Чтение онлайн

Семь кругов назад он послал гонцов для того, чтобы собрать великий совет. В степи началась война между последователями Худжгарха и их противниками. Не все племена поддержали фанатичных поборников старой веры. В них они видели соперников, которые хотели подняться над всеми в пламени религиозной войны. Какими бы они не были противниками Великого хана, но быть на побегушках у новоявленных пророков они не хотели. И те, и свидетели Худжгарха показали свою силу, явив чудеса. Каждый второй из здесь сидящих думал: «Вот, пусть и мерятся между собой своею силой, выясняют, кто более к отцу ближе, а их не трогают». Свидетели даже предпочтительнее, они в первые не лезут, живут на отшибе. Не уничтожают тех, кто не согласен сними. Ревнители старой веры, наоборот жестоки и немилосердно кровожадны и не задумываясь, проливают кровь своих братьев. По степи пошли слухи. Один страшнее другого. Выступившие в поход ревнители веры нападают на кочевья, отбирают скот. вырезают подчистую целые рода. Как несколько племен могут диктовать свою волю остальным? Племена стали роптать. Великий шаман сразу прочувствовал настроения орков и предложил ему, хану созвать великий совет.

– Сразу убьем двух орлов, – сказал он своим скрипучим голосом. – Большинство племен кочевников недовольны усилением оседлых. Племена прежде малоизвестные выходят на первые роли. Остальные пока молчат, но не согласны с этим. В них они видят угрозу своей власти и вольностям. Им нужен только толчок и недовольство выльется наружу. Этим стоит воспользоваться. Главные зачинщики войны за веру в походе, а на остальных можно плюнуть и растереть. Шаман плюнул на кошму и под неодобрительным взглядом хана растер плевок сапогом. – Самое время вбить клин между нашими противниками. Собирай великий совет. Пусть он, а не ты осудит бесчинства ревнителей старой веры.

– Они слышали, что происходит в степи, – подумав ответил хан, – но им нужны будут свидетели, ты, старая змея, сам хорошо об этом знаешь.

– Знаю, – кивнул шаман. – Они у Быр Карама есть. – Шаман кивнул в сторону Правой руки. Ближайший соратник сидел молча, слушая обоих. Увидев направленный на него взгляд хана, кивнул. – Есть, – спокойно ответил он.

– Ну тогда отправляй гонцов, – распорядился хан.

Совет начался как обычно с обильной с трапезы. Чинно сидели муразы и их верховные шаманы. Ели мясо пили гайрат. Постепенно начался ленивый разговор. – Вы слышали, что творится на севере степи?

– Что-то слышал, там ревнители старой веры сцепились с последователями Худжгарха.

– Нет, не это. Эти ревнители уничтожили одно племя целиком.

– Это за что? – с нескольких сторон раздались вопросы.

– Да брешут. Не было такого. – Ответил мураза из оседлых.

– Было. И уничтожили всех мужчин и стариков. Скот и женщин с детьми забрали себе. И все это за то, что они не захотели присоединиться к походу.

– Это как же понимать? Сегодня я вольный орк, а завтра ко мне придут несколько соседей и потребуют отправиться вместе сними против их врагов? А если мне наплевать на их ссоры, то мое племя вырежут? – Голос возмущенного муразы звучал все громче.

– Это Вождь племени Румов, – запомнил хан. – Гордец, каких степь не видела.

– Я вот тоже думаю, как так получилось, что несколько оседлых бездельников, стали командовать в степи? – подхватил разговор другой мураза. Неровен час, они и к нам пожалуют.

– А это племя Кхики, – хан считал тех, кто против ревнителей и тех, кто за них.

– Правильно делают, – вмешался следующий. – Много в степи развелось еретиков, забывших нашего отца. Нового бога придумали. Вырвать с корнем эту заразу и все.

– Это Техколо, давние противники.

