Чтение онлайн

– Нелегальный, – помог я подобрать правильное слово. Похоже, я знал английский даже лучше самой американки. Во всяком случае у меня еще не было трудностей с подбором слов. – И это вполне обыденно, Джейн. Уточни, кто именно входил в их компанию.

– Братья Зенитниковы со странными именами. Но я их помню. Аксиний и Еремей. И мой дядя Петр Волчанский. Я не знаю деталей, но в какой-то день Зенитниковы решили рискнуть и вложить свою часть рублей в… как это… денежную пирамиду.

Я понял, что Джейн имеет в виду финансовую пирамиду и приготовился услышать душещипательную историю о том, как Аксиний и Еремей Зенитниковы прогорели в пух и прах, остались у разбитого корыта, а мудрый дядя Петр Волчанский, по словам мисс Бильсон, не отдавший «денежным» пирамидам ни рубля, остался на коне, выкупил у бедолаг их долю в бизнесе за бесценок и даже стал втрое богаче. Но не тут-то было! Рассказ юной американки пошел совсем не так как я предполагал.

– Риск оправдался, – продолжила Джейн и уже одна фраза удивила меня. – Зенитниковы сперва купили кучу каких-то ценных бумажек, а потом быстро их перепродали и умудрились прилично подняться. Тогда, сообразив, что на этом деле у них получается зарабатывать не хуже, чем на торговле носками и панамами, Зенитниковы решили рискнуть теперь уже по-крупному. – Джейн сделала несколько больших глотков цитрусового коктейля и слизнула с трубочки желтую капельку. – Я так понимаю, что они собрали все свои деньги. Все. И даже взяли в долг у мафии. Мафия? У вас так называется?

– Да, – не стал объясняться я.

– Реклама пирамиды обещала им тысячи процентов в год и они поверили.

«Ну все! – подумал я, – Конец истории ясен как белый день!»

– Они задолжали очень большую сумму? – с приличествующему моменту грустным пониманием спросил я.

– Не знаю. Но, если я не ошибаюсь, они все вернули.

– Да?

– Дядя Петр говорил, что братья сняли с себя последнюю рубашку. Он так выражался. Купили целый чемодан акций и… И успели вовремя их перепродать. Буквально за пару недель до того, как денежная пирамида лопнула как мыльный пузырь.

Я открыл рот. А Джейн продолжала:

– Дядя Петр рассказывал, что Зенитниковы пригласили его в гости. Он пришел, а они достают тот самый чемодан, открывают его и высыпают ему под ноги не акции, а деньги! Смотри, говорят, сколько денег! А ты не верил! Мы, говорят, уже вернули все долги, а это то, что осталось. Чистая прибыть! Я не знаю сколько там было денег и дядя Петр не знал, но в этот вечер они втроем обсуждали дальнейшее развитие бизнеса. Они хотели открывать торговый центр. Дядю Петра, как старого проверенного компаньона и друга семьи хотели брать в дело.

– Интересно, – задумался я. – А дальше?

– Дальше? – мисс Джейн Бильсон двумя глотками допила коктейль и с громким стуком поставила стакан на стол. – Через два дня Еремея Зенитникова, его жену и старшего сына убили. Деньги исчезли.

Молчание.

Я не знал как продолжить разговор.

– Убийство повесили на твоего дядю? – наконец выдавил я из себя.

– Он был основным подозреваемым. Дядя Петр видел деньги, он был в гостях у Еремея Зенитникова, знал где лежал чемодан с деньгами. К тому же при обыске у моего дяди нашли крупную сумму денег и оружие. Но, мистер Денис, он был бизнесменом! И в то время у многих было оружие, даже у обоих братьев Зенитниковых. У обоих! У Еремея было заряженное ружье под кроватью! Оно как лежало под кроватью, так там и осталось нетронутым. Одним словом – у моего дяди был мотив. Только у него было алиби, накануне нападения на Еремея Зенитникова мой дядя Петр уехал в город Москву за новым товаром. У копов была версия, что дядя Петр нанял какого-то пожилого соседа Зенитниковых или двух подростков, но эти версии оказались… как это… неверными. Ошибочными. У копов так и не оказалось прямых доказательств вины дяди Петра. Да и посудите сами, мистер Денис, для чего ему так жестоко убивать друга и почти всю его семью, если этот друг сам предлагал ему долю в бизнесе?

