Чтение онлайн

– И вы согласились?

– А почему нет? Он достойно вёл себя со мной. Не пытался, как многие другие, делать из меня служанку и помыкать. Простолюдинок при дворе не очень-то любят, разве что в постели.

– Как же вы попали к королю? – удивился Жан.

– Я исцелила королевского внука, – Жанна провела лезвием по его щеке и сбросила волосы в воду. – А до того была никому не известной дочерью крестьянки в Лангедоке. Одной из последних катаров.

– Катаров? Вы становитесь всё интереснее.

Жанна недоуменно уставилась на него. Слишком редко ей доводилось встречать человека, который не скорчил бы презрительную гримасу, узнав о её матери. Слишком мерзким считалось среди добрых католиков альбигойское движение, из-за которого Лангедок полвека походил на пустыню. Крестовый поход на эти земли унёс много тысяч жизней, и лишь ловкость да ум помогли прадеду Жанны спастись в то время.

– Это странно, – сказала она. – Обычно люди сразу утрачивают интерес, едва узнав, кто я и откуда.

– Ваш окситанский акцент я услышал при первой встрече, но не обратил внимания. Видимо, жизнь вдали от столицы делает нас проще.

– Для этого надо жить на краю света, – Жанна улыбнулась.

Бритва скользнула по лицу Жана последний раз.

– У меня нет зеркала, чтобы оценить вашу работу, – Солнечный рыцарь осторожно провёл пальцем по щеке. – Но чувствую себя превосходно.

– Вернёмся к делу, мессир. Я хочу призвать корвуса.

Жан вздрогнул.

– Никогда прежде не встречался с этими тварями, – признался он. – Но вам я верю.

– Разве ваша колдунья не знакома с ними?

– Она никогда не звала духов, – Жан обречённо вздохнул. – Она превосходно умеет лечить – но я не видел ни разу... Впрочем, будет лучше, если она расскажем сама. Идёмте же...

В маленьком зале царила тень. Полуденное солнце едва заглядывало сюда сквозь узкие окна, шесть темных стен окружали узор призыва в центре. Кто-то вырезал его прямо в полу, искусно начертав круг с восемью лепестками, а в нем – нужные символы и сплетения линий. Узор не совсем походил на тот, который предпочитала использовать Жанна, да и сложностью он превосходил её работы – зато сложность эта говорила наверняка, что призванный дух не посмеет выйти за пределы круга.

Но сейчас Жанна не смотрела на узор вовсе.

По другую сторону рисунка стояла женщина в вызывающем красном платье, высокая и красивая. Карие глаза насмешливо разглядывали колдунью, распущенные, чёрные как смоль волосы волнами спускались до затянутой в бархат груди. Тонкие губы замерли в фальшивой улыбке, изящные пальцы в ожидании сплелись на животе. Она была совсем непохожа на придворных дам, вычурных и благородных, и всё же проскальзывало в её глазах что-то такое, словно говорящее: смотри, я выше тебя.

– Кристина да Фиренце, – услышала Жанна. Тонкие губы слегка приоткрылись:

– Счастлива знакомству, монна, – пропела женщина с лёгким итальянским акцентом.

На груди у неё висел серебряный греческий крест в круге.

Колдунья, говорил Жан. Кристина действительно была колдуньей, и Жанна всерьёз подозревала, что она попросту скрывается здесь от чего-то страшного, совершенного у себя дома, на итальянской земле. Иначе и быть не могло.

– Мессир Жан сказал, вы призовёте корвуса, – Кристина медленно пошла вдоль круга. – Он сможет помочь?

– Откуда мне знать? – вздохнула Жанна. – Вороны никогда не говорят прямо.

– Я знаю, о чем вы думаете, – сказала итальянка, остановившись. – Почему я сама не призову одного из них.

Жанна не нашлась, что ответить. Чужая колдунья угадала её мысли так, что впору было заподозрить какое-нибудь чёрное заклятье с её стороны.

– Потому что я не умею, – просто добавила Кристина, внимательно следя за глазами Жанны. – Это не моя вотчина, монна Мируа. Я ответила?

– Начинайте, – сказал Жан. Солнечный рыцарь прислонился к стене, наблюдая за женщинами с искренним любопытством.

Жанна повела плечами. Как и всегда, ей не хотелось этого делать. Она вообще не любила общаться с тварями, что приходят с той стороны Грани – то ли сказывался дар Изгоняющей, то ли собственная неприязнь, то ли терзающие душу сомнения. Но волей-неволей приходилось это делать.

В её руках блеснул кривой нож. Лезвие впилось в запястье, испещрённое сетью белых шрамов – следами прошлого колдовства. Духов нужно звать кровью. И лучше всего – своей.

Алые капли упали в центр круга. Жанна не пела заклинаний, не танцевала, как многие другие. Дар подчинялся ей без пустых ритуалов.

Сквозь начертанные линии протиснулся тонкий жёлтый клюв, и Жан чуть пригнулся, настороженно глядя на него. Затем клюв подался вверх, разрывая рисунок, и вылез на камень пола, выпуская в мир чёрного ворона.

– Приветствую, Изгоняющая, – каркнул он. Жан погладил рукоять меча, Кристина замерла у двери, теребя в руках амулет. Лишь Эвен невозмутимо наблюдал за происходящим.

– Приветствую и тебя, слуга Гавриила, – ответила колдунья. – Ты знаешь, что я хочу узнать.

– Плата?

Жанна вздохнула. Корвусы никогда не помогают просто так, но они не берут золота. В обмен на слова ей придётся рассказать что-то очень важное для себя. Что-то, о чем знают лишь немногие, а лучше – никто. Тайна взамен тайны. Вещие вороны ценят только такую плату.

– Однажды мне довелось подняться на большие башенные часы в Париже, которые построил какой-то мастер из Италии, – заговорила она, стараясь не смотреть на Жана. Под взглядом Солнечного рыцаря ей становилось неуютно. – Цимбалы башни отбивали каждую половину часа, и за ней следили трое особых часовщиков, которым платили полновесным золотом. Там было шесть этажей, пустых деревянных площадок, и шесть пролётов. Там был одержимый, который заперся наверху и что-то делал с часами. Мне не пришлось его изгонять – увидев меня, он бросился вниз и разбился насмерть. А я не смотрела на него. Я видела механизм. Там была целая паутина – какие-то пружины, винты, колеса с зубьями и без... Я ненавижу механизмы. Этот проклятый металл, в котором нет жизни, и всё же он движется. Размеренно. Чётко. Тик-так, тик-так. Тебе нужно запустить его, а дальше он всё делает сам. Я не могу понять это. Иногда мне кажется, что каждый механизм по-своему тоже одержим, что в них вселяются духи, о которых мы не знаем ничего. И потому я боюсь их.

– Потаённый страх, – корвус чуть приоткрыл клюв. Казалось, он скалится. – Это дорогая плата.

– Отвечай.

Корвус задумался.

– Вы хотите знать, как вам найти Луи д’Олерона, – наконец сказал он. – Тот, кто занял тело Луи д’Олерона, убил английского рыцаря и забрал себе его доспех. Сейчас он собирает людей, могущих помочь ему – и за Гранью вы узнаете, чего он хочет. Пройдите туда сегодня, и вы встретите существо, которое скажет нужные слова.

Ворон опустил клюв и нырнул в невидимую щель меж линий узора. Что-то прошелестело, прошуршало, и спустя мгновение лишь одно чёрное перо лежало на полу.