Чтение онлайн

– Но ведь сейчас все их, наоборот, сдают, а вы берете живьем.

– Баксы во все времена будут баксами.

– Хорошо, я плачу, как вы просите.

Две недели я лежал на даче доктора и с полузажившими рубцами на лице ушел. Нельзя подвергать опасности хорошего человека. Если бы я не был таким дураком раньше.

Таня не узнала меня, но сразу поверила мне. Мы зажили тихой жизнью.

Послесловие к тексту:

Из газеты "Советская Россия". Постановление правительства. от ...05.2001г.

"Результаты проведенной проверки по приватизации показали полный разбой и грабеж национального достояния со стороны чиновников, жуликов и новоявленных богатых "Русских".

Для установления в стране порядка, правительство постановляет:

1. Провести национализацию всех банков, всех предприятий поставляющих сырье, газ, электроэнергию, всех крупных предприятий, акционерных обществ, товариществ, имеющих в наличии стоимость основных средств более одного миллиарда рублей.

2. Создать комиссию по рассмотрению состояния других предприятий, акционерных обществ, магазинов, кооперативов. В ходе проверки дать комиссии следующие права: национализации, закрытия или продолжения существования деятельности предприятий. Органам ФСБ и ФСК предлагается помочь комиссии.

3. Постановление вступает в силу со дня опубликования."

Февраль 2002г.

Они пришли ночью. Человек пять, во главе с лейтенантом предъявили ордер на арест и обыск. Полуодетая Татьяна прижалась к стене.

– На каком основании, что я сделал?
– удивился я.

– Много, голубчик, много. Вот ордерочек. Мы теперь каждую вторую антиллигенскую семью берем. Из вас, сволочей коммунизм не построили, мы вам покажем еще 37 год, увидите, гораздо хуже будет.

В изоляторе все забито заключенными. Никто не знает за что сидит. В камере на четверых, человек 20.

– Тебя за что?
– сразу спросило несколько голосов.

– За то что интеллигент.

– Ну что я говорил?
– говорит один.
– Теперь начнется чистка. Будут брать всех подряд виновных и невиновных.

– Заткнись, - раздается голос сверху.
– Нас подержат и выпустят.

– Хорошо бы было так.

Только через 25 дней вызвали на первый допрос.

– Фамилия, имя, отчество?
– начал следователь.

– Григорьев Николай Александрович.

Год рождения?

– 1969.

– Женат?

– Да.

– Под судом и следствием находились?

– Нет.

– Образование?

– Высшее.

– Где работаете?

– Учителем по физкультуре в школе N254

– Ну что, курва, - начал молодой следователь, после непродолжительной паузы, - подпишешь, или валять дурака будешь?

– Что?

– Что ты организатор заговора против правительства.

– Ты дурак или больной?

Следователь смеется.

– За эту фразу, я тебя еще изуродую. Но ты хорошо понял, что заговора нет. Идет чистка вонючих демократов. Мы вас всех сгноим. Подпишешь, не подпишешь, все равно сдохнешь.

– Тогда какого хрена задаешь такие дурные вопросы?

– Разве дурные. Мы профильтровали тебя по всем каналам. Нет нигде Григорьева Николай Александровича, учителя физкультуры. Есть по твоим пальчикам, Морозов Николай Андреевич, знаменитый террорист и бандит. Хоть и изменил внешность, но в наши сети попался.

– Не знаю ни какого Морозова.

– Ну, ну.

Следователь нажимает кнопку. Входит охранник.

– Пригласите капитана Казака.

Вот он, холеный и злорадный враг.

– Капитан, вот вам подарочек. Это и есть переделанный Морозов.

– Здорово изменил внешность, сволочь, но слава богу поймали. Я уже тогда стал подразумевать, когда Аллку ликвидировали, что здесь что-то не чисто. Не мог один человек так просто уложить трех профессионалов. Значит он подготовлен лучше их и это мог быть только он... Бывший чемпион по дзюдо, Морозов.

– Оголите левое плечо, Морозов, - требует следователь.

– Я не Морозов.

– Ладно, тогда Григорьев, оголите плечо.

Они смотрят на шрам, от пули Майки и удовлетворенно кивают головами.

– Все. Теперь мы точно уверены, что вы Морозов. Вот заключение врача, что вам делали пластическую операцию, вот заключение экспертов по вашим пальчикам, вот анализы крови, которую вы оставили на АЭС.

– Я Григорьев.

– Черт с тобой, не признавайся. Все равно тебя судить за АЭС не будем. Не дай бог, ляпнешь что-нибудь. Мы тебя будем судить как демократа, пытающегося восстановить свои вонючие порядки. Ну-ка скажи, капитан, сколько ты шлепнул этой погани за этот месяц.

– Человек 120, - отвечает Казак.

– Вот, видишь, тебя тоже шлепнем, за попытку изменить власть. Нашей партии лишние свидетели не нужны.

– Я с удовольствием всажу ему пулю в затылок, - плотоядно улыбается Казак.

– Где ты спрятал 10 миллионов долларов?
– криво улыбается следователь.
– Нужно вернуть государственные денежки.

– Я ничего не знаю ни о каких деньгах.

– Зря, Морозов, зря...

– Я Григорьев...

– У нас есть тысячи способов заставить тебя признаться. Самые лучшие пыточные камеры остались в подвалах бывшего КГБ. Лучше добровольно признаться и мы тебе поможем легко умереть.

– Мне не в чем признаваться...

Через неделю весь изломанный, с выбитым глазом, без зубов и ногтей я "предстал" перед тройкой судей. За измену Родине эти типы в пять минут приговорили меня к расстрелу. Вот кого я привел к власти. Ухожу в другой мир и все-таки радуюсь. Я выдержал эту адскую боль и ни в чем не признался и ничего не подписал. Дудки вам, а не 10 миллионов долларов. Это моя последняя маленькая месть. Как там Таня? Боже, сохрани ей жизнь.

Послесловие к тексту.

Из газеты "Ленинградская правда" от... 02.2002г.

"... На Кировском заводе прошел митинг, где десятки инженеров и техников каялись, что ранее совершали ошибку, доверившись идеям псевдодемократии. Тысячи рабочих под красными знаменами с пением интернационала требовали расстрела вождей оппозиции... и прочей швали, мешающей строительству коммунизма..."