– Настоящего убийцу так и не нашли?

– Не нашли. И вот еще что. Я вспомнила. У Еремея Зенитникова осталась маленькая дочь.

– Да, мне это известно, – сказал я.

– Мне ее так жалко. Дядя Петр часто ее вспоминает. Очень переживает. Это настоящее горе.

– Согласен. А что стало с девочкой? Твой дядя знает ее судьбу?

– Ее удочерили.

– Известно кто?

– Аксиний Зенитников. Младший из братьев.

Михаил Заборов (Миша Псковский, Миша Забор)

Не стану объяснять, как я вышел на бывшего криминального авторитета Мишу Забора, находящегося в федеральном розыске уже много-много лет. Некто, написавший мне письмо по электронной почте, более чем ясно дал понять, что если я выболтаю чуть больше того, что мне будет разрешено – у меня могут возникнуть неприятности, а если ни у меня лично, то у кого-нибудь из моей семьи. Некто написал мне, что кое-кто готов передать мне интересующую информацию по поводу братьев Зенитниковых и для этого мне следует заказать на одном из онлайн-магазинов определенный товар определенной торговой марки. Некто сразу объяснил, что это не реклама магазина. Я рискнул, сделал все как сказал некто, не пожалел перечислить шестьсот девяносто рублей и около месяца ждал посылки из Малайзии. Некто на связь больше не выходил и электронные письма больше не присылал. Наконец, заказанная посылка пришла (дешевый кнопочный мобильник) и трепеща от нетерпения, я раскрыл упаковку прямо на почте. Телефон был самый неинтересный, уходящий в прошлое. В нем не было даже самой примитивной камеры. В комплекте же прилагались шипящие наушнички, инструкция, написанная на безграмотном английском и на самом дне коробочки валялась флешка. Придя домой, я откинул коробку с бесполезным телефоном и вставил флешку в разъем ноутбука. На ней был только один вордовский файл с текстом. Ниже я привожу этот текст без изменений:

«Мои друзья передали мне што ты изучаешь ту сраную историю про убийство Зенитниковых. Решил порыться в этом говне? Чтож комуто надо в этом хоть чуть чуть разобратся, ментам это оказалось не по зубам может тебе и удастся докопаться до чего-то любопытного. Время прошло, может вскрылось что то новенькое. Собсвенно поэтому я и связался с тобой Денис Январев. Ты неплохой парень и прежде чем заявить о себе я внимательно ознакомился с твоими прежними публикациями. В частности с историей о маньяке Казакове который орудовал в моем городе и об обстояельствах дела которого я коечто знал и знаю. Я имею ввиду твою книгу «Нюктофобия». Тогда ты беседовал с кое кем из моих друзей, не зная что в свое время они входили в мою групировку. В результате ты написал правду, все так и было. Это удовлетворило моих друзей, а значит и меня поэтому я решил помоч тебе с написанием твоего очередного криминального шедэвра, Денис Январев. Расскажу о том что известно мне, но не знаю насколько этопоможет. Начну с того что ни я ни мои люди не причастны к убийству семьи старшего Зенитникова. Кажется его звали Еремеем. Я отвечаю! Когда-то братья Зенитниковы держали палатки на моей територии, на моем рынке. С ними был еще один по фамилии Волчанский. Они были подо мной, я крышевал их. Я разбирался со всеми кто наезжал на них а значит – на мой рынок а за это Еремей и его брат Аксиний (или Алексей) платил мнекаждый месяц. Каждое одиннадцатое число. Тогда было веселое время, я держал половину город! Половину Ведеска! Трубопрокатный комбинат держал! Бумажную фабрику! Два кинотеатра! Иногда когда Зенитниковым нужно было бабло на товар они знали ккому обратится. Я давал. Они всегда возвращали в срок каждое одиннадцатое число. Вообщем, претензий у меня к ним почти не было парнишки были нормальнми. Перед тем как завалили их старшего, Зенитниковы заняли у меня крупную сумму, я дал хотя знал, что они пошли на какойто риск. Я их предупреждал, они знали на што шли и што я с ними сделаю, если одинадцатого числа взятая сумма с процентами не будетлежать передо мной. И одинадцатого числа они принесли деньги, все до копейки. Им повезло они наварились на процентах по каким то мутным акциям. Мне бы так везло! А через несколько дней Еремея и двоих членов егосемьи завалили и конешно менты первым делом прискакали ко мне. Это говорят твоих Миша рук дело. Выдай говорят исполнителя мы все повесим на него а тебя отмажем и бабло тебе оставим. Вот как говорили! А я даже ни сном ни духом! Я поднял всех своих людей, ищите говорю вместе с ментами убийцу, мне такие дела на моейземле не нужны! И перво наперво прошерстите как следует хозяев той финансовой пирамиды, што выплатила бабло Зенитниковым, есть вероятностьшто это их люди так вернули себе свои деньги. Но ни хера подобного! Долго объяснять. Но в итоге я выяснил, што это не они. Мокрушника сраного так и не нашли. Обычная бытовуха это, Денис Январев. Какой-то ушлый малый поработал. Но не из моих людей, я таких ублюдков при себеникогда не держал и сам бы я никогда не заказал бы женщину с ребенком. Я же не отмороженый я честный благородный вор. Тем более их баблосы мне как капля в море, в то время я купался в деньгах. Мне должен был сам губер области! Мне было выгоднее выделить Зенитниковым здание под торговый центр который они хотели открывать и стабильно стричь зелень. Короче на меня не греши Денис Январев и передай там в своей книжке, что Миша Забор вор по совести и чести! Если найдешь убийцу то с меня ящик коньяка, адрес твой я знаю. Понял? Адрес знаю и семью твою тоже так што дважды подумай што написать. Удачи Денис Январев»

