарет, попросила врача:

– Пожалуйста, помогите достать лекарства, срамную болезнь вылечить. Вы же не арестант, вольнонаемный, можете это купить. А я вам деньги отдам.

– И как же ты, фельдшер, подобным заразилась? – спросил девушку врач, - Неужели про российско-американскую мануфактуру* никогда не слышала до этого?

– Слышала и знаю, что это такое, - вздохнула Наташа, - Но не было возможности это купить.

Повздыхав от безалаберности населения, имеющего медицинское образование, и посокрушавшись о том, что среди людей без медицинского образования процент неграмотности в разы выше, врач пообещал Наташе, что через месяц, в крайнем случае, через два, она будет полностью здорова.

Девушка немало обрадовалась этому известию и, позже почувствовав, что она вылечилась, долго благодарила врача.

*презервативы

Также у Наташи постоянно болело сердце за ребенка. Девушка постоянно думала о Тоне и, хоть и понимала, что дочь в надежных руках, скучала без своей дочери. С Егором Наташа виделась не слишком часто, но и не редко. Так как Егор, благодаря своему образованию, тоже работал в лазарете, больше, с лекарствами, чем с людьми, девушка, время от времени, виделась со своим любимым.

«А если бы Егора отправили на Нерчинскую каторгу и вдруг он бы сбежал оттуда, выполняя приказ генерала кукушки, как говорится в народе, он бы мог и в тайге умереть, и в Байкале утонуть, переправляясь через него…» - думала девушка, - «Кто знает, что ему бы в голову взбрело…»

В подобных размышлениях шли недели, месяцы. Встретив Новый год в централе, Наташа с легкой тоской подумала:

«Вот, осталось отсидеть уже всего лишь восемь месяцев, четыре прошло. Долго тянется время, долго… Но я сама виновата, не должна была предлагать Егору заняться революционными делами, а если бы нас на каторгу отправили, и срок был бы несравнимо больше, и потом на поселение бы пришлось остаться в Забайкалье, не разрешили бы сразу вернуться в Калугу».

========== Беспокойная заключенная ==========

Шло время, наступила середина января. Наташа все так же работала в лазарете, Егор занимался лекарствами. Глядя на обстановку вокруг, Наташа, пусть даже скучая по дому, четко осознавала то, что ей неслыханно повезло, что вместо двенадцати лет каторги ее приговорили к году заключения в централе и только иногда просыпающийся внутренний голос, напоминающий, из-за чего и ей был вынесен неожиданный приговор, и Егору он был сменен, заставлял девушку снова переживать, что она могла себе такое позволить, пусть даже и в благих целях.

Так как Егор занимался изготовлением лекарств, то внимание молодого человека привлекли те препараты, которые он до этого никогда не видел в лазарете и которыми лечили определенный круг заболеваний. Это были остатки тех лекарств, которые для Наташи купил в городе врач, и она рассчиталась с ним деньгами со счета, заработанными уже в централе. Так как девушке они больше не были нужны, Наташа решила оставить их в лазарете, вдруг кому-то пригодятся.

– Василий Ильич, а откуда в лазарете взялись препараты от срамных болезней? – спросил Егор врача.

– Для одной женщины покупал, - ответил врач, - Пусть стоят, вдруг еще кому-то пригодится?

– Да, может быть, и пригодится кому-то, - сказал Егор.

– Отнесите их в пятый шкаф, - сказал врач и Егор, взяв бутыльки, пошел относить препараты.

В этот момент Наташа окончила работу с больным и пошла в другое помещение, чтобы немного отдохнуть. Увидев Егора, который ставил в шкаф препараты, и узнав в руках супруга знакомые бутыльки, Наташа побледнела.

«Узнал Егор всю правду, разводиться, наверное, будет», - подумала девушка, - «Я его прекрасно пойму, если он примет такое решение, не буду возражать».

Егор убрал препараты в шкаф и увидел, что Наташа сидит в полушоковом состоянии.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил Егор.

– Егорка, если ты со мной захочешь развестись, я против не буду, - сказала Наташа.

– Наташа, ты зачем опять начинаешь то да потому, - ответил Егор, - Уже обсудили эту тему, сколько можно?

Вдруг в голову молодого человека пришла страшная догадка: а не покупал ли врач эти препараты для его супруги?

«Вот правильно, увидела препараты у меня в руках, подумала, что врач мне все рассказал и снова начала переживать», - подумал Егор, - «Бедная, да что ты пережила…»

Видя, что супруга начинает плакать, Егор сказал:

– Наташа, ты чего расстроилась?

– Ты ведь догадался, для кого врач это покупал, - всхлипывая, сказала девушка, - Теперь не то, чтобы быть вместе, обниматься со мной не захочешь.

– Да, Наташа, догадался, но только после того, как ты начала снова извиняться и плакать, - ответил Егор, - Ты пойми, ну сколько можно уже об этом говорить, да, произошло то, что не хочется вспоминать, так зачем себя мучить этими воспоминаниями? Все, дело прошлое, ты много чего пережила, но давай уже забудем об этом.