В шатре разгорелся спор. Тех, кто был против новоявленных пророков было больше. Не было и явно поддерживающих Свидетелей Худжгарха. Но подавляющее большинство не хотело власти племен ревнителей старой веры, это хан понял отчетливо. Он также понимал, что ревнители не смогут противостоять против большинства. Они не пойдут против освещенных временем обычаев орков. Дождавшись, когда страсти накалятся до предела и дальше вход могли пойти кулаки, он заговорил.

– Уважаемые муразы. Я вас собрал на великий совет для того, чтобы мы могли понять, что нам делать. Вы все уже знаете, что в степи появились две силы, которые противостоят друг другу. Это религиозные силы. Как я понял и те, и другие говорят, что за ними стоит Отец всех орков. Я хочу вас спросить, – Хан сделал четко выверенную паузу.

– Разве мы все не чтим нашего Отца? – он оглядел присутствующих. – Поднимите руку, кто не чтит его? – Он цепким взглядом оглядел присутствующих. Опустил глаза и проговорил. – Как я и ожидал, нет таких. Тогда в чем проблема? – И сам же ответил. – Думаю проблема в том, что кто-то хочет присвоить себе право, говорить от имени Нашего Отца и возвысится над остальными. В доказательство они показывают нам разные чудеса. – Он снова оглядел слушателей и после непродолжительной паузы продолжил.

– Но разве эти чудеса доказывают, что они говорят от имени нашего отца? Я думаю, что нет. Они показывают силу. А кто им дал эту силу? – Он развел руками, – мы не знаем. Здесь были ревнители веры и свидетели Худжгарха. Они состязались. Каждый показал свою силу. И что? Увидев эти чудеса... Во что мы должны поверить? В то что их устами нам говорит Отец всех орков? Почему? Я вас, мудрые муразы, спрашиваю. Почему мы должны им верить и отдать нашу власть им? Каждый из вас получил свое место по воле Нашего отца, как самый достойный среди своих соплеменников. Это будет кто-нибудь оспаривать? – Хан замолчал, оглядывая сидящих.

Все молчали, отрицательно кивая головой и только несколько вождей, и их шаманы сидели, поджав губы, и злобно сверкали глазами.

– А их не так уж и много, – подумал хан. Он подождал еще немного и продолжил. Говорил он мягко, негромко, заставляя всех прислушиваться.

– Мы чтим наши обычаи. Свобода для орка – это святое. Разве не так? – спросил он и, дождавшись согласия присутствующих, заговорил вновь. – Кто покушается на нее, тот нарушает наши обычаи. А значит… – он опять сделал паузу. – Тот неправ. Я предлагаю совету обсудить, как нам дальше относиться и к тем, и к другим, и принять решение. Это решение будет обязательным для всех орков. Что от себя хочу сказать. Пусть те, кто верит в Худжгарха и те, кто ревнует за старую веру, сами решают между собой, через кого говорит отец. Кто победит тот и прав. Но … не правильно, когда других принуждают верить силой и уничтожают наших братьев, за то, что они выбрали свободу. Я все сказал.

После слов великого хана установилась временная тишина. Затем она взорвалась криками. Кто-то кричал, – правильно, – кто-то кричал, – неправильно. Когда они накричались до хрипоты, выступил Быр Карам.

– Братья, я так понимаю, что вопрос сложный, давайте послушаем, что говорят те, кто выжил в бойне, устроенной ревнителями веры.

– А есть такие? – послышались вопросы.

– Есть, – спокойно ответил Правая рука Великого хана, – они прибыли сюда искать справедливости.

– Не надо их слушать…

– Надо! Пусть говорят! – Хан через щели глаз видел, желающих послушать оказалось значительно больше.

Быр Карам дал знак рукой охране. В шатер вошли пятеро.

– Они из разных племен, – рассматривая вошедших орков, заметил один из вождей.

– Говорите, – разрешил Великий хан.

– Братья! Что-то странное происходит в степи, – начал говорить самый старый из них седой орк без уха. Присутствующие видели, что он отменный боец. Три ожерелья из зубов степного барса на его шеи, говорили, что он получил их за ратные подвиги. Ветеран, не жалевший живота в боях. Он говорил тяжело, словно кидал в них не слова, а камни.