Павел Гаврилов

Мы стояли у развилки двух пересекающихся троп, по одной из которых, судя по следам протекторов, можно было ездить на скутере. С трех сторон нас окружали лесопосадки, где-то еще молодые, где-то уже разросшиеся в полноценный лес. По правое плечо от нас был крутой склон низины, чья вытянутая форма подсказывала любителям геологии, что в далекие времена тут тянулась река глубиной около трех метров. На противоположном берегу низины простиралось засаженное подсолнухом поле, чью территорию постепенно отбивали дикорастущие елочки, на которые в период новогодних праздников охотились жители близстоящих частных домиков окраины города. Павел стоит передо мной, смотрит на мою заинтересованность пейзажем. На плече у него висит спортивный рюкзачок, а в руках – планшет, оклеенный наклейками с героями «Вселенной Марвел».

– Вот смотри, – Гаврилов поворачивает экран планшета в мою сторону и показывает спутниковую карту местности на которой мы находимся. – Это Ведеск, он вон с той стороны, отсюда можно увидеть пару домишек. Вот это лес – он вон там, – мужчина вытянул руку в сторону густых живописных зарослей. – Это шоссе, оно там, за елками.

– Вижу, – согласился я, едва различив за молодыми елями мелькнувший автобус или грузовик-дальномер. – А вот это что? – я указал на карте несколько вытянутых строений, располагавшихся немного в отдалении.

– А это и есть мой мясокомбинат. Он вон там, – Павел показал направление одной из тропинок, уходящих в тень лесопосадок. Минут пятнадцать на велике. Пешком, конечно, дольше.

– Угу… – я кивнул, внимательно изучая гугл-карту и сопоставляя ее с видимым пейзажем. – И ты шел по этой тропе, верно?

– Ну да, по этой. Шел домой.

– Ты можешь вспомнить хотя бы приблизительное время, когда ты заметил предполагаемого преступника? Это ведь было ночью, правильно?

– Это было в период между двенадцатью часами двадцатью пятью минутами и двенадцатью часами тридцатью пятью минутам, – слегка улыбнулся Гаврилов. – Ты спросишь, откуда такая точность? Отвечаю – я несколько тысяч раз рассказывал об этом следовательнице Боговидовой. Мы с ней в свое время рассчитали точное время исходя из расстояния от мясокомбината с учетом того, что наша вечерняя смена работала строго до полуночи.