Чтение онлайн

— Послушайте, бросьте вы это! — сказал я.— Поймите, они ничем не отличаются от других людей.

— Да, — проговорил он сдавленным голосом.— Но они должны отличаться, иначе на что они годятся? Это ведь сливки общества, но они не лучше шоферов грузовиков, наполняющих желудки дешевым виски. Даже хуже их!

— Оставьте это,— повторил я,— Если вы хотите напиться, то напивайтесь. Но вы не принадлежите к людям, которые могут напиваться, не обращаясь к врачам вроде этого Веррингера, и сталкивают своих жен с лестниц!

— Верно, — тихо сказал он.— Давайте, дорогой мой, произведем опыт. Не согласитесь ли вы некоторое время пожить у нас? Ваше присутствие будет мне очень полезно.

— Не нахожу в этом смысла.

— А я нахожу. Одно только ваше присутствие! Тысяча в месяц вас устроит? В пьяном виде я опасен. Я не хочу больше напиваться, не хочу быть опасным.

— Я не смогу вас от этого удержать.

— Попытайтесь месяца на три! Я закончу эту проклятую книгу и уеду путешествовать. Заберусь куда-нибудь в Швейцарию и буду там отдыхать.

— Книгу? Разве вы нуждаетесь в деньгах?

— Нет. Мне только нужно довести до конца то, что я начал. Если я этого не сделаю, то я конченый человек. Прошу вас, как друга. Для Ленокса вы сделали гораздо большее.

Я встал, подошел вплотную к Роджеру и пристально посмотрел на него.

— Это привело к тому, что Ленокс застрелился, дружище. Я добился только того, что он покончил с собой!

— О боже, не будьте таким сентиментальным, Марлоу! Сентиментальностью я сыт по горло.

— Сентиментальным? — переспросил я.— Или просто порядочным?

Роджер отступил назад к кушетке.

— Ну, тогда оставайтесь таким как есть,—сказал он,—Итак, не хотите. Заставить я вас не могу. Есть одна вещь, которую я должен узнать. Вы этого не знаете, я тоже точно не знаю, но должен узнать.,

— А о чем, собственно, речь? О вашей жене?

— Думаю, что обо мне самом,— ответил Роджер.— Ну, а теперь пойдем выпьем!

Он открыл дверь, и мы вышли.

Если он хотел поставить меня в неловкое положение, то проделал первоклассную работу. 

Когда Роджер открыл дверь в гостиную, нас обдал шум. Казалось, если только это было возможно, он стал громче, чем прежде. Примерно на два бокала коктейля. Роджер приветствовал кого-то то там, то здесь, и люди, казалось, были рады его видеть. Однако, наверно, они так не радовались бы появлению Фила—Ужаса Питсбурга, с его сделанным на заказ ледорубом.

По пути к бару мы увидели доктора Лоринга с женой. Врач встал и шагнул к Роджеру. Его взгляд был болезненно злым.

— Рад вас видеть, доктор,— любезно сказал Роджер.—А вы, Линда, где в последнее время пропадали?.. Нет, это, наверно, глупый вопрос.

— Мистер Эд! — проговорил Лоринг угрожающим тоном.— Мне нужно кое-что вам сказать. Вещь очень простую и, как я полагаю, понятную. Уберите руки прочь от моей жены!

Роджер смотрел на него, сбитый с толку.

— Вы устали, доктор. Я принесу вам что-нибудь выпить.

— Я не пью, мистер Эд, и вы это хорошо знаете. Я пришел сюда только для того, чтобы сделать вам предупреждение.

— Я выслушал вас и понял,— все еще вежливо ответил Роджер.— Вы гость в моем доме, поэтому я могу только выразить пожелание, чтобы вы вели себя приличнее.

Разговоры вокруг стихли. Мужчины и дамы были полны внимания. Лоринг вынул из кармана перчатки, взял одну за палец и сильно ударил Роджера по лицу. Тот не моргнул и глазом.

— Пистолеты и кофе на рассвете? — тихо спросил он.

Я посмотрел на Линду Лоринг. Она покраснела от гнева, медленно встала и обратилась к мужу:

— Боже мой, какая же ты скотина, дорогой! Не веди себя как глупая обезьяна! Или будешь стоять и дожидаться, пока тебя выведут?

Лоринг повернулся к ней и замахнулся перчаткой. Роджер подступил к нему.

— Спокойно, доктор! У нас принято бить своих жен только наедине.

Если вы говорите о себе, то я уже давно это уяснил, подколол его врач,-— И не вам учить меня хорошим манерам.

~ Учить имеет смысл только того, кому это может пойти впрок,— заметил Роджер,— Жаль, что вам нужно уходить.— Он повысил голос и сказал по-испански: — Канди! Проводи доктора.

Лоринг уставился на него, но не двинулся с места.

— Я предупредил вас, мистер Эд,—едко проговорил он.— И многие это слышали. Больше я не стану предупреждать.

— И не подумайте этого делать,—- строго сказал Роджер—А если соберетесь это делать, то в нейтральном месте. Там у меня будут развязаны руки. Очень жаль, Линда.

Роджер провел рукой по тому месту, куда его ударили перчаткой.

— Пойдем! — сказал Лоринг жене.

Она снова села, взяла бокал и бросила на мужа презрительный взгляд.

— Ты пойдешь один,— ответила она.— Тебе нужно сделать еще несколько визитов, ты не забыл?

— Ты пойдешь со мной,— гневно сказал Лоринг.

Линда повернулась к нему спиной. Лоринг вдруг подскочил к ней и схватил ее за руку. Роджер взял его за плечи и повернул.

— Спокойно, доктор! Вы ведь не можете со всеми справиться.

— Прочь от меня руки!

— Ради бога, только успокойтесь! — сказал Роджер.— У меня появилась хорошая идея, доктор. Почему бы вам не показаться опытному врачу?

Кто-то громко рассмеялся. Лоринг застыл, как тигр перед прыжком. Роджер почувствовал это и отступил назад. Доктор стоял с чемоданчиком в руке. Если бы он стал наступать на Роджера, то это могло произвести еще худшее впечатление. Ему ничего не оставалось, как уйти, что он и сделал. Устремив вперед взор, Лоринг прямо прошел по комнате к Канди, который открыл ему дверь, а затем, с деревянным лицом, закрыл ее и вернулся к бару. Я подошел к нему и попросил шотландского виски.

Я не заметил, куда ушел Роджер, он просто исчез. Эйлин я тоже не видел. Я повернулся спиной к комнате и стал пить виски.

Гости начали выходить из дома на вечерний воздух. Слышались голоса, отъезжали машины, слова прощания скакали как резиновые мячи. Я вышел на веранду. Участок спускался к воде, которая лежала тихо, подобно спящей кошке. Внизу был небольшой помост, к нему белым канатом была привязана лодка. Я растянулся в мягком алюминиевом шезлонге, закурил трубку и, покуривая, раздумывал о том, что, собственно, я здесь делаю. Роджер Эд, видимо, имел достаточно самообладания и мог сам с собой справиться, если действительно этого захочет. Я бы не очень удивился, если бы он стукнул Лоринга по его маленькому заостренному подбородку. Конечно, он нарушил бы правила поведения, но Лоринг нарушил их еще